Еще хорошо помнится пандемия Ковида.Тогда были закрыты границы, но как всегда не сразу, опустели улицы городов, ввели обязательное ношение масок в общественных местах, прививки стали практически обязательными. Было достаточно тревожно. Мне казалось, что мир вокруг как-то замер. Привычная жизнь на паузе, но это все ради безопасности. Казалось бы, мы живем в 21 веке с интернетом и современной медициной, но даже тогда появилась паника и недоверие к врачам.
А теперь представьте себе примерно такую же ситуацию, только 250 лет назад. Ни современных лекарств и мед.техники, ни тестов, ни понимания того, как вообще лечится болезнь.
Чума в Москве. Пик заболевания пришелся на период лето-осень 1771 г. Чума того времени, на данный момент, последняя крупная вспышка данного заболевания. В самый разгар эпидемии люди умирали за двое суток. Каждый день в городе хоронили больше 1000 погибших. В воздухе стоял ужасный запах гниения. Первые же учтенные заболевшие появились еще более 7 месяцев назад. Эта болезнь пришла из Османской империи, заражая по пути жителей сегодняшних Молдавии и Украины.
Чтобы остановить заразу, власти ввели строгие правила:
Умерших запретили хоронить рядом с церквями. Их тела просто сваливали в общие ямы далеко за городом.
Закрыли рынки и фабрики, чтобы люди не собирались большим количеством.
Заперли общественные бани.
Тысячи рабочих остались без денег и еды. По городу поползли жуткие слухи: народ шепотом передавал друг другу, что врачи специально морят больных, а чиновники хотят извести простой люд.
В этой ситуации церковь была единственным местом, где можно было найти утешение. У Варварских ворот висела чудотворная Боголюбская икона. К ней каждый день стекались огромные толпы — все хотели помолиться о спасении. Но на самом деле эта ситуация только помогала болезни распространяться быстрее. Архиепископ Амвросий испугался за город и приказал снять икону со стены и спрятать ее в храм, чтобы народ не собирался в таком количестве. Сейчас многие историки считают его решение ошибкой.
Тогда люди не поняли принятое Амвросием решение. Они решили, что их лишили последней защиты, и что их пожертвования архиепископ забрал себе.
Утром 15 сентября огромная толпа разъяренных людей пошла к Кремлю искать архиепископа. Не найдя его там, уже на следующий день бунтовщики взяли штурмом Донской монастырь. Там они поймали Амвросия и жестоко забили его камнями прямо во дворе.
Три дня Москва была во власти погромщиков. Они грабили богатые дома, ломали карантинные заставы и выпускали заразных больных на улицы. Полицейские разбежались, никто не мог навести порядок.
Так как вся знать сбежала из Москвы, за старшего остался генерал-поручик Еропкин Петр. Он и Великолуцкий полк приступили к наведению порядка. Более 10 тыс. военных теснили недовольных. Генерал не смог мирно договориться с восставшими, поэтому бунт в течение трех дней был кроваво подавлен. Среди жертв 100 человек, более 300 арестовано. Еще до начала бунта императрица Екатерина II приказала Григорию Орлову отправиться в помощь Еропкину, но его войска прибыли в Москву, уже когда бунт был подавлен.
Перепуганная размахом беззакония императрица наконец направила в чумной город реальные ресурсы. Власти организовали выплату денег беднякам за вынос трупов (чтобы люди перестали прятать умерших родственников ради их продуктового пайка), навели порядок в госпиталях и жестко изолировали зачумленные кварталы. Москва была разделена на 27 участков, где проводили учет и изоляцию больных, вывоз умерших. Тем, кого выпустили из карантина, выдавали деньги. Мор начал отступать.
Данные о количестве умерших разнятся. Орлов сообщал о 50000 смертей, московский врач А.Судаков о 56 907, Екатерина II писала Фридриху Гримму о 100 тыс. человек.
Примечательно, что в 1771 г. Г. Орлов распорядился создать дополнительные кладбища для захоронения умерших от чумы, распложенных за Камер-Коллежского валом. Их было 10, среди которых такой известный некрополь, как Ваганьковские кладбище.
Чумной бунт вошел в историю как мрачное напоминание: эпидемию можно победить карантином, но если народ доведен до отчаяния и видит в каждом указе властей заговор против себя, болезнь становится лишь поводом для большой крови. Возможен ли был бунт в наше время, если бы эпидемия продлилась бы дольше? Скорее всего нет. Ведь большинство населения – грамотные люди и знают, как важно соблюдать карантинные меры, плюс, здесь, скорее всего, сыграл инстинкт самосохранения. Без помощи властей, а именно бесплатных вакцин, медицинской помощи, было бы больше жертв.
А теперь представьте себе примерно такую же ситуацию, только 250 лет назад. Ни современных лекарств и мед.техники, ни тестов, ни понимания того, как вообще лечится болезнь.
Чума в Москве. Пик заболевания пришелся на период лето-осень 1771 г. Чума того времени, на данный момент, последняя крупная вспышка данного заболевания. В самый разгар эпидемии люди умирали за двое суток. Каждый день в городе хоронили больше 1000 погибших. В воздухе стоял ужасный запах гниения. Первые же учтенные заболевшие появились еще более 7 месяцев назад. Эта болезнь пришла из Османской империи, заражая по пути жителей сегодняшних Молдавии и Украины.
Чтобы остановить заразу, власти ввели строгие правила:
Умерших запретили хоронить рядом с церквями. Их тела просто сваливали в общие ямы далеко за городом.
Закрыли рынки и фабрики, чтобы люди не собирались большим количеством.
Заперли общественные бани.
Тысячи рабочих остались без денег и еды. По городу поползли жуткие слухи: народ шепотом передавал друг другу, что врачи специально морят больных, а чиновники хотят извести простой люд.
В этой ситуации церковь была единственным местом, где можно было найти утешение. У Варварских ворот висела чудотворная Боголюбская икона. К ней каждый день стекались огромные толпы — все хотели помолиться о спасении. Но на самом деле эта ситуация только помогала болезни распространяться быстрее. Архиепископ Амвросий испугался за город и приказал снять икону со стены и спрятать ее в храм, чтобы народ не собирался в таком количестве. Сейчас многие историки считают его решение ошибкой.
Тогда люди не поняли принятое Амвросием решение. Они решили, что их лишили последней защиты, и что их пожертвования архиепископ забрал себе.
Утром 15 сентября огромная толпа разъяренных людей пошла к Кремлю искать архиепископа. Не найдя его там, уже на следующий день бунтовщики взяли штурмом Донской монастырь. Там они поймали Амвросия и жестоко забили его камнями прямо во дворе.
Три дня Москва была во власти погромщиков. Они грабили богатые дома, ломали карантинные заставы и выпускали заразных больных на улицы. Полицейские разбежались, никто не мог навести порядок.
Так как вся знать сбежала из Москвы, за старшего остался генерал-поручик Еропкин Петр. Он и Великолуцкий полк приступили к наведению порядка. Более 10 тыс. военных теснили недовольных. Генерал не смог мирно договориться с восставшими, поэтому бунт в течение трех дней был кроваво подавлен. Среди жертв 100 человек, более 300 арестовано. Еще до начала бунта императрица Екатерина II приказала Григорию Орлову отправиться в помощь Еропкину, но его войска прибыли в Москву, уже когда бунт был подавлен.
Перепуганная размахом беззакония императрица наконец направила в чумной город реальные ресурсы. Власти организовали выплату денег беднякам за вынос трупов (чтобы люди перестали прятать умерших родственников ради их продуктового пайка), навели порядок в госпиталях и жестко изолировали зачумленные кварталы. Москва была разделена на 27 участков, где проводили учет и изоляцию больных, вывоз умерших. Тем, кого выпустили из карантина, выдавали деньги. Мор начал отступать.
Данные о количестве умерших разнятся. Орлов сообщал о 50000 смертей, московский врач А.Судаков о 56 907, Екатерина II писала Фридриху Гримму о 100 тыс. человек.
Примечательно, что в 1771 г. Г. Орлов распорядился создать дополнительные кладбища для захоронения умерших от чумы, распложенных за Камер-Коллежского валом. Их было 10, среди которых такой известный некрополь, как Ваганьковские кладбище.
Чумной бунт вошел в историю как мрачное напоминание: эпидемию можно победить карантином, но если народ доведен до отчаяния и видит в каждом указе властей заговор против себя, болезнь становится лишь поводом для большой крови. Возможен ли был бунт в наше время, если бы эпидемия продлилась бы дольше? Скорее всего нет. Ведь большинство населения – грамотные люди и знают, как важно соблюдать карантинные меры, плюс, здесь, скорее всего, сыграл инстинкт самосохранения. Без помощи властей, а именно бесплатных вакцин, медицинской помощи, было бы больше жертв.
