Согласитесь, не каждый человек удостоился чести, что его день рождения становится государственным праздником. Пока это Христос (а Он не человек в обычном смысле этого слова), в советское время – Ленин, а в России – Пушкин…
Даже троечник в России скажет, кто такой Пушкин – «наше все», «солнце русской поэзии», создатель русского литературного языка. Поэт, который разделил русскую литературу на «до» и «после».
А еще – символ сухой академической литературы. Пьеса «Спасти камер-юнкера Пушкина» представляет нам его как поэта школьных учительниц, превративших его в гипсовый памятник самому себе.
Однако Пушкин один из поэтов «для внутреннего употребления». Его нельзя отправлять на «экспорт», как Толстого, Чехова, нефть и балет. Все-таки его главное достоинство – язык. Не всегда поддающийся полноценному глубокому переводу.
Тем более я была удивлена, когда узнала, что в Америке Пушкина знают…афроамериканские таксисты. Американский литературовед Энн Лоунсбери в работе «Пушкин в афро-американском контексте» писала, что в процессе опроса выяснила – белые таксисты о Пушкине никогда не слышали. Зато его знают таксисты африканского происхождения.
В течение ста пятидесяти лет американцы африканского происхождения писали о Пушкине как о великом русском литературном гении, который был, однако, как сформулировал один из черных интеллектуалов в 1904 г., «кровно связан с расой».
В нетолерантной России цвет кожи Пушкина не волновал ни литературоведов, ни учителей, ни школьников. Ни даже самого Пушкина.
Он писал о своем прадедушке в повести «Арап Петра Великого», упоминал его в стихах «Моя родословная». Но также, как мог упоминать какую-нибудь прабабушку-полячку или прадеда немца.
И американских авторов 90 ых это удивляло.
Другой литературовед – Дж. Симмонс предлагал «игнорировать этот неприятный вопрос», но признавал, что это будет непросто – «этому препятствует сам Пушкин, приписывавший существенное значение своему происхождению».
В итоге ученый находит разумный (с его точки зрения) компромисс – считать прадеда Пушкина не собственно негром, а «абиссинцем». То есть представителем других народов, живущих в Эфиопии.
Откуда такое внимание к происхождению поэта? Ни его гибель на дуэли – предсказанная до этого гадалкой, ни ухаживания Николая Первого за женой Пушкина, ни само его творчество. Именно пресловутый прадедушка Ганнибал.
Для нас с вами это смешно, но эта деталь раскрывает всю историю американского расизма и расовой сегрегации в США.
Да, расизм для американца – не просто слово и не повод для шуток, как у нас (совсем они там со своим расизмом с ума сошли!).
Это одна из причин нашего глубинного недопонимания.
В России проблем с цветом кожи не было никогда. Да и с национальностью тоже.
«А евреи?», - спросите вы.
Дискриминация евреев имела место быть – но не по национальности, а по вероисповеданию.
Крестился – и все двери открыты.
Да и до фанатизма никогда не доходило.
Голливудские фильмы сейчас – попытка спрятать настоящую неудобную правду. Рабство, расовая сегрегация, раздельные места в автобусе, где чернокожему позволено было сидеть только если нет белых, которым нужно место. Чернокожая актриса Хэтти Макдэниел, сыгравшая Мамушку в «Унесенных ветром», которая не смогла попасть на премьеру собственного фильма.
В цивилизованной Европе темнокожих показывали в зоопарке, как зверей аж до 1958 года, когда была закрыта последняя «негритянская деревня».
В США 1960 году в кафе Woolworth's в Гринсборо официант отказался обслуживать четырёх афроамериканских студентов. Все закончилось знаменитой сидячей забастовкой.
Негром считался любой, у кого есть хотя бы «одна капля крови». И один прадедушка тоже «считается»
.
Факт, что Пушкин еще и был потомком «смешанного брака» также был довольно сложен для восприятия американца, поскольку отношения между расами были строжайше запрещены долгое время.
Раздельные библиотеки, раздельные места в автобусе, разные столики в кафе. Даже при строительстве Пентагона настаивали на разделении туалетов для белых и «цветных».
На этом фоне история «темнокожего парня», который высоко поднялся в России 19 века среди белого высшего общества стала вдохновением афроамериканской молодежи.
Возможно, не очень справедливо. Ведь Пушкин родился в богатой дворянской семье. Деньги, связи, общение с литераторами. Образование в самой престижной школе тех лет – Царскосельском лицее. У Пушкина было много сложностей в жизни, главным из которых была николаевская цензура. Что угодно – но не цвет кожи.
Поэтому для афроамериканского таксиста, живущего в США времен действия «законов Джима Кроу» Пушкин вряд ли мог считаться примером «преодоления расовых ограничений».
Но все же он для них был. Гений с африканскими корнями. Своим существованием Пушкин говорил им: «Талант не имеет национальности». Как раз то, что было им тогда необходимо услышать.
Что ж, тогда стоит радоваться, что нашелся кто-то, кто им так сказал.
Знаете, я не отказалась бы, чтобы в США сняли фильм про Пушкина. Тем более, там судьба идеальна для кино. Талантливый мальчик, друзья, интриги, дуэли, карты. Предсказание гадалки. Интерес императора к его жене. Ревность, которую не можешь проявить – императора на дуэль не вызовешь.
Долги, конфликт с властью.
И последняя дуэль с Дантесом.
Ну чем не готовый сценарий?
Но, боюсь, в современном Голливуде всю личность Пушкина могут свести к его «расовой идентичности». Что он «афрорусский» и ищет свое место в белом высшем обществе.
И трудно объяснить им, что африканское происхождение было последним, о чем переживал сам Пушкин. Иначе не писал бы о прадедушке также спокойно, как о других своих предках.
А еще не хочется слышать, как друзья будут называть его "Алекс".
А вы как считаете?
Даже троечник в России скажет, кто такой Пушкин – «наше все», «солнце русской поэзии», создатель русского литературного языка. Поэт, который разделил русскую литературу на «до» и «после».
А еще – символ сухой академической литературы. Пьеса «Спасти камер-юнкера Пушкина» представляет нам его как поэта школьных учительниц, превративших его в гипсовый памятник самому себе.
Однако Пушкин один из поэтов «для внутреннего употребления». Его нельзя отправлять на «экспорт», как Толстого, Чехова, нефть и балет. Все-таки его главное достоинство – язык. Не всегда поддающийся полноценному глубокому переводу.
Тем более я была удивлена, когда узнала, что в Америке Пушкина знают…афроамериканские таксисты. Американский литературовед Энн Лоунсбери в работе «Пушкин в афро-американском контексте» писала, что в процессе опроса выяснила – белые таксисты о Пушкине никогда не слышали. Зато его знают таксисты африканского происхождения.
В течение ста пятидесяти лет американцы африканского происхождения писали о Пушкине как о великом русском литературном гении, который был, однако, как сформулировал один из черных интеллектуалов в 1904 г., «кровно связан с расой».
В нетолерантной России цвет кожи Пушкина не волновал ни литературоведов, ни учителей, ни школьников. Ни даже самого Пушкина.
Он писал о своем прадедушке в повести «Арап Петра Великого», упоминал его в стихах «Моя родословная». Но также, как мог упоминать какую-нибудь прабабушку-полячку или прадеда немца.
И сходно купленный арап
Возрос усерден, неподкупен,
Царю наперсник, а не раб.
Возрос усерден, неподкупен,
Царю наперсник, а не раб.
И американских авторов 90 ых это удивляло.
Борис Бразоль с удивлением указывал на то, что Пушкин не стыдится своей наследственности: «Сам Пушкин не пытался скрывать или отрицать тот факт, что один из его предков происходил из черной расы. В своих разговорах и переписке он часто касался этой темы с наивным простодушием”. Бразоль отрицает, что Пушкин приписывал какое-либо значение этой “примеси африканской крови” и одобряет поэта за то, что тот “мудро [принимает] генетический изъян, если это можно назвать изъяном, как un fait accompli [свершившийся факт]».
Другой литературовед – Дж. Симмонс предлагал «игнорировать этот неприятный вопрос», но признавал, что это будет непросто – «этому препятствует сам Пушкин, приписывавший существенное значение своему происхождению».
В итоге ученый находит разумный (с его точки зрения) компромисс – считать прадеда Пушкина не собственно негром, а «абиссинцем». То есть представителем других народов, живущих в Эфиопии.
Откуда такое внимание к происхождению поэта? Ни его гибель на дуэли – предсказанная до этого гадалкой, ни ухаживания Николая Первого за женой Пушкина, ни само его творчество. Именно пресловутый прадедушка Ганнибал.
Для нас с вами это смешно, но эта деталь раскрывает всю историю американского расизма и расовой сегрегации в США.
Да, расизм для американца – не просто слово и не повод для шуток, как у нас (совсем они там со своим расизмом с ума сошли!).
Это одна из причин нашего глубинного недопонимания.
В России проблем с цветом кожи не было никогда. Да и с национальностью тоже.
«А евреи?», - спросите вы.
Дискриминация евреев имела место быть – но не по национальности, а по вероисповеданию.
Крестился – и все двери открыты.
Да и до фанатизма никогда не доходило.
Голливудские фильмы сейчас – попытка спрятать настоящую неудобную правду. Рабство, расовая сегрегация, раздельные места в автобусе, где чернокожему позволено было сидеть только если нет белых, которым нужно место. Чернокожая актриса Хэтти Макдэниел, сыгравшая Мамушку в «Унесенных ветром», которая не смогла попасть на премьеру собственного фильма.
В цивилизованной Европе темнокожих показывали в зоопарке, как зверей аж до 1958 года, когда была закрыта последняя «негритянская деревня».
В США 1960 году в кафе Woolworth's в Гринсборо официант отказался обслуживать четырёх афроамериканских студентов. Все закончилось знаменитой сидячей забастовкой.
Негром считался любой, у кого есть хотя бы «одна капля крови». И один прадедушка тоже «считается»
.
Правило одной капли крови (англ. One-drop rule) — принцип социальной и правовой классификации населения, принятый в ряде штатов США в первой половине XX века. Согласно этому принципу человек с хотя бы одним чернокожим предком по отцовской и/или материнской линии («одна капля чёрной крови») должен был считаться чернокожим сам, независимо от его фактического цвета кожи — иначе говоря, он причислялся к группе, обозначаемой как «негры» (англ. Negro) или «цветные» (англ. colored). Этот же принцип применялся и в отношении потомков от смешанных браков с индейцами.
Факт, что Пушкин еще и был потомком «смешанного брака» также был довольно сложен для восприятия американца, поскольку отношения между расами были строжайше запрещены долгое время.
«В Америке Пушкину пришлось бы ездить в грязных вагонах Джима Кроу, ему бы отказывали в обслуживании, не пускали в библиотеки и театры».
Раздельные библиотеки, раздельные места в автобусе, разные столики в кафе. Даже при строительстве Пентагона настаивали на разделении туалетов для белых и «цветных».
На этом фоне история «темнокожего парня», который высоко поднялся в России 19 века среди белого высшего общества стала вдохновением афроамериканской молодежи.
Возможно, не очень справедливо. Ведь Пушкин родился в богатой дворянской семье. Деньги, связи, общение с литераторами. Образование в самой престижной школе тех лет – Царскосельском лицее. У Пушкина было много сложностей в жизни, главным из которых была николаевская цензура. Что угодно – но не цвет кожи.
Поэтому для афроамериканского таксиста, живущего в США времен действия «законов Джима Кроу» Пушкин вряд ли мог считаться примером «преодоления расовых ограничений».
Но все же он для них был. Гений с африканскими корнями. Своим существованием Пушкин говорил им: «Талант не имеет национальности». Как раз то, что было им тогда необходимо услышать.
Что ж, тогда стоит радоваться, что нашелся кто-то, кто им так сказал.
Знаете, я не отказалась бы, чтобы в США сняли фильм про Пушкина. Тем более, там судьба идеальна для кино. Талантливый мальчик, друзья, интриги, дуэли, карты. Предсказание гадалки. Интерес императора к его жене. Ревность, которую не можешь проявить – императора на дуэль не вызовешь.
Долги, конфликт с властью.
И последняя дуэль с Дантесом.
Ну чем не готовый сценарий?
Но, боюсь, в современном Голливуде всю личность Пушкина могут свести к его «расовой идентичности». Что он «афрорусский» и ищет свое место в белом высшем обществе.
И трудно объяснить им, что африканское происхождение было последним, о чем переживал сам Пушкин. Иначе не писал бы о прадедушке также спокойно, как о других своих предках.
А еще не хочется слышать, как друзья будут называть его "Алекс".
А вы как считаете?
