Посты с тегом: литература

Давайте сразу несколько вопросов поднимем?

а) Почему писатель не конечный автор;
б) Почему любая литература, даже низкосортная, полезна;
в) Почему с развитием кино она утратила часть популярности.

Расположила я вопросы в таком порядке, потому что одно логично вытекает из другого. Начнем с первого. Итак, писатель - не конечный автор. Скажу больше, он даже не начальный) Ну я сейчас про свою ситуацию, в которой я не выдумываю вообще ничего, а только записываю то, что мне надиктовали. Здесь писатель становится средним звеном между тем, кто ему это все надиктовывает и конечным потребителем - читателем.

И вот именно читатель и является конечным автором. Да-да, я считаю, что литература - творчество коллективное: нечто-писатель-читатель. И именно читатель создает в своей голове конечную картинку. Потому что я могу как угодно описать героя, вплоть до последней родинки, нарисовать буквами мир до последней травинки. Но лишь в воображении читателя оживут и мир, и герои. И, скорее всего, будут отличаться от моих описаний.

Поэтому акт творчества не заканчивается, когда книга дописана. Он начинается каждый раз заново, когда книгу берет в руки читатель. Причем неважно, в первый раз берет или перечитать потянуло. И всегда этот акт творчества уникален, всегда появляется новое произведение. Без читателя книга не живет, только хранит в себе заготовку мира и персонажей.

Теперь переходим ко второму вопросу. И с учетом того, о чем я тут уже выше написала, любая литература любых жанров служит для развития воображения. Какими бы ни были картонными герои и каким бы ни был их мир шаблонным - все равно наш мозг сделает свою работу, пнет воображение и оно нарисует нам то, что мы видим только в буквах. Другой вопрос, конечно, чего ради мучить себя и читать картон, но каждый сходит с ума по-своему.

А теперь вопрос третий. Ну тут, я думаю, все проще пареной репы. В кино нашему мозгу напрягаться не нужно вообще. Мало того, что всю историю уже придумали - так и героев создали, и мир показали. Просто внимай и все тут. Нет, ну если кино еще и про что-то, шевелить мозгом все равно придется. А вот если что-то на один раз - то и не нужно.

И наш мозг, ленивая и умная субстанция, по этой причине кино очень любит. Потому что он еще и очень экономно расходует свои ресурсы. Если есть возможность не думать - он ею воспользуется, уж поверьте мне. Поэтому с большей долей вероятности предпочтет кино книге. Ведь тут не нужно думать: все уже за тебя придумали, изобразили и подали в удобоваримом виде. Осталось только употребить.

По этой причине средний школьник предпочтет даже не краткое содержание прочесть, если у него есть время, а именно фильм посмотреть. Другой вопрос - иногда фильм-таки сподвигает узнать, как все было на самом деле. Например, мне кажется, множество школьников после первого фильма про Гарри Поттера атаковали магазины. Фильм по книге - отличная реклама этой самой книги. Но не всегда. Некоторые напротив останавливаются только на просмотре. И незаслуженно подвергают книги забвению. Это реально грустно, особенно если учесть, что собираются снимать ИИ-фильмы. Потому что, поправьте меня, если я не права - но даже ИИ-книга лучше ИИ-фильма.

Вы знаете, я очень люблю пересматривать старые фильмы, сериалы. Помню их иногда наизусть: вот, в "Зачарованных" на первой же минуте любого эпизода вспомню, о чем он. Люблю перечитывать книги, которые читала уже несколько раз. И как оказалось, я такая не единственная. Многие любят возвращаться к тому, что им уже хорошо знакомо.

И думаю, этому феномену имеется сразу несколько объяснений, которые друг другу не противоречат, а наоборот, дополняют. Первое: даже в изученном до дыр произведении часто можно открыть что-то новое. Да, что написано пером уже не вырубишь топором, и фильм уже не изменится. Но меняемся мы и с позиции этих изменений открываем для себя что-то новое. Даже вот в кэролловской Алисе постоянно что-то новое находишь и это, как минимум, интересно.

Во-вторых, все мы родом из детства. И хоть так можем ненадолго в него вернуться. Вспомнить, как мама резала салаты под "Ивана Васильевича", как дремала под крылом у папы во время семейного просмотра "Операции Ы". По этой причине мне даже сложно с позиции современной женщины рассматривать героев "Иронии судьбы" или "Служебного романа" - будто на святое покушаюсь) Кстати о салатах: тоже ведь своеобразная машина времени. И та еда, которая в детстве была строго праздничной, способна влегкую отмотать 30 лет назад и вернуть в то время. А казалось бы, обычное картофельное пюре.

Но любим мы не только то, что знакомо с детства и связано с особыми воспоминаниями. Сериалы, просмотренные уже подростком или взрослым, музыка приблизительно того же периода. И я заметила, чем мы старше, тем сложнее полюбить что-то новое. Зато то, что уже знакомо было раньше, заходит на ура. И тут кроется третья причина: безопасность.

То, что нам знакомо, подсознательно воспринимается как безопасное. Да, оно почти не вызывает сильных эмоций (хотя если в настроение попадает, то и вызывает). Но успокаивает, дает чувство защищенности. С возрастом это становится особенно ценно, потому что мы ведь не молодеем и ресурсов защищаться и даже обрабатывать те самые сильные эмоции становится меньше. Но старое-доброе не требует защиты, не вызывает тревогу, как что-то новое. И ресурс тоже восполняет.

Проблема только в том, что чем меньше мозг получает новую пищу, тем сложнее ему и дальше сохранять работоспособность на должном уровне. Я не специалист и не могу утверждать с абсолютной уверенностью, но мне кажется, что тут и кроется одна из причин старческой умственной деградации. Но как найти баланс, чтобы и чувство безопасности сохранить, и ясность ума?

Я пока иду простым путем: учу языки через песни. В основном, английский, потому что в нем я нихт ферштейн, но бывает, касаюсь французского, итальянского и испанского. С немецким не сложилось, он слишком простой, на мой взгляд, а тут вот мозгу иногда покипеть приходится. Но при этом чувство безопасности сохраняется, хоть и вводится что-то новое. Пока хватает. Перестанет хватать - ну не знаю, придется за шахматы садиться. Тут гарантированно или с катушек спрыгну или освою) Но в любом случае, даже после всего нового не забываю о старом и с удовольствием пересматриваю/перечитываю даже то, что знаю наизусть. Потому что, и это еще одна, самая важная причина - люблю.

Я тут сейчас уточнила: у Дарьи Донцовой серия про Евлампию Романову успешно близится к шестидесятому тому. И задумалась. Все мы смотрим сериалы, есть наверняка любимые, которые пересматриваем не по одному разу. "Отчаянные домохозяйки", например - мне кажется, кто их увидел однажды, пересматривать будет время от времени.

Или вот например "Санта-Барбара", "Великолепный век", "Доктор Кто" и другие. Я сейчас намеренно длинные беру. Сериал, который снимается десятилетиями и насчитывает сотни, а то и тысячи эпизодов, непременно соберет аудиторию фанатов. Если, конечно, не скатится со временем на дно. Потому что привыкаем мы к героям, привязываемся, они уже как родные. А если еще и сюжеты интересные - так тем более.

Но то киносериалы. Их можно смотреть фоном, в дороге - насколько мне известно, при просмотре видео не так укачивает, как может укачать при чтении. Наконец, там актерская игра может приковать внимание, интерьеры с экстерьерами, спецэффекты. А вот если говорить о сериале применительно к литературе? Насколько успешнее этот жанр, если сравнивать с отдельными книгами?

Вот Донцова. Честно скажу, в какой-то момент мне стало просто скучно следит за ее персонажами в рамках одной серии: где-то повторения, где-то я уже забыла, откуда этот герой взялся и зачем он снова вылез. За Гарри Поттером наблюдать было интереснее, но там и книг всего семь. Мама Ро умеет вовремя остановиться. Хотя... Потом же были "Фантастические твари".

Я, конечно, не Донцова и уж тем более не Роулинг. Но в моей первой серии 21 книга, во второй вот я пишу пятнадцатый том и он не последний, в голове вертится третья серия... Но все серии связаны темой и персонажами - я просто не могу с ними расстаться) Так что это скорее одна большая серия будет на выходе.

И, судя по статистике ЛитРес у меня есть целый один читатель, который последовательно скупает все эпизоды. Не знаю, кто этот святой человек, к сожалению. Однако знаю еще двух читателей лично: сестра и подруга. Сестра читает все, а куда ей деваться) Тогда как подруга застряла на восемнадцатом томе. Это вполне нормально, может банально надоесть.

Но вот задумалась я: насколько вообще успешны длинные серии? Да, понятно, что тут как и с фильмами: все зависит от содержания, от того, насколько интересно, продуманно и так далее. Даже самый любимый сериал забросишь, если там начинает твориться абсолютно нелогичная дичь невзирая на всю к нему любовь. А если хорошо снято/написано, но уж больно много?

Я-то, понятное дело, вряд ли остановлюсь, во всяком случае, пока не напишу все три серии. Это мой мир, я не могу и не хочу его бросать. А вы? Взялись бы вообще читать серию, в которой больше пяти-десяти книг? Или предпочитаете что-то менее объемное и завершенное? Как относитесь к многотомникам?

Каждый год в России проходят мероприятия, так или иначе связанные с Великой Отечественной. День Победы. Памятные мероприятия на 22 июня. 7 ноября. 27 января – день снятия блокады Ленинграда.

О последнем, кстати, мне приходилось читать в интернете и такое мнение – а зачем было терпеть блокаду, если можно было спокойно капитулировать, и сохранить и жизни людей, и архитектуру. Вот Франция капитулировала и сохранила и Лувр, и Версаль…И немцы их не трогали. Почти…

Вот здесь и кроется загвоздка.

Книга Татьяны де Роне «Ключ Сары» раскрывает цену, которую Париж заплатил за видимое спокойствие и сохранение дворцов французских королей.

Сюжет

История развивается в двух линиях – в 1942 ом и 2002 ом.

В 2002 ом году американская журналистка Джулия, много лет живущая в Париже, получает задание написать об облаве «Вель д, Ив», которая произошла 16 июля 1942 года, и в результате которой было арестовано более 13 тысяч человек – мужчины, женщины, дети, вся вина которых была в том, что они евреи.

И неожиданно она понимает, что коснулась того, о чем нельзя говорить вслух. Молодежь никогда ничего не слышала ни о каком «Вель д, Ив», а старшее поколение не желает об этом говорить.

Неожиданно она узнает, что квартира, в которой они живут с мужем и дочерью, когда-то была отнята у еврейской семьи.

Одна проблема – никто из ее родных не желает об этом говорить. Кроме разве что пугающей в своем равнодушии фразы, что квартира им досталась дешево – ведь в эти дни освободилось много прекрасных и просторных квартир. Почему освободились, и что случилось с предыдущими владельцами? Все равно.

Теперь Джулия одержима желанием выяснить, что произошло с той еврейской семьей.

Вторая линия как раз и связана с судьбой еврейской девочки Сары и ее младшего брата Мишеля.

Во время облавы четырехлетний мальчик прячется в стенном шкафу – увидеть который невозможно, если не знать о нем. Сара запирает его там, уверенная, что они скоро вернутся. Сейчас эти люди во всем разберутся, и они вернутся домой.

Но вместо дома их всех собирают на закрытом велодроме. Без еды и почти без воды. А затем – распределяют по концлагерям.

В июле 1942 года в лагерь Дранси было переправлено 13 тысяч евреев. С этого момента и до освобождения лагеря в августе 1944 из него было вывезено 64 транспорта с узниками. 58 из них - в Аушвиц-Биркенау, два - в Майданек, два - в Собибор и по одному - в Каунас и Таллинн.
Выжить суждено не больше сотни…

В книге все это время Сару поддерживает лишь одна мысль – она должна вернуться и освободить брата из шкафа…Если тот еще жив.

Название «Ключ Сары» скрывает много смыслов. Это и буквально – старый ключ от того самого шкафа и ключ от прошлого, которое добропорядочные парижане пытались спрятать и сделать вид, что этого никогда не было.

Джулия наблюдатель – хоть и вовлеченный наблюдатель.

Интересно, что в реальности даже сейчас эта история не слишком широко освещается. Марин ле Пен утверждала, что Франция не несет ответственность за депортацию евреев.

И многие другие политики единогласно твердили, что французы ни причем – ответственность на немцах.

Ответственность признал нынешний президент Франции Эммануэль Макрон:


Я начала с упоминания блокады Ленинграда. В 2013 году Александр Городницкий ответил тем, кто говорил, что следовало бы отдать город ради сохранения архитектуры.


Думаю, лучше и не скажешь.

Теперь осилить бы книгу Патрика Модиано "Дора Брюдер" о другой еврейской девочке...

Я пишу лет так с 9 или 10. Во всяком случае, на газетной полосе мои творения в первый раз появились, когда мне было 11, это точно помню. Были в моей художественной деятельности и перерывы, достаточно продолжительные, но потом я все равно возвращалась к литературе. А еще с 23 лет прочно вошла в театр и не выхожу до сих пор) И благодаря ему у меня появились диплом СПО по специальности организатор культ-массовых мероприятий (массовик-затейник), диплом ВО по специальности театровед. А еще год обучения в студии при местном ТЮЗе, 3,5 года в школе актерского мастерства, несколько спектаклей, мною поставленных капустников, публикации в местных и столичных журналах/газетах и мечта стать режиссером (несбыточная).

Пишу я это не для того чтобы попонтоваться, а чтобы стало понятно: в творчестве я давно и достаточно плотно. Но при этом никогда не могла классифицировать для себя, что же это такое - вдохновение. Хотя некоторое время для меня это было симптомом явления "накатило", когда неведомая сила вдруг швыряет к компу и я пишу, себя не помня. Или на спектакле вдруг что-то нашло и уже совершенно пофиг на зал, на все, я внутри сюжета и снова себя не помню, я не я - персонаж. Но оно как накатило - так и откатило обратно, сделать это явление постоянным, со включением и выключением по щелчку не получалось. А когда один из моих любимых актеров как-то заявил, что у него это самое вдохновение было только раз в жизни, я подумала - да и ладно. Если у него так, мне куда лезть?

И просто писала, иногда под "накатило", иногда нет. Когда накатывать перестало, я и сделала перерыв в 10 лет. Но в это время как раз были все эти театрально-актерские занятия, возможно, я просто переключилась. Однако с грустью вспоминала свою неоконченную сагу и думала, что, наверное, никогда к ней не вернусь. Жалела, ведь я это дело любила.

Но в 2023 году вдруг вернулась к той самой неоконченной саге. По сути, сбежала из реального мира. Мама тогда тяжело болела и я хоть ненадолго пряталась в свои книги. Мне кажется, эскапизм и является одним из мотивов творить - создавать мир, который лучше реального. Главное в это не заиграться, но тут уже другая тема, об этом потом.

Вернемся к творчеству. Итак, сначала это стало для меня спасением. А потом вошло в привычку. И я даже с грустью думала, чем же я заполню пустоту, которая неизбежно возникнет, когда я допишу серию. Как вдруг начинаю писать вторую) А еще заметила, что пишу уже вроде как и не я. Постараюсь объяснить.

Когда я сажусь за компьютер, открываю документ, у меня никогда не возникает проблемы белого листа. Я просто начинаю писать. Не по плану - никогда у меня их не было. Нет, тут как и в жизни. Я знаю, какова начальная точка, знаю, какая конечная. А вот путь и что там ждет на этом пути мне неизвестно, прохожу его вместе со своими героями. Иногда сажусь с намерением написать определенную ситуацию - а прихожу в себя, когда написала что-то совершенно другое, о чем даже не подозревала, но оно, как я потом понимаю, было нужно по сюжету. Просто мне это надиктовали, пришло время - дали сюжет, я только записала.

Именно что записала, без правок со своей стороны. Особенно это стало понятно, когда я начала писать вторую серию. Главный герой там - молодой (поначалу) мужчина, который и мыслит не так, как я, и лексикон имеет совершенно другой. Я бы так, как он выражается, никогда бы не выражалась) У него все другое, мне не свойственное. Но как-то удается его передавать так, что он получается живым, даже бесит читателей)))

Поначалу, обнаружив такую диктовку, я удивилась конечно. Особенно когда стала осознавать, что мои герои к тому же открывают мне содержание нескольких томов наперед. Вот например, пишу я сейчас пятнадцатую часть - но уже знаю примерно содержание шестнадцатой и семнадцатой. Фрагментарно. Но чем ближе к ним - тем больше.

А еще удивляюсь тому, как прошлые приключения переплетаются с настоящими: вдруг антагонист, который должен быть в пятнадцатой части, получает вполне реальные мотивы благодаря приключениям, которые были в двенадцатой. Или ситуация из прошлой серии получает развитие и окончание в нынешней - хотя когда я писала тот сюжет, даже не подозревала, что будет новая серия.

И такое состояние у меня тоже не включается и не выключается по щелчку. Оно просто всегда со мной. Я могу тренироваться, например - а в это время мне открываются новые фрагменты сюжета. Или готовить - и одновременно с этим видеть очередное приключение моих героев. А потом сажусь писать и все это обрастает дополнительными подробностями, жизнью.

Некоторое время я порой удивлялась отдельным фрагментам и даже задавала во Вселенную вопрос: ну а почему произойдет именно так? И Вселенная мне (не зовите санитаров) отвечала, давала логичное обоснование моментам, которые мне тогда казались нелогичными. Постепенно спрашивать я перестала. Появилось бесконечное доверие к тому, кто мне все это диктует. Даже если сейчас это все кажется странным, в конце вырулим на логику.

И вот это все, что хранится в моей голове, может показаться дикой мешаниной: оттуда кусок, отсюда, неясные мотивы. Как это все выстроить в единую линию? Но я думаю, это все вполне можно сравнить с изнанкой вышивки. Там же тоже дикий беспорядок: стежки, узелки. А переворачиваешь - и видишь цельную картину, красивую даже может быть.

При чем тут вдохновение - спросите вы. Знаете, пару лет назад я услышала у одного блогера гениальную фразу: "Вдохновение - это подъем до уровня духа". И сразу поняла, что это про меня. Если раньше условно мне казалось, что это вот все накатывает, снисходит, то теперь я вижу принципиально иную методику. Не снисходит - но мы поднимаемся до уровня духа, входим в пресловутый транс. И там, из единого информационного пространства, черпаем то, что нам нужно. Вот вам и вдохновение: прогулялись до небес и обратно, принесли с собой что-то из высших сфер.

А напоследок смешное совпадение как раз на тему единого информационного пространства. В январе 2025 года в мою серию ворвалась героиня, которая поначалу задумывалась как проходная, но стала основной. Почему-то с самого начала ее облик рисовался мне с облика Шер, которую я обожаю. Героиня в возрасте, в жизни много чего у нее происходило. В частности, и на костре чуть не сожгли, и по времени она путешествовала... Теперь представьте мое удивление, когда я вижу рекламу с Шер. И там ее героиня проваливается в прошлое, ее пытаются сжечь на костре. А по времени снималось это приблизительно тогда же, когда я это писала. Вот вам и единое информационное пространство. Кто-то там увидел сюжет для рекламы, а я для книги) Понимаю, что это совпадение - но для меня весьма забавное.

На дворе июль. Что для поттероманов значит – приближается день рождения Мальчика, Который Выжил.

Вообще вы заметили, что у поттероманов свой календарь?

31 декабря – день рождения Волан де морта (и вы еще спрашиваете, почему он такой злой? Посмотрела бы я на вас, если бы ваш день рождения был между 31 декабря и 1 января…).
31 мая – битва за Хогвартс
31 июля – день рождения Гарри
19 сентября – день рождения Гермионы
31 октября – день падения Волан де морта в Годриковой впадине

Мир Поттерианы продуман почти также как мир Властелина колец. Мы знаем даже автора учебника по истории магии, по которому учились персонажи.

Даже третьестепенный персонаж, который появится от силы пару раз – запомнится. И будет неоднозначным. Как Олливандер, о котором даже Гарри не мог сказать, нравится он ему или нет. Слишком неоднозначным выглядит его преклонение перед Силой в любом ее виде («Тот, Чье Имя Нельзя Называть совершал великие дела. Ужасные…Но великие!»). Родственен ему только тщеславный Слизнорт, намеренно собирающий вокруг себя ярких талантливых детей, чтобы потом добавлять себе значимости за их счет.

Тем обиднее, что один персонаж остался почти не раскрыт. И я не о ком-то вроде Блейза Забини или Пэнси Паркинсон, а об одной из «золотого трио». Гермионе Грейнджер.

Почему Гермиона самый недооцененный персонаж – и я имею в виду не фанатов и не режиссеров, которые сделали из Гермионы «супер-вумен» - нередко в ущерб Рону. И пощечину Драко превратили в очень эффектную сцену в «Узнике Азкабана».

Я говорю именно об авторе, которая точно намеренно обделила мисс Грейнджер вниманием.

Ее семья не раскрыта

Сравните, какую роль в Поттериане играет семья Рона. Мы знаем об Уизли практически все. Миссис Уизли становится для Гарри второй матерью.

О семье Гермионы мы не знаем ровным счетом ничего, кроме того, что они магглы и дантисты по профессии. И что на день рождения они подарили Гермионе деньги, на которые она купила Живоглота.
Почему Гермиона так одержима успехом? Почему одна-единственная «четверка» среди экзаменов СОВ чуть не заставляет ее расплакаться?

Такие девочки обычно вырастают в семьях, где настольная книга – Эми Чуа «Боевой гимн матери-тигрицы» или что-нибудь вроде «Как воспитать гения».

Есть слухи, что Джоан Роулинг хотела добавить сестру Гермионы в «Гарри Поттер и Кубок Огня», но передумала.

При этом не обязательно было бы устраивать монологи на 15 страниц.

Волан де морт рассказал о своей семье буквально в нескольких фразах после возрождения – вот в том доме жил мой отец, там жила моя мать, он бросил ее, когда узнал, что она колдунья (видимо, что его приворожили, Реддл-старший сыну не рассказал).

О семье Гермионы и ее становлении мы можем только фантазировать.

У Гермионы нет своей арки

Снова вспомним о Роне – просто с ним Гермиону проще сравнивать. Оба второстепенные персонажи, помощники главного героя.

За семь книг он проходит свой путь и взрослеет. Мы знаем его уязвимые места - болезненное самолюбие, чувство собственной неполноценности. Младший в многодетной семье – младше него только Джинни, и все старшие братья – успешные состоявшиеся люди. А лучший друг и вовсе – Герой, Мальчик, Который Выжил.

У Гермионы такой арки нет. Она не сомневается в Дамблдоре, в поручении насчет крестражей. Дамблдор велел – значит, в лепешку расшибемся. Но сделаем. Чаще всего она просто та, кто всегда все знает. А еще иногда – «дева в беде», когда Драко обзывает ее «грязнокровкой», а Гарри и Рон вступаются.

Словно ее роль – быть объектом защиты для мальчиков, и в итоге достаться одному из них в качестве награды.

Уничтожение крестража – подвиг и одолжение

У Гермионы и Рона на счету по одному уничтоженному крестражу. И должна признать, идея, что крестражи уничтожает не только Избранный главный герой, но и другие персонажи, довольно удачная. Гарри уничтожает дневник, Рон – медальон, Дамблдор – кольцо, Невилл убивает Нагайну (и уже не спасибо за то, что Роулинг в «Фантастических тварях сделала Нагайну милой девушкой. Теперь будем представлять, как эта милая девушка в теле змеи ест тело профессора Бэрбидж, а потом погибает от руки Невилла).

Но есть разница – уничтожение медальона становится логичным завершением борьбы Рона со своими слабостями. В его праве совершить этот подвиг нет сомнения ни у кого – ни у Гарри, ни у читателей.
Гермиона же уничтожает чашу…потому что Рон ей уступает. И ведущая роль в ее уничтожении принадлежит ему. Он придумывает спуститься в Тайную комнату, он каким-то образом копирует парселтанг.

Все вышеперечисленное делает Гермиону не столько персонажем, сколько…функцией.

Помогать, защищать, обустраивать быт – а потом выслушивать, что положила джинсы, которые Рону малы, что рыба невкусная, и что она сломала палочку Гарри, когда спасала его, бессознательного, от Нагайны – хотя в последнем случае ей следовало сказать, что они попали в эту ловушку исключительно из-за него.

Кажется, я становлюсь феминисткой. Учитывая современное значение этого слова, не хотелось бы.

Нет, я не за то, чтобы на экране были исключительно бой-бабы, которые одной левой укладывают пятерых тренированных мужчин. Я среди тех, кто хочет видеть на экране в первую очередь ПЕРСОНАЖЕЙ. Не «сильную женщину» и не черного гения, вся гениальность которого как раз в цвете кожи и заключается – а персонажа со своей историей. Китнесс Эвердин – персонаж. Зена королева воинов – персонаж. И Гарри Поттер – персонаж.

А Гермиона, имея все шансы стать полноценным персонажем, к сожалению, так и осталась функцией.

Если не согласны – милости прошу в комментарии.

Скажите, вы когда-нибудь жалели, что научились читать?

Вот и я удивилась, когда главный герой книги Эрленда Лу «Наивно. Супер» об этом пожалел.

Интересно, что «Наивно. Супер» мало чем отличается от «Есть. Молиться. Любить» Элизабет Гилберт. В основе обеих книг – внутренний кризис, который может застать человека в любом возрасте, любом семейном и материальном положении. Хотя поездка на целый год в Италию, Индию и Индонезию для большинства из нас – «это что-то на богатом». Но книга Гилберт стала бестселлером, а роман Эрленда Лу как-то затерялся, попав мне в руки чисто случайно.

«Наивно. Супер». Название будто иронизирует над будущими читателями, которые наверняка разделятся на два лагеря – «Наивно» и «Супер».

Как вы поняли, я из второго. Во-первых, тема поиска смысла жизни мне близка, а во-вторых – подкупает, что герой не одевает свои переживания в блестки и стразы. Он открыт до наивности – и перед читателем, и перед другими персонажами. И – что немаловажно – перед самим собой.

Сюжет

Итак, молодой человек 25 лет вдруг осознает, что ничего не хочет и вообще не понимает, зачем живет.
Однако он не идет искать смысл жизни на дне бутылки, не пьет таблетки, как Вероника у Паоло Коэльо.
Элизабет Гилберт едет в Италию - есть, а потом в Индию - сбрасывать набранные в Италии килограммы в индийском ашраме.

Эрленд о путешествиях не думает. В отличие от нее он понимает, что от себя не убежать. Куда бы ты не поехал - твоя пустота поедет вместе с тобой.

Он увольняется с работы и поселяется в квартире брата (который работает в Америке), чтобы остаться со своей пустотой один на один.

И, нет, он не начинает анализировать свое детство и винить во всем родителей. Последнюю тему он сразу отсекает.


Герой (автор его не называет, поэтому будем звать его Эрлендом) не собирается перекладывать ответственность ни на родителей, ни на школьных обидчиков. Мне кажется, уже это должно снять с него обвинения в «инфантилизме». Инфантилам как раз свойственно плакаться психологам и годами пережевывать свои детские травмы.

Поэтому лечением своей пустоты герой занимается сам. По-своему.

Одиночеством, чтением, составлением списков, игрой в мяч с самим собой.

Интересно, что Элизабет Гилберт в индийском ашраме пела мантры.

Эрленд покупает детскую доску-колотилку и использует для снятия стресса – бьет молоточком по колышкам.

И то и другое – повторяющиеся действия, которые помогают восстановить душевное равновесие. Повторение одних и тех же фраз во время медитаций и повторяющиеся удары по колышкам.
Но разница в том, что в первом не стыдно признаться в компании…

Дауншифтинг

Философия главного героя ближе всего к движению «дауншифтинг», что значит «опрощение» - движение, как раз зародившееся в Норвегии.

Дауншифтинг — это отказ от традиционной модели успеха и высоких карьерных целей в пользу простоты, снижения уровня потребления и фокусировки на личном времени.

По сути то, чем и занимается Эрленд на протяжении книги. Конечно, без фанатизма. То есть без отказа от зубной пасты и без ухода в лес.

И на первом месте то, что мы бы назвали «информационной гигиеной».

Действие книги происходит в конце 90 ых – интернет уже существует, но еще не в свободном доступе. И, уж тем более, не в твоем кармане.

Но никто не отменяет телевидение.

Сейчас мы живем в еще большем информационном шуме – ежедневном.

Названия сериалов, рекламные слоганы, ненужные статические данные. Британские ученые, которые выяснили, почему бутерброд всегда падает маслом вниз – и все это соседствует с законами физики и историческими датами. И с этим ничего нельзя сделать – только если уйти в монастырь (и то не факт).
Ты заходишь проверить почту – и на тебя набрасывается список совершенно ненужных (и даже неприятных) для тебя новостей, начиная с убийств и заканчивая актрисой, которая появилась на публике с новым бойфрендом.

Однажды мне в новостях попался пост о каком-то американском политике, которому сделали операцию…Вот зачем мне эта информация?

Эрленд, в отличие от нас, это понял.

Вряд ли ему доставили удовольствие новости о чиновниках норвежского ЖЭКа, которые истратили много денег в обители…ночных бабочек.

Но также он понимает, что отказаться от потока информации невозможно – да и глупо. Нужно просто научиться его фильтровать.

Образование необходимо. Но как понять, какие знания нужны, а какие нет?


Мячик и велосипед – это вещественные объекты. Это то, что существует в материальном мире.

Буквы, цифры, «маленькая стрелочка» — все это система знаков, придуманная людьми для организации сложного механизма человеческого общества.

Интересно, что победу над депрессией Эрленду принесет не медитация, а именно люди…

В общем, книгу очень рекомендую. Она не длинная – ее можно прочитать за один вечер, но если вы сможете забыть, что вы взрослые состоявшиеся люди и снова хотя бы на вечер стать детьми, то мыслей она оставит много.

Ведь еще Экзюпери признавал, что нет никого мудрее детей…

Я тут про мотивацию в писательстве рассуждала. И поняла, что на эту тему мне хочется поговорить подробнее. Не про мотивацию, а про само писательство. Точнее, про некоторые интересные странности писательства, которые у меня присутствуют)

Что-то не везет мне как читателю. Только найдешь автора, скажешь - все, это Пророк, который даст мне все ответы. Две-три книги и все - он уже не пророк, а так, шут ярмарочный...

В школе я открыла для себя Паоло Коэльо. Да, не смейтесь, пожалуйста. Паоло Коэльо. Про которого наша учительница рисования говорила "он умеет вкусненько преподносить сказанное до него".

Но "Алхимик" вошел в мою жизнь не просто так, а после отключения электричества на целый день. Историю пастуха Сантьяго (если тут можно говорить об истории) я дочитывала вечером при зажжённой свечке.

Ну как не впечатлиться в таком антураже?

Как говорят: "Любовь живет три года". Моя любовь к Коэльо продержалась столько же.

"Дневник мага", "Вероника решает умереть", "Брида".

А потом случился "Манускрипт, найденный в Акко". Книга даже без намека на сюжет - просто сборник цитат.

На этом любовь и закончилась. Я увидела то, о чем говорили все читающие люди - что Коэльо это просто сборник красивых цитат.

В прошлом году сделала " визит вежливости" к оставленному кумиру - к его роману "Лучник".
Ну как роману... Как бы вы назвали книгу, где половина - пустые листы или страницы с одной фразой, ещё несколько - иллюстрации, а самого текста столько, что его можно прочитать пока ждёшь лифт?
Это не роман - это в принципе рассказ или - поскольку мы говорим о Коэльо - притча. И платить здесь стоит только за иллюстрации Евы Эллер. Пожалуй, она единственная, кто при создании этой книги хоть немного старался.

Да, нет худшего критика, чем разочаровавшийся фанат. Хотя теперь я не жалею, что читала Коэльо. В тот момент он со своими разговорами о Пути, Знаках и прочем был для меня "то, что доктор прописал".

Первый класс в школе философии.

Потом был Анхель де Куатье, он же, как говорят, Андрей Курбатов, российский психолог (в принципе я в эту теорию верю хотя бы потому что героям все время помогает некий психолог Андрей, который всегда говорит именно то, что нужно). Серия "В поисках заветных скрижалей" и "Тайна печатей".

Примерно в то же время я открыла для себя Бернара Вербера, которого сейчас считаю французским Паоло Коэльо.

Та же убеждённость в собственном пророческом даре. Книги, написанные не столько ради сюжета или персонажей, сколько ради умных мыслей. Правда, в отличие от Коэльо он старается (не всегда успешно) не говорить свои умные мысли прямо "в лоб".

Но его взгляд на мир все-таки оригинальнее.

Посмотреть на мир глазами муравьев? Легко. А глазами кошек? Всегда пожалуйста!
Особенно мне нравится серия "Танотанавты".

История молодого человека, французского писателя (разумеется), который решил узнать, что ТАМ. За последней чертой. Кто управляет миром?

На этот вопрос герой ищет ответ в течении всей серии. Всегда оказывается, что над каждым начальником есть начальник рангом повыше. Ангелы, боги - он сам становится богом некоего гонимого народа "людей-дельфинов" на одной из планет, ставшей тренировочной площадкой для учеников "школы богов".

Да, господа, не исключено, что все войны в нашем мире из-за того, что наша планета тоже для кого-то.. тренировочная площадка.

Конечно, понятно, кого имеет в виду Вербер, говоря о гонимом народе, который ничего плохого не делает, но всегда объявляется крайним. Нет, это не русские - хотя русские тоже периодически встречаются. На той планете наше тотемное животное медведь (кто бы сомневался..). Люди-дельфины это, конечно, евреи. Ведь Бернар Вербер имеет еврейские корни. Поэтому и "еврейскому вопросу" в его книгах периодически уделяется внимание.

Кстати о русских. В "Империи ангелов" Россия появляется через линию Игоря Чехова - одного из подопечных новоиспеченного ангела.

Конечно, в этой линии не обходится без клюквы. Более того - это клюква, политая клюквенным сиропом.
Но лично я готова ему все простить за фразу: "В России зло существует благодаря отсутствию системы".

Порядка у нас нет. Как в том анекдоте: "Надпись " Не влезай - убьет" на всех языках понимают одинаково. И только на русском: "Ты там поосторожнее, когда влезешь".

У Вербера нет позитива Коэльо. Если в мире Коэльо "желай, и вся Вселенная перестроится, чтобы твое желание сбылось", будто мир - это круглогодичный Санта Клаус, то Вербер смотрит на мир с тревогой. Чего стоят цивилизации, погубленные в процессе соревнования молодых богов в "Тайне богов".

Насилие, жестокость, войны, религиозный фанатизм. Герои Вербера испытывают отвращение ко всему этому. Но выбирают путь побега, как в "Звёздной бабочке", где для этого строят целую комическую станцию для колонистов.

Будто от зла можно сбежать, просто покинув Землю. Америку открыли, Австралию открыли - но привезли туда те же пороки.

И построят города под водой и на Луне - и там появятся игровые автоматы и водка с текилой.

Советую ли я вам Вербера? Советую. Может, ответы на все вопросы и не получите. Но определённо получите удовольствие.

А еще, Вербер, как мне кажется, безумно кинематогрофичен. Его хоть завтра бери и экранизируй.
И я не теряю надежды увидеть на экране "Империю ангелов".

А вы читали Бернара Вербера? И каких авторов вы назвали бы своими пророками в тот или иной период времени?

Решила я перечитать многими любимый роман. В школе мы его не проходили, а вопросы, возникавшие когда-то, я никому так и не задала (тем более скорее всего ответы пришлось бы искать в библиотеках, не то что сейчас). Так вот волновала меня тогда и сейчас причина изменения имен для библейских персонажей.

Булгаков сознательно создаёт дистанцию между своим романом и евангельским текстом. Если бы перед читателем появился Иисус Христос, мы автоматически воспринимали бы происходящее как пересказ Библии. Но Булгаков создаёт собственную версию этих событий.

Поэтому Христос становится Иешуа — это имя, более близкое к его еврейскому звучанию. А Иуда Искариот превращается в Иуду из Кириафа. Само слово «Искариот», по одной из распространённых версий, означает «человек из Кериота», поэтому Булгаков как бы расшифровывает привычное прозвище, даже можно сказать переводит его более точно.

Такой глубокий подход не возник на пустом месте. Отец писателя, Афанасий Булгаков, был не просто священником, а профессором богословия и истории церкви. Он преподавал в Киевской духовной академии и занимался религией не только как вопросом веры, но и как предметом исторического исследования. В такой среде обсуждали происхождение текстов, историю раннего христианства, разные трактовки Евангелий.

Сам Булгаков уже позже читал работы историков религии, в том числе Эрнеста Ренана, который пытался увидеть за церковной традицией живого исторического человека. Иешуа в романе похож именно на такого человека: не на величественную фигуру с икон, а на странствующего проповедника, который разговаривает с людьми о добре, истине и страхе.

Какой в наше время самый дорогой товар? Правильно – детские травмы. Однако раньше требовался настоящий ужас, как у Мод Жульен, которую отец еще до рождения избрал для эксперимента по превращению в сверхчеловека, и после его смерти (почему-то не раньше) она написала об этом книгу «Рассказ дочери». Или история Тони Магуайер – жертвы насилия со стороны отца и предательства матери, играющей в «приличную семью» даже после возвращения негодяя из тюрьмы (книги «Только не говори маме» и «Когда вернется папа»).

Настоящий ад, пережитый маленьким человеком за закрытыми дверями собственной квартиры, где самые важные люди становятся не защитниками, а твоими палачами…

Сейчас даже необязательно пережить подобный ужас. Достаточно быть недолюбленным ребенком – и уметь правильно об этом рассказать.

Я знаю двух авторов, сделавших свою детскую недолюбленность основным источником дохода – блогер Ольга Савельева и Екатерина Шпиллер. Дочь известной советской и российской писательницы Галины Щербаковой, прославившейся после повести «Вам и не снилось» (интересно, когда-нибудь дойдут руки?).

Что-то прозвучало так, будто я обесцениваю их переживания.

Просто любовь – это вещь, которую невозможно измерить. Хотя бы, потому что линейка у всех разная.

Родитель может считать, что делает для ребенка все – а он считает, что мать его «не любит»

Книги Ольги Савельевой трудно анализировать – в них эмоции настолько заменяют факты, что последние исчезают за ненадобностью. Остаются только образы взрослой женщины, которая покупает дочери дорогие куклы и не скрывает, что покупает их той, маленькой Оле, которой была. Или приходит в ужас, что муж не бежит утешать бьющуюся в истерике дочку – хотя отчасти понимает, что истерика «манипулятивная».

Другая история о родительской нелюбви – книги Екатерины Шпиллер «Мама, не читай» и «Дочка, не пиши».

И здесь все не так просто.

Екатерина Шпиллер – дочь советской писательницы Галины Щербаковой.

В сценах из ее детства мы видим девочку, которую не бьют, не морят голодом. Записали в музыкальную школу (хотя за одно это, наверное, половину советских и не только детей могут предъявить родителям иск за моральный ущерб).

Если воспринимать ситуацию со стороны, то Екатерине Шпиллер жаловаться не на что. Кормили, поили, потом ей и ее первому мужу купили квартиру и машину.

Но от читателя в данном случае требуется посмотреть не на это советское благополучие, а внутрь. В голову маленькой девочки – вдобавок излишне чувствительной.

Хотя…каким нечувствительным должен быть ребенок, чтобы безразлично пережить бойкот от собственной матери за «тройку» по труду?

Думаю, для любого ребенка это стало бы травмой. И панический страх перед школой, контрольными и вызовом к доске после такого в принципе ожидаем.

После прочтения этой части мне захотелось сказать отдельное «спасибо» моей маме. У меня и в аттестате за 9 классов, и в аттестате за 11 есть тройки – в первую очередь по алгебре и геометрии. Но я никогда не считала это чем-то важным – наверное, потому что мама никогда не считала это важным.

Проблема в том, что Екатерина Шпиллер не сосредотачивается на чем-то одном, а рассыпает по книге обвинения самой разной тяжести. Обвинения брату в «небратском» интересе. Бойкот мамы за «тройку по труду».

И рядом – жалобы, что не покупали ей одежду у спекулянтов, и она до второго замужества чувствовала себя одетой хуже всех.


Или упрек, что родители не водили по художественным музеям и не дали образования в области живописи?


Итак, составляем список: не покупали красивую одежду и украшений, не учили одеваться, не водили в художественный музей, зато записали в даром не нужную ей музыкальную школу. Рядом обвинение в нечистоплотности – рваных халатах и носках, в том, что в 90 ые Галина Щербакова с мужем «заряжали воду» перед телевизором во время просмотров Чумака и Кашперовского (а то вся страна не смотрела Чумака с Кашперовским и не заряжала воду перед экраном!).

Не удивляюсь, что на этом фоне читатели могли забыть бойкот за «тройку» по труду, требование «быть как все», вне зависимости от твоих собственных желаний и – главное, их конфликт уже после ее второго замужества.

Наверное, потому что недолюбленная маленькая девочка и конфликт взрослой женщины за право на собственную жизнь – вещи немного разные.

А ведь это имело бы смысл, ведь история ее развода с первым мужем и второго замужества вполне может рассматриваться как часть настоящего взросления.

В первой части перед нами девочка, одержимая одобрением мамы. Самый большой страх – ее «огорчить». Вся жизнь проходит под лозунгом «Ты дочь ТАКОЙ матери. Ты должна соответствовать».
И вечное осознание, что нет – не соответствует она статусу дочери такой полубожественной матери.


И как раз решимость пойти против ее желания, развестись с первым мужем и выйти замуж за мужа нынешнего, который не прошел материнский face-контроль, уже можно воспринимать как проявление твердости.

Если сделать вывод, то книга заслуживает внимания. И как «история болезни» лечащей депрессию женщины. И как история матери, которая банально не знает, как именно нужно любить ребенка.
И если бы книга была историей постепенного развенчания «культа личности» Галины Щербаковой в глазах собственной дочери – возможно, негативных комментариев под ней было бы меньше.

Но все равно тогда следовало бы убрать обвинения в дырявых халатах и нежелании родителей покупать для дочери модные вещи у спекулянтов…

Я всегда считала себя читающим человеком. Но мой книжный путь довольно странный. Джордж Оруэлл «1984»? Не читала. Прочитала «Да здравствует фикус» этого же автора. Олдос Хаксли не «О дивный новый мир», а «Гений и богиня».

И это не специально.

Так недавно я начала знакомство со Стивеном Кингом.

Об американском «короле ужасов» я, разумеется, слышала – да и работая в библиотеке регулярно приходилось его выдавать. Но сама никогда не открывала.

И вот решила – пора исправлять.

Но знакомство начала не с «Оно», «Сияние», «Кладбища домашних животных» или чего-то в этом роде. А с романа с максимально безобидным названием «Страна радости».

Хотя при желании и из книги о парке развлечений можно сделать триллер…В конце концов главный монстр «Оно» - клоун Пеннивайз.

«Страна радости» оказался не ужасом, а…производственным романом о парке аттракционов!
Вообще жанр производственного романа был одним из «спущенных сверху». Советской власти нужна была литература об индустриализации в СССР, о пятилетках и так далее. Мало кто по доброй воле будет читать об изготовлении цемента, работе завода электродеталей или борьбе, чей колхоз вырастит больше свиней для государства...

Но роман о «внутренней кухне» той или иной профессии на самом деле вещь интересная. Даже работа библиотекаря на самом деле уже давно не сводится к выдаче и приему книг – это я вам могу заявить с уверенностью. Сейчас библиотекарь должен быть еще и бесплатным аниматором (но реквизит и призы за свой счет).

Так что если без давления идеология, живым реалистичным героем и интересным сюжетом – то «что бы если нет»?

«Страна радости» — это «производственный роман» о работниках парков развлечений. Подчеркиваю – американских парков развлечений.

В России у парков аттракционов нет такой глубокой и давней истории, как в Америке. Это и специфика климата, и недостаток финансирования, и т.д.

Там это особый отдельный мир со своим жаргоном (Язык, как он называется в книге). Не всегда лестным для посетителей (которые именуются «лохами» или «кроликами»).

«завлекало» - бесплатное шоу

«расстрой» - сломавшийся аттракцион

Шараш-монтаж – аттракцион, который легко собирается и разбирается.

«хныки» - любители поныть;

«мозгоед» - посетитель, недовольный тем, что приходится долго стоять в очереди (советских очередей на него нет).

«финиш» — последний час рабочего дня.

Себя работники именуют карни. Причем в отдельных случаях профессия передается по наследству (карни-от-карни).

Главный герой – студент Дэвин Джонс, не принадлежит к числу «потомственных карни». Он студент, который приехал в «Страну радости» поработать на лето.

Если вы хотите увидеть здесь монстров, инопланетян или религиозных фанатиков аля «Керри» - то извините (хотя нет – религиозный фанатик в романе есть).

Это довольно спокойный – и я бы сказала теплый – роман о герое, который переживает разрыв с любимой девушкой.

Однако погрузиться в переживания полностью, как это сделал бы страдающий от безответной любви герой Достоевского или молодой Вертер у Гете у него нет времени. Все-таки он не аристократ девятнадцатого века, а молодой человек из конца двадцатого. А в двадцатом веке реальная жизнь не будет вежливо стоять за дверью и ждать, пока откроешь. Да и глупо страдать 24 на 7, когда здесь и парк развлечений со своим призраком, и загадочная семья с больным мальчиком, который предсказывает будущее (мы же знаем, как Стивен Кинг любит детей со сверхспособностями?).

В общем, герою есть чем заняться. Да и, как известно, лучший способ утешить себя – утешать других.


В общем, рекомендую к прочтению. Особенно после выходного визита в парк аттракционов...

Хотите рассказ, от которого у вас точно пойдут мурашки?

Но при этом в нем не будет ни вампиров (да кто их сейчас боится? Спасибо блестящим, как шары с дискотеки, Калленами и их «маме» Стефани Майер), ни маньяков, ни убийств.

А вместо этого перед нами будет картина милой английской семьи с любящим мужем-доктором, снимающей на лето уединенное английское поместье аля Джейн Остин.

Знакомьтесь – Шарлотта Гильман «Желтые обои».

В основе рассказа – опыт «лечения» Шарлоттой послеродовой депрессии с помощью популярного в те годы метода rest cure (лечение покоем) под руководством доктора Сайласа Митчелла, изобретателя метода.

Дело в том, что XIX – и даже частично XX ом веке считалось, что интеллектуальная деятельность вредна для женщины. Долгое время шли серьезные дебаты – не сделает ли высшее образование женщину бесплодной. Ведь кровь от детородных органов будет приливать к мозгу (интересно, о мужчинах ничего подобного никогда не говорили. Видимо, по мнению врачей тех лет, у мужчин крови должно было хватить на все).

«Лечение покоем» применялось в основном к женщинам среднего и высших классов (что очевидно, поскольку женщина низшего класса даже если хотела отдохнуть – такой возможности не имела).
В «лечение покоем» входило:

1. Полная изоляция. Пациентке запрещалось общаться с людьми, выходить из дома, проводить время с семьёй или друзьями.

2. Постельный режим 24 часа в сутки. Пациентку укладывали в постель и не позволяли вставать.

3. Обильное питание, часто насильное, с включением жирной пищи.

4. Массаж и электротерапия.

5. Запрет на любую умственную деятельность. Пациентке не разрешалось читать, писать, рисовать, заниматься творчеством — вообще ничего интеллектуального.

Несколько месяцев следования этой методике – и Шарлотта почувствовала, что сходит с ума.

Она успела сбежать, и в последствии написала о своем опыте рассказ.

Сюжет

Этот рассказ страшен тем, что в нем…не происходит ничего страшного. Муж героини искренне любит ее и всячески заботится о ее здоровье. Ведь он врач и определенно лучше знает, что ей нужно. И только из любви к ней отказывается слушать, когда она говорит ему, что ненавидит желтые обои в их спальне в съемном доме или что хочет поехать в гости.

Суть в том, что героиню очень любят и очень о ней заботятся. В первую очередь муж (он же ее лечащий врач) и сестра мужа.


А вы после этого говорите о злых золовках…

Муж у нее тоже чрезвычайно заботлив.


Есть романы о преступниках, похитителях и их удержанных в подвалах жертвах. Один из них мне особенно нравится – Джон Фаулз «Коллекционер».

Но если задуматься, у Миранды из «Коллекционера» было две вещи – надежда и право ненавидеть своего похитителя.

И вообще, если задуматься, называть вещи своими именами – это само по себе освобождает. Хотя бы мысленно. Звать тюремщика – тюремщиком (а не любящим мужем), камеру – камерой. Тогда по крайней мере у тебя сохраняется крошечное «личное пространство». Пусть оно только в собственной голове, но все же.

У героини нет и этого. Ее могут не слишком контролировать снаружи, но внутри нее сидит контролер. И этот контролер говорит: «Ты неблагодарная! Он заботится о тебе, а ты не ценишь его заботу!».

Интересно, что рассказ про патриархат в его «ласковой» форме. Но очень легко накладывается и на детско-родительские отношения (тем более, отношение Джона к героине – это не отношение мужа к жене, а, скорее, отношение родителя к ребенку).

Любовь, в которой ты не человек, а «объект заботы». «Я лучше знаю, что для тебя хорошо».


Героиня не имеет права голоса, но обязана заботиться о своем тюремщике. Ведь это долг любящей жены.

Заключенный, вынужденный благодарить за свой плен, целовать кандалы – и заботиться о тюремщике.

Я могла бы пересказать, чем закончится война героини с любящим мужем и желтыми обоями, но рассказ итак всего четыре страницы.

Прочитаете – обязательно вернитесь под этот пост поделиться впечатлениями!

А вы сталкивались с любовью, где у вас нет выбора?

Диалог, который крутился в моей голове во время чтения этой книги (до определенного момента, но о нем ниже).

Дж. Л. Скотт «Уроки мадам Шик»

Американка приезжает в Париж совершенствовать язык и живет у супружеской пары, которую называет «семья Шик».

И нет не потому, что у хозяйки сотни платьев, усыпанных стразами с ног до головы, собачка с бриллиантовым ошейником и золотой унитаз.

Да и если задуматься, стразы, ошейники с бриллиантами у собачки и огромные гардеробные – как раз атрибуты обычного человека, который «дорвался» до больших денег (привет господам в малиновых пиджаках с золотыми цепями). Семье Шик никому ничего не надо доказывать – они аристократы и принадлежат к старой французской семье.

У этой французской семьи шик заключается в двух правилах – сдержанность и безупречность. Минимум вещей – но дорогих. То же касается и косметики.

Многие правила семьи Шик нетрудно применить и в обычной российской семье:

1. Не носить рваные вещи даже дома

2. Не перекусывать между приемами пищи. И не есть на улице

3. Не кричать домочадцам из соседней комнаты. Хочешь что-то сказать – подойти и скажи.

Некоторые вещи, правда, слишком «французские» и не имеют отношение к «идеальности». Это, скорее, культурная особенность – как большие окна в ванной без жалюзей и занавесок и нижнее белье хозяйки, которое открыто сушится у всех на виду.

Честно скажу, постепенно пиетет, с которым автор – обычная американка – относится к этой французской семье – понемногу развеивался в моих глазах. Как-то неаристократично в лоб заявлять человеку: «Этот свитер тебе не идет», когда он тебя не спрашивал.

Пример королевы Елизаветы Второй, принимавшей у себя Юрия Гагарина, не знакомого с королевским этикет-шметикетом – когда он после выпитого чая съел дольку лимона…королева сделала то же самое.

Потому что лучший признак хорошего воспитания – не замечать промахи других.

А вот здесь, как мне кажется, у мадам Шик все не так…шикарно.


И здесь у меня возник некультурный вопрос, который можно перевести как: «Что это значит, мадам Шик?». Делать замечание чужому внешнему виду – когда тебя об этом не спрашивали, разве это соответствует слову «безупречность»?

Среди прочих французских знакомых рассказчицы попался профессор, который, видимо, принципиально не отвечает на вопросы студенток, которые не соответствуют его представлениям о прекрасном. Профессор Безупречный.


Бедный профессор…Как отвечать на вопрос студентки, когда твой взор оскорблен зрелищем прыща на ее лице?

Интересно, как он будет работать со студентами, у которых на лице некрасивое родимое пятно, шрам или вовсе – витилиго? Что-нибудь, чего нельзя удалить. Вот у меня главный недостаток на лице – нос с горбинкой. В детстве на детской площадке какой-то мальчик запустил в меня льдинкой и сломал нос.

Наверное, можно было бы исправить, но…ложиться под нож пластического хирурга…для чего?

Поведение профессора Безупречного говорит – чтобы иметь возможность получить образование.

Появился прыщ на лице – или маскируй (а если на средство вылезла аллергия?) или вообще из дома не выходи.

Пока психологи убеждают людей принять себя со всеми недостатками, один такой профессор с повышенным чувством прекрасного, может испортить самооценку до конца жизни.

Вместо стремления к идеалу я увидела здесь…банальную невоспитанность. А еще - высокомерие.

Странно, что автора книги это так восхитило – ведь именно США сейчас транслирует миру бодипозитив. В своем здоровом воплощении это значит «принимай себя таким, какой ты есть». Даже с прыщем на лице.

Воспитанный человек не замечает особенности внешности других – прыщи, брекеты, очки, полнота, родинки. А если замечает, то его воспитанность вызывает вопросы.

Однако стоит признать, что нам есть чему поучиться у семьи Шик – не в плане внутреннего мира, конечно, не все же.

А вы как считаете?

Согласитесь, не каждый человек удостоился чести, что его день рождения становится государственным праздником. Пока это Христос (а Он не человек в обычном смысле этого слова), в советское время – Ленин, а в России – Пушкин…

Даже троечник в России скажет, кто такой Пушкин – «наше все», «солнце русской поэзии», создатель русского литературного языка. Поэт, который разделил русскую литературу на «до» и «после».
А еще – символ сухой академической литературы. Пьеса «Спасти камер-юнкера Пушкина» представляет нам его как поэта школьных учительниц, превративших его в гипсовый памятник самому себе.

Однако Пушкин один из поэтов «для внутреннего употребления». Его нельзя отправлять на «экспорт», как Толстого, Чехова, нефть и балет. Все-таки его главное достоинство – язык. Не всегда поддающийся полноценному глубокому переводу.

Тем более я была удивлена, когда узнала, что в Америке Пушкина знают…афроамериканские таксисты. Американский литературовед Энн Лоунсбери в работе «Пушкин в афро-американском контексте» писала, что в процессе опроса выяснила – белые таксисты о Пушкине никогда не слышали. Зато его знают таксисты африканского происхождения.

В течение ста пятидесяти лет американцы африканского происхождения писали о Пушкине как о великом русском литературном гении, который был, однако, как сформулировал один из черных интеллектуалов в 1904 г., «кровно связан с расой».

В нетолерантной России цвет кожи Пушкина не волновал ни литературоведов, ни учителей, ни школьников. Ни даже самого Пушкина.

Он писал о своем прадедушке в повести «Арап Петра Великого», упоминал его в стихах «Моя родословная». Но также, как мог упоминать какую-нибудь прабабушку-полячку или прадеда немца.


И американских авторов 90 ых это удивляло.


Другой литературовед – Дж. Симмонс предлагал «игнорировать этот неприятный вопрос», но признавал, что это будет непросто – «этому препятствует сам Пушкин, приписывавший существенное значение своему происхождению».

В итоге ученый находит разумный (с его точки зрения) компромисс – считать прадеда Пушкина не собственно негром, а «абиссинцем». То есть представителем других народов, живущих в Эфиопии.

Откуда такое внимание к происхождению поэта? Ни его гибель на дуэли – предсказанная до этого гадалкой, ни ухаживания Николая Первого за женой Пушкина, ни само его творчество. Именно пресловутый прадедушка Ганнибал.

Для нас с вами это смешно, но эта деталь раскрывает всю историю американского расизма и расовой сегрегации в США.

Да, расизм для американца – не просто слово и не повод для шуток, как у нас (совсем они там со своим расизмом с ума сошли!).

Это одна из причин нашего глубинного недопонимания.

В России проблем с цветом кожи не было никогда. Да и с национальностью тоже.

«А евреи?», - спросите вы.

Дискриминация евреев имела место быть – но не по национальности, а по вероисповеданию.

Крестился – и все двери открыты.

Да и до фанатизма никогда не доходило.

Голливудские фильмы сейчас – попытка спрятать настоящую неудобную правду. Рабство, расовая сегрегация, раздельные места в автобусе, где чернокожему позволено было сидеть только если нет белых, которым нужно место. Чернокожая актриса Хэтти Макдэниел, сыгравшая Мамушку в «Унесенных ветром», которая не смогла попасть на премьеру собственного фильма.

В цивилизованной Европе темнокожих показывали в зоопарке, как зверей аж до 1958 года, когда была закрыта последняя «негритянская деревня».

В США 1960 году в кафе Woolworth's в Гринсборо официант отказался обслуживать четырёх афроамериканских студентов. Все закончилось знаменитой сидячей забастовкой.

Негром считался любой, у кого есть хотя бы «одна капля крови». И один прадедушка тоже «считается»
.

Факт, что Пушкин еще и был потомком «смешанного брака» также был довольно сложен для восприятия американца, поскольку отношения между расами были строжайше запрещены долгое время.


Раздельные библиотеки, раздельные места в автобусе, разные столики в кафе. Даже при строительстве Пентагона настаивали на разделении туалетов для белых и «цветных».

На этом фоне история «темнокожего парня», который высоко поднялся в России 19 века среди белого высшего общества стала вдохновением афроамериканской молодежи.

Возможно, не очень справедливо. Ведь Пушкин родился в богатой дворянской семье. Деньги, связи, общение с литераторами. Образование в самой престижной школе тех лет – Царскосельском лицее. У Пушкина было много сложностей в жизни, главным из которых была николаевская цензура. Что угодно – но не цвет кожи.

Поэтому для афроамериканского таксиста, живущего в США времен действия «законов Джима Кроу» Пушкин вряд ли мог считаться примером «преодоления расовых ограничений».

Но все же он для них был. Гений с африканскими корнями. Своим существованием Пушкин говорил им: «Талант не имеет национальности». Как раз то, что было им тогда необходимо услышать.

Что ж, тогда стоит радоваться, что нашелся кто-то, кто им так сказал.

Знаете, я не отказалась бы, чтобы в США сняли фильм про Пушкина. Тем более, там судьба идеальна для кино. Талантливый мальчик, друзья, интриги, дуэли, карты. Предсказание гадалки. Интерес императора к его жене. Ревность, которую не можешь проявить – императора на дуэль не вызовешь.
Долги, конфликт с властью.

И последняя дуэль с Дантесом.

Ну чем не готовый сценарий?

Но, боюсь, в современном Голливуде всю личность Пушкина могут свести к его «расовой идентичности». Что он «афрорусский» и ищет свое место в белом высшем обществе.

И трудно объяснить им, что африканское происхождение было последним, о чем переживал сам Пушкин. Иначе не писал бы о прадедушке также спокойно, как о других своих предках.

А еще не хочется слышать, как друзья будут называть его "Алекс".

А вы как считаете?

Фэнтези…С одной стороны, замечательный жанр – здесь можно все! Альтернативный мир позволяет не привязываться к реальной истории – ты можешь брать любые детали реального средневекового быта по желанию, а можешь придумать свои. Средневековый рыцарь с мобильным телефоном? Всегда пожалуйста (только дай мало-мальское объяснение). Пусть короли летают на прирученных драконах, а дамы осваивают магию в промежутке между уроками танцев и вышиванием.

Лучший жанр, я считаю.

Но, увы, фэнтези стал одним из жанров, где, как считают многие авторы, можно вообще не стараться. Магия – универсальная заплатка на все. Магия и устроит проблему, и решит ее. И даже поступки персонажей объяснять не надо. Магия, и все тут. Почему героиня должна выйти замуж за этого персонажа? Потому что магический договор. Почему герой должен сделать то-то и то-то – магия. А если откажется, что случится?

Обычно персонажи об этом не задумываются. Потому что в противном случае это уже сам по себе сюжет.

Для сравнения – заезженная тема с Пророчеством. Герой должен победить зло, потому что так сказано в Пророчестве.

У Джоан Роулинг пророчество произносит не какой-нибудь древний старец, а полубезумная женщина, злоупотребляющая алкоголем. И сбылось оно только потому, что злодей в него поверил. Более того – он сам его «сбыл» («Темный Лорд отметит его как равного себе»). Пророчество не предопределяет судьбу Гарри («Не способности решают твою судьбу, а выбор, который ты делаешь»).

Более того, оно еще и трансформируется в обратное. «Ни один не может жить спокойно, пока жив другой»…Только Гарри – крестраж Волан де морта. Сам по себе «якорь» его бессмертия. Следовательно, на самом деле все наоборот – один живет только пока жив другой.

Недавно я нашла рок-мюзикл «Пирамида» (есть вк, но только в аудиоформате).

Музыка замечательная, поют прекрасно. Но один минус.

Сюжет.

Итак, мы имеем древнее государство Гиперборея (вторая по популярности после Атлантиды у авторов фэнтези). Когда-то было создано Пламя Жизни. «Всевозрождающий Огонь», который лечит все болезни, возвращает молодость старикам и совершает множество чудес.

Согласитесь, уже может быть темой для конфликта. Если всем старикам возвращать молодость, то люди потенциально могут…жить вечно. А если все бессмертны – значит, неизбежно перенаселение.

А если не омолаживать всех – неизбежны возмущения.

И по каким критериям тогда решать?

Война вокруг огня в сюжете исключена благодаря тому, что Огонь подчиняется только потомкам своего создателя. Правители Гипербореи, которые правят государством уже не одно тысячелетие.

Чувствуете, что не так?

Рюриковичи правили семь веков. От полулегендарного Рюрика до вполне реального Ивана Грозного. И за эти семь веков чего только не происходило. Раздробленность, княжеские междоусобицы, монгольское иго, немецкие рыцари на Чудском озере, объединение русских земель и выбор, какой город станет центром – Москва или Новгород.

Романовы правили триста лет. И тоже – смуты, интриги, заговоры. Кризис династии после смерти Петра Первого. Бездетная Анна Иоанновна, не оставившая наследников и свергнутая Елизаветой Петровной. Петр Третий, свергнутый Екатериной.

Здесь же нам дают государство, которое тысячелетия живет в полном покое и стабильности. Всем правит одна династия.

Борьба за престол исключена заранее. Короля определяет волшебный Кристалл в День Назначения.
Правда, он же определяет и судьбу других сыновей, если таковые имеются.

В мюзикле Назначения ждут два брата – Гелас и Менас. Менас тщеславен, амбициозен. Он жаждет власти и быть королем. Геласу это не нужно – он хочет изучать древние свитки прежних цивилизаций.
И Кристалл определяет их так, как они и хотели.

А если бы нет? Если бы Кристалл посадил на трон Геласа, а старшему брату повелел быть моряком?
Все предопределено – но при этом ошибка невозможна.

А если, допустим, кто-то из предков принцев «загулял» от законной жены? В реальной истории – сплошь и рядом. И незаконные принцы и принцессы всходили на престол.
Или пытались, как Елизавета Тараканова.

Не может мир тысячелетия существовать в неизменном состоянии. Никак.

Даже Нарния Льюиса чего только не пережила. Белую Колдунью, «золотой век» с Питером, Сьюзен, Эдмундом и Люси. А когда те вернулись в свой мир, не основав династии в Нарнии, она попала под власть воинственных тельмаринцев. В итоге новым королем становится тельмаринец Каспиан.
Это притом, что Нарния – один из примеров в принципе статичного «идеального» государства, где Асланом уже заложен идеальный порядок и гармония.

«Пирамиду» я пока не осилила.

Но если захотите лучше познакомиться с Гипербореей – позвольте представить художника Всеволода Иванова.

Когда-то я читала то, что было задано по программе или классику, не прочитать которую - моветон (то ли это общественное мнение, то ли то, как я воспринимала общественное мнение). Не могу сказать, что я прочитала все что можно, но книг в моей жизни было прочитано немало. Часть из них мне не нравились, но был у меня такой пунктик: бросать начатую книгу никак нельзя. Теперь многие из них я бросила бы не задумываясь, отложив в сторону.

Я уважаю писателей ставших или не ставших классиками. Я уважаю тех, кто много знает или читает.

Но вот что я поняла. Гораздо важнее выбирать себя, свое самочувствие, внутренне состояние, гармонию, если хотите. А многое из написанного хоть и призвано задеть струны души, но может и оставить сильный отпечаток. Не всегда полезный для психического здоровья.

Некоторые книги и вовсе вредны (точно так же, как фильмы), и речь не обязательно про бульварную литературу и тому подобное чтиво.

Безусловно, литература воспитывает, иногда помогает лучше разобраться в своих чувствах, но не всегда помогает сделать верный выбор: ориентируясь на поведение героев, можно даже запутаться в том, что есть истина для тебя.

С детства нас учат добру, справедливости, честности. И это правильно. Но порой мне кажется, что учить добру через «Му-му» или «Белый Бим черное ухо» слишком жестоко.

И однажды я сделала для себя такой вывод: я не буду читать или смотреть ничего, от чего мне может стать плохо, неприятно, больно. Возможно, это беда эмпатов. Но эмпатия - не болезнь, а свойство психики, а потому её нужно оберегать.

Тем не менее я всегда оставляю место в своей жизни для добрых книг, которые дарят ощущение тихого счастья, удовлетворения и покоя. Например, почитать рассказы Носова - это настоящая терапия. Это забавно, полезно, да и просто приятно.

Как сказал Абрамов Фёдор Александрович, русский и советский писатель,

А вы что думаете? Нужно ли будить добрые чувства в человеке порой жесткими способами или те, в чьем сердце есть для этого место, в дополнительных стимулах не нуждаются? А если человек жесткосердечен, то никакая книга не сможет его перевоспитать?

Встреча 40-летней Агаты Кристи и 24-летнего Макса Маллована произошла в 1930 году, когда Кристи уже была всемирно известной писательницей, но при этом переживала довольно сложный период в жизни после болезненного развода. Она отправилась на Ближний Восток — отчасти чтобы сменить обстановку, отчасти просто из любопытства. Именно там, на раскопках в Ираке, она и познакомилась с молодым археологом Маллованом. Он был значительно младше, но в их случае это не стало ни проблемой, ни даже темой для сомнений.

В этой истории удивительно не столько само знакомство, сколько то, как быстро между ними возникло чувство спокойствия и естественности. По воспоминаниям самой Кристи, рядом с ним не было ни напряжения, ни необходимости «играть роль» — а для человека, который уже пережил болезненный опыт, это оказалось решающим. Их отношения развивались довольно стремительно, и в том же году они поженились.

Мы знаем, что до сих пор женщины плохо представлены во многих профессиях. До сих пор мало кто вспомнит женщин-архитекторов, композиторов. Даже художниц! И это несмотря на то, что женщины брались за кисть уже в эпоху Возрождения. Конечно, рядом с такими современниками как Леонардо да Винчи, Рафаэль, Микелянджело и Джорджо Вазари прославиться сложновато, но все же.

Но, как ни странно, в литературе дела всегда обстояли лучше. Сестры Бронте, моя любимая Джейн Остин, Жорж Санд, Гарриет Бичер-Стоу…

Конечно, не всем мужчинам это нравилось.

В 1805 году в журнале «Вестник Европы» было напечатано уложение Михаила Трофимовича Каченовского «Начертание уложения для республики литераторов». В нем он перечислил тех, кого в «Республику литераторов» принимать нельзя (литературу, правда, никто не спросил):


А в 1837 г. вышла повесть Н. Н. Веревкина «Женщина-писательница», в которой автор заявил, что дамы, желающие «блистать лицом и прозой, ножками и стихами, плечом и одою», приравнивались к падшим женщинам. Автор осуждал само желание женщин печататься, делать свой дар публичным, поскольку в этом «нет никакого целомудрия».


Звучит особенно странно при условии, что даже в Средневековье женщины не только воспринимались как источники вдохновения и Прекрасные Дамы, но и сами писали стихи (Франция знает 12 женщин-трубадуров, первой из которых стала Беатриса де Диа)

Однако несмотря на такие мнения, женщины-писательницы существовали всегда.

Правда, из древности многие могут вспомнить только Сапфо. И то не благодаря ее стихам, а благодаря подробностям личной жизни.

Однако поэтессы были задолго до Сапфо.

Позвольте представить – Энхедуанна.

Родилась Энхедуанна в 2285 году до нашей эры в шумерском городе Ур. Подробных описаний ее биографии ждать, понятное дело, не приходится. Но мы знаем, что она была дочерью шумерского царя Саргона. Само имя не столько имя в привычном понимании, сколько титул. «Жрица обилия небес». И после нее 500 лет титул «верховной жрицы» передавался дочерям царя.

О ее биографии не известно почти ничего. Согласно легендам, Энхадуанна была изгнана с поста верховной жрицы после мятежа царя другого города - Лугаль-Ана.

В своей поэме «Возвышение Инанны» она рассказывает эту историю и молит о заступничестве богиню Инанну.

«были принесены похоронные подношения,
как будто я никогда не жил там.
Я подошла к свету, но свет опалил меня.
Я подошла к тени, но меня накрыла буря.
Мой медовый рот покрылся пеной.
Расскажите о Лугаль-Ане и моей судьбе!
Может отменить это для меня!
Как только ты расскажешь Ан об этом,
Ан отпустит меня.
(строки 67-76)

Впоследствии Энхедуанна вновь заняла пост верховной жрицы.

Она не только первая известная женщина-поэтесса, но еще и первая, кто писал о самом творческом процессе. Но главными ее произведениями, разумеется, считаются гимны Инанне (Иштар). Шумерской богине любви.

Энхедуанна подробно описывает приготовления для полного слияния со своей богиней в полночь, чтобы стать с ней одним целым, и потом повторить полученное озарение в стихах днем:

Я вошла в святой транс ради тебя,
Я, высшая жрица, я, Энхедуанна!
Я, великолепная высшая жрица Нанны!

Так что женщины не просили гражданства в Республике литераторов. Они были "прописаны" в ней с самого ее зарождения.

Когда-то я считала, что есть некий список книг, который должен прочитать любой приличный человек. Не скажу, что я сильно стремилась его осилить, но некоторые произведения все же читала.

Отдельное место среди них занимают антиутопии. И что интересно: советские писатели далеко не всегда писали о будущем как о беспросветной мгле, скорее наоборот. Взять хотя бы «Туманность Андромеды» Беляева или книги Кира Булычева.

В западной литературе же жанр антиутопии был довольно популярен.
Вот и делаем выводы: кто бал счастливее - советский человек («зашоренный») или западный («без розовых очков»). Ответ очевиден.

То, что я думаю о всех антиутопиях, которые и могли русских авторов тоже получили распространение, очень хорошо передал переводчик Виктор Голышев:


Мы сами творим свою реальность. А нагнетание негатива собственными силами или со сторонней помощью не поможет нам построить счастливое завтра и заставляет нас страдать уже сегодня.