Почему в старых домах делали крошечные двери

В старых городах Англии, Франции или Нидерландов, можно увидеть такую странную деталь. На некоторых старинных домах можно увидеть окна, которые вовсе не окна. Вместо стекла — аккуратно уложенный кирпич. На первый взгляд ничего такого. У нас тоже бывает закладывают окна. Но во многих случаях причина была совсем другой.

В конце XVII века в Англии появился налог на окна. Власти решили, что чем больше окон в доме, тем богаче его владелец, а значит, тем больше он может платить государству. По закону в Англии за дом нужно было платить налог в размере 2 шиллингов и налог за количество окон: если их более 10 окон, доплачивали по 4 шиллинга за каждое, если более 20 окон – 8 шиллингов за каждое лишнее.

Налог действовал с 1696 по 1851 год и оказался настолько непопулярным, что многие хозяева домов начали просто закладывать часть окон кирпичом. Так они уменьшали сумму налога. Причем иногда кирпичом закрывали даже совершенно новые окна, лишь бы не платить лишнего.

Из-за этого дома становились темнее, хуже проветривались, а жильцы чаще болели. Врачи того времени даже связывали распространение некоторых заболеваний с недостатком света и свежего воздуха. Неудивительно, что налог получил прозвище «налог на свет и воздух».

Врачи кстати пытались бороться за отмену этого налога, но, к сожалению, тщетно.

После отмены налога многие владельцы домов так и не восстановили окна. Для кого-то это было слишком дорого, а кто-то просто привык к прежнему виду здания. Поэтому заложенные кирпичом оконные проемы можно увидеть и спустя более 170 лет после отмены налога.

В 1996 году французский фотограф Фредерик Шобен отправился в путешествие по территории бывшего Советского Союза. Тогда он ещё не подозревал, что эта поездка превратится в многолетнее исследование и один из самых известных фотоархивов советской архитектуры.

На протяжении семи лет Шобен объезжал города России, Украины, Белоруссии, Грузии, Армении, Казахстана и других бывших республик СССР. Его внимание привлекали необычные здания, которые редко попадали в туристические путеводители: санатории на побережье Чёрного моря, дворцы культуры, цирки, дома советов, научные центры, мемориальные комплексы и гостиницы.

Эти сооружения поражали своей смелостью. Одни напоминали летающие тарелки, другие — космические корабли, третьи выглядели как гигантские кристаллы или футуристические скульптуры. В них почти не чувствовалась та типовая советская архитектура, которую принято ассоциировать с панельными микрорайонами и серыми административными зданиями.

В Москве есть особняк, который уже больше ста лет называют «домом дурака». Речь идёт о доме Арсения Морозова на Воздвиженке — одном из самых необычных зданий столицы.

В конце XIX века молодой миллионер Арсений Морозов отправился путешествовать по Испании и Португалии. Там его впечатлили дворцы и особняки, украшенные в мавританском стиле, с обилием декоративных деталей, арок, резьбы и каменного кружева. Вернувшись в Москву, он решил построить собственный дом, который не был бы похож ни на один другой.

Для работы пригласили архитектора Виктора Мазырина. В результате на одной из главных московских улиц появился особняк, словно перенесённый из какой-то сказки. Его фасады украсили раковины, канаты, причудливая лепнина и элементы, вдохновлённые архитектурой Испании и Португалии. Для консервативной Москвы конца XIX века это выглядело настолько необычно, что дом сразу стал предметом обсуждений.

Современники спорили о нём не меньше, чем сегодня спорят о самых смелых архитектурных проектах. Одни восхищались смелостью замысла, другие считали особняк воплощением дурного вкуса. Возможно, именно тогда и появилась знаменитая легенда о том, что мать Арсения Морозова, увидев готовый дом, сказала сыну: «Раньше одна я знала, что ты дурак, а теперь вся Москва будет знать». Историки до сих пор не уверены, была ли эта фраза произнесена на самом деле, но она оказалась настолько яркой, что пережила и своего героя, и эпоху, в которую он жил.

Интересно, что судьба самого Арсения Морозова тоже обросла легендами. Его запомнили как человека эксцентричного, любившего эффектные жесты и необычные поступки. Поэтому рассказы о владельце особняка со временем стали почти такими же известными, как и сам дом.

Прошло более века, и отношение к особняку изменилось. То, что современники считали причудой, сегодня воспринимается как уникальный памятник своей эпохи. Дом Морозова стал одной из самых узнаваемых достопримечательностей Москвы и напоминанием о том, что новые художественные идеи нередко сначала вызывают насмешки, а уже потом становятся классикой.

Балконы сегодня кажутся настолько обычной частью дома, что о них почти никто не задумывается. А когда-то они были скорее инструментом власти, чем местом для отдыха.

Сегодня с балкона пьют чай-кофе, выращивают цветочки или складывают старые лыжи и шины. А несколько столетий назад с балкона могли объявить новый закон, обратиться к жителям города или показать публике важного гостя.

По сути, балкон был удобной сценой. Нужно, чтобы тебя увидели сразу сотни людей? Выходишь на выступ над улицей — и готово. Многие дворцы и ратуши строили с богато украшенными балконами задолго до того, как они появились на обычных жилых домах.

Потом их оценили и горожане. Балкон позволял наблюдать за жизнью города, не выходя на улицу, которая была главным источником новостей и развлечений во времена до радио, телевидения и интернета.

Можно сказать, со временем назначение балкона почти перевернулось на нечто противоположное: когда-то он был местом, где человека должны были видеть все. Теперь это одно из немногих мест в квартире, где можно на какое-то время спрятаться от остальных.

Я уже писала о том, как сложно мужчинам.

Теперь для баланса нужна статья о том, как сложно женщинам.

И факт есть факт – во многих профессиях женщины до сих пор почти не представлены, или представлены крайне мало. В политике, в бизнесе. Женщин-миллиардеров в России всего девять (девять!), причем это зачастую не самостоятельные единицы, а чьи-то дочери, жены и вдовы, как Елена Батурина – вдова бывшего мэра Москвы Юрия Лужкова и дочь основателя Лукойл Екатерина Федун. Правда, среди них основательница Wildberries Татьяна Ким.

Женщин-космонавтов в России всего шесть – и одна из них не космонавт, а Юлия Пересильд.
И не только.

Сложно понять, кто в этом виноват. Буквально сегодня в магазине стала невольным свидетелем диалога покупательницы и продавщица.

Покупательница: Да кому как повезет. Она ни одного дня в своей жизни не работала.
Продавщица: Значит, муж хороший.

Многие женщины до сих пор считают, что выйти замуж и сидеть дома, занимаясь только хозяйством – идеал жизни.

Впрочем, это в любом случае работы «в две смены» - на работе и дома.

Женщинам разбогатеть труднее, чем мужчинам. Мужчине не приходится выбирать между семьей и карьерой. Для мужчины повышение на работе и пополнение в семье означает, что «жизнь удалась», а для женщины – это болезненный выбор.

Но где в основном работают женщины?

Образование - 82% женщин.
Здравоохранение – 80 %
Общепит и гостиничный бизнес – 74 %
Финансы и страхование – 69 %
Торговля – 62 %

То есть в большинстве своем в сферах, где мужчины просто не станут с нами конкурировать.

Одна из профессий, куда женщин пускают очень неохотно – архитектор.

Первой женщиной-архитектором (архитектурессой? Архитекторкой?) стала американка София Хейден Беннет.

София прошла четырехгодичное обучение по специальности архитектура в Массачусетском технологическом институте. И даже спроектировала так называемое «Женское здание» для Всемирной выставки в 1892 году. Ей тогда был всего 21 год.

Все бы ничего, но в процессе она была уволена из собственного проекта, а после заступничества коллег-архитекторов заняла первое из тринадцати мест, выделенных для женщин-архитекторов.
Она получила 1000 долларов за свой проект, когда архитекторы-мужчины получали за аналогичные проекты 10 000 долларов.

С тех пор она так и не смогла устроиться как ведущий архитектор, и в итоге была вынуждена устроиться в школу учительницей черчения.

В СССР тоже появились свои женщины-архитекторы.

«Пионеркой» среди них стала Екатерина Максимова.

Правда, здесь тоже не обошлось без мужской фигуры – брата-архитектора.

Владимир Максимов был архитектором талантливым, но в советских реалиях не прижился. Его единственным проектом после революции оказался дом, возведенный для семьи (спроектированный вместе с сестрой).

Екатерина оказалась удачливее.

В 1910 году она поступила на архитектурное отделение Высших женских политехнических курсов в Санкт-Петербурге.

В отличие от предшественниц, Екатерина Максимова получила полную возможность для реализации. Участвовала в работе по проектированию Казанского вокзала в Москве, земского дома в Киеве и фабрик-кухонь по всей России. В том числе и в Самаре. Кстати, фабрика-кухня в Самаре - первый в истории России индивидуальный архитектурный проект, выполненный женщиной.

Кстати, сама идея фабрик-кухонь шла под лозунгом «освобождения женщин от кухонного рабства». Не бегать целый день между плитой и мойкой, а учиться, работать и участвовать в общественной жизни. О них писал даже Маяковский.

столовых Нарпита,
рассевшись,
без грязи и без жарищи,
поев,
сказали рабочие тыщи:
«Приятно поедено,
чисто попито».

Погибла Екатерина нелепо – под поездом.

Идея фабрик-кухонь не прижилась. Оказалось, что общественная столовая не заменит домашнюю кухню (по крайней мере, полностью), как и няни в детских садах не заменят мам. А от мытья посуды женщину избавит только посудомойка…

А понятие успеха для женщины до сих пор воспринимается в добавление к реализованности семейной. Причем реализованность идет "в добавление" к семье. Если замужем и есть дети - конечно, реализовывайся, сколько хочешь.

Тем больше уважения должны вызывать женщины, которые могут совместить одно с другим – семью с самореализацией.

Екатерина Максимова семью создать не успела – ее детьми стали ее проекты. А ее кухней – построенные ею фабрики-кухни.

P.S. Прошу не писать, что в наше время никакого быта не существует. Посуду моет посудомойка, а продукты – и даже готовую еду, тебе доставят откуда угодно курьеры. Курьеры тоже не бесплатны…

Недавно я наткнулась в интернете на пост, посвященный загадочным итальянским аккабадорам. В нем рассказывалось о страшных традициях жителей Сардинии, в частности, о своеобразной эвтаназии, к которой прибегали пожилые мужчины. Я покопалась в сети, нашла более или менее правдоподобные статьи, и оказалось, что все было не так поэтично. Сейчас все расскажу.

Байка из сети

Легенда гласит, что в средние века для жителей Сардинии мужского пола достойной считалась только смерть в бою. Поэтому, если сардинца тяжело ранили или он доживал до глубокой старости, ему на помощь призывали аккабадора. Этот человек, с ног до головы одетый в черное, приходил к постели жертвы, начинал его изощренно оскорблять, а когда того захлестывал праведный гнев и он вызывал пришельца на дуэль, убивал его. Так это якобы считалось не суицидом, а приравнивалось к смерти во время боя и снимало позорное клеймо с семьи. Сюжет звучит красочно и таинственно, словно это эпизод из мрачного исторического фильма.

Немного углубившись в тематику, я выяснила, что истории про оскорбление умирающего — это всего лишь интернет-байки. Если бы даже такой ритуал и проводили, он никак не мог бы приравниваться к дуэли, т. к. во время обряда жертва зачастую даже не могла держать в руках оружие. Откуда взялась такая интерпретация, мы не знаем. Сардинцы предполагают, что ее выдумали итальянцы, чтобы выставить островитян жестокими дикарями.

Конечно же, мне захотелось узнать, как все было на самом деле. Я нашла несколько статей, которые опираются на реальные упоминания в литературных источниках аккабадор. Однако точного подтверждения наличия в старину такой профессии до сих пор получено не было. Тем не менее, местные жители Сардинии из уст в уста передают истории о аккабадорах и методах их работы.

Настоящие аккабадоры

Для начала углубимся в историю Сардинии. Этот остров с древних времен населяли шарданы — воинственный народ, который ходил по морям, промышлял пиратством, разбойничеством. Позже многие мужчины стали наниматься в армии, например, воевали на стороне египтян. Отношение к смерти у шарданов (позже их стали звать сардами) было схоже с философией викингов. Достойный мужчина должен обязательно погибнуть в бою, с оружием в руках.

После присоединения острова Сардиния к Италии сарды жили довольно обособленно. Они сохраняли традиции праотцов, даже после всеобщего крещения по католическому обряду. Сегодня островитяне тоже сильно отличаются от итальянцев, поэтому они так сильно недолюбливают друг друга.

Итак, кто же такие аккабадоры? Во-первых, это всегда были женщины. Профессия часто передавалась по наследству от матери к дочери. Рядовые жители Сардинии относились к ним с почтением, но сторонились. Как-никак, а они приносили в дом смерть.

Аккабадор действительно вызывали к глубоко пожилым людям, которые не могли себя обслуживать, тяжело больным, от которых отказались врачи, или тем, кто доживал свои дни в страшных мучениях. "Хозяйку смерти" вызывал либо сам человек, желающий уйти, либо его родственники.

Оксана Давидовна Фаис-Леутская в своей работе «Эвтаназия в традиционной культуре» пишет, что в своей работе аккабадоры использовали два метода: удушение (при помощи рук/ног или подушки) и удар тяжелым деревянным молотом в основании черепа. Эти женщины хорошо знали анатомию человека и могли сделать его уход быстрым и почти безболезненным. По неподтвержденным данным, последняя аккабадора завершила свой "трудовой путь" в 1953 году.

Сардонический смех

С жителями Сардинии и их жуткими традициями связана еще одна теория. Исследователи предполагают, что именно от названия этого народа пошло выражение "сардонический смех". Согласно словарю, это язвительный, злорадный, презрительный смех, часто с оттенком горечи, жестокости или цинизма. Он может выражать насмешку над кем‑либо, пренебрежение к ситуации либо нервное напряжение — например, в трагический или неловкий момент.

До того как на Сардинии появились аккабадоры, местные жители ускоряли уход больных и немощных родственников иначе. Они опаивали их специальным отваром, который затуманивал разум, и сбрасывали со скалы. Тот же напиток пили и родственники, провожающие близкого в последний путь. В состоянии измененного сознания люди натянуто улыбались или даже хохотали сквозь слезы. Именно такой смех и называют сардоническим. Об этом пишет Юрий Бородай, автор работы «От фантазии к реальности (возникновение нравственности».