Пузырчатая плёнка: как неудачная идея стала любимой упаковкой во всём мире

Есть цифры, которые сначала впечатляют, а потом быстро забываются.

Вот одна из них: за 1941–1945 годы в СССР зарегистрировали около 24 200 заявок на изобретения, а по 7000 из них были выданы авторские свидетельства и патенты. 7000 за четыре года.

Но мне стало интересно не столько само число, сколько вопрос: что вообще приходилось изобретать людям в стране, которая в это время воевала? Ответ оказался гораздо интереснее привычного списка оружия.

Например, в 1944 году появилась разработка, связанная с получением аскорбиновой кислоты из хвои. Казалось бы, хвоя — обычный лесной материал. Но в условиях войны обычные вещи иногда приобретали совсем другое значение.

История Хеди Ламарр сама по себе выглядит как сценарий фильма. Причём сразу нескольких жанров: сначала европейская драма, потом голливудская сказка, а потом почти научная фантастика.

Она родилась в Вене в 1914 году под именем Хедвиг Ева Мария Кислер. Отец был банкиром и очень любил технику; рассказывал дочери, как устроены машины, трамваи, механизмы. Позже Ламарр вспоминала, что именно от него у неё появилась привычка разбирать всё мысленно на детали и понимать, как это работает.

В юности она пошла в кино и довольно быстро прославилась. Но настоящую сенсацию вызвал фильм Экстаз. Для начала 1930-х он был шокирующим: там были откровенные сцены, из-за которых картину запрещали в разных странах. После этого о ней заговорила вся Европа.

Потом в её жизни появился очень богатый промышленник Фриц Мандль. Он занимался оружием и был связан с военными кругами Европы. Брак оказался тяжёлым: Мандль был крайне ревнив, пытался контролировать её жизнь и буквально изолировал от кино.

Но именно рядом с ним Хеди неожиданно получила доступ к тому, что позже пригодится ей как изобретательнице. На ужинах и встречах у Мандля обсуждали оружие, системы наведения, радиосвязь, торпеды. Она слушала разговоры инженеров и военных и многое запоминала.

Позже она рассказывала, что чувствовала себя «красивой куклой», которую никто не воспринимает всерьёз. И, похоже, именно тогда у неё появилось желание доказать обратное.

История её побега почти легендарная. По одной из версий, она переоделась служанкой, забрала драгоценности и уехала сначала в Париж, а потом в Лондон. Там она познакомилась с главой студии MGM Луисом Б. Майером. Он предложил ей контракт в Голливуде и придумал новое имя — Хеди Ламарр.

В США она быстро стала звездой. Голливуд тогда строился на образах, и Ламарр превратили почти в символ «идеальной красоты». Её снимали как загадочную европейскую красавицу, а пресса в основном обсуждала её внешность.

И вот здесь начинается самая неожиданная часть истории.

Во время Вторая мировая война её очень беспокоило, что немецкие подлодки топят корабли союзников. Тогда управляемые по радио торпеды уже существовали, но была проблема: сигнал легко заглушался. Если противник находил нужную частоту, управление просто переставало работать.

Хеди начала думать, как это обойти.

В это же время она познакомилась с авангардным композитором Джорджем Антейлом. У него был странный для музыканта опыт: он экспериментировал с механическими пианино, которые могли синхронно играть по перфоленте.

И тут у них возникла идея: а что если передатчик и приёмник будут синхронно переключаться между множеством частот, как будто «перескакивая» по клавишам пианино? Тогда враг не сможет заглушить сигнал, потому что частота всё время меняется.

Сегодня это кажется логичным, но для начала 1940-х идея была очень необычной.

В 1942 году они получили патент на систему секретной связи. В описании действительно использовалась аналогия с пианино: предлагалось применять механизм, похожий на рулоны механического пианино, чтобы синхронно менять частоты.

Но американские военные тогда отнеслись к идее скептически. Система казалась слишком сложной и непрактичной для того времени. По сути, электроника ещё не доросла до такой концепции. Патент просто отправили «на полку».

При этом самой Ламарр предлагали не заниматься изобретениями, а продавать военные облигации и выступать как кинозвезда. Можно себе представить, как грустно и больно было услышать такое: её интеллект долго воспринимали как что-то второстепенное по сравнению с её внешностью.

Наверное, многие слышали о политике «одна семья — один ребенок», которая долгое время действовала в Китае. Но знаете ли вы, что руководство Сингапура в свое время пошло еще дальше?

Проблема перенаселения

С начала 1950-х годов численность населения стала стремительно увеличиваться. За 10 лет число жителей выросло на 61%. Из-за ограниченности территории Сингапуру грозило критическое перенаселение, поэтому руководство страны решило вмешаться в демографию. Но если власти Китая стремились просто снизить рождаемость, власти Сингапура первый и единственный раз официально внедрили евгеническую политику.

Разделение по интеллектуальному признаку

Премьер-министр Ли Куан Ю с соратниками пришли к выводу, что образованные сингапурцы приносят стране больше пользы, при этом по статистике они рождают 1, максимум 2 детей и в значительно более позднем возрасте по сравнению с необразованными гражданами. Чтобы населить страну умными, образованными и талантливыми людьми, правительство ввело сразу две демографические программы для необразованных бедняков и образованных богачей.

Необразованному большинству предлагалось «остановиться на двух», т. е. рожать не более 2 детей на семью. Поскольку запретить рожать гражданам руководство не могло, оно старалось мотивировать их. Так, необразованным гражданам предлагали крупную денежную компенсацию или жилье за то, что они пройдут добровольную стерилизацию после рождения 2-го ребенка.

Образованных же сингапурцев, особенно женщин, денежно поощряли за рождение каждого ребенка. Более того, государство было заинтересовано в том, чтобы оба родителя были образованными, для этого создавались даже специальные клубы знакомств.

Демографическое фиаско

Хотя план казался безотказным, все пошло совсем не так как задумывалось. Бедные семьи действительно стали рожать 1-2 детей и на этом останавливаться, но образованные жители стали рожать еще меньше, чем прежде. Дело в том, что образованные женщины прекрасно осознавали, как дорого содержать ребенка, дать ему качественное образование. К тому же ради семьи карьеристкам приходилось бросать работу, что в среде, где главным мерилом успеха является богатство и личностный рост, было равносильно самоубийству.

С одной стороны, план сработал. В стране действительно стало больше образованных людей. С другой — те самые образованные женщины все чаще откладывали рождение детей ради карьеры. В итоге в 1987 году ситуация стала настолько серьезной, что сын Ли Куан Ю, будущий премьер-министр Ли Сян Лун, призвал уже абсолютно всех граждан не допускать исчезновения нации и рожать больше детей.

Агитацию стерилизации отменили, государство ввело дополнительные доплаты на детей до 6 лет и крупные вознаграждения при рождении 3-го и последующих детей. Все ради того, чтобы население Сингапура просто не вымерло.

Несмотря на все меры поддержки, сегодня коэффициент рождаемости в Сингапуре составляет 1,1-1,2 ребенка на женщину, это один из самых низких показателей в мире.

В 1849 году американский изобретатель Уолтер Хант оказался должен своему знакомому 15 долларов. Денег не было, и Хант решил придумать что-нибудь, что можно быстро продать.

Он взял кусок проволоки и начал экспериментировать. В результате получилась новая застёжка: проволока была согнута так, что один конец работал как пружина, а острый кончик можно было спрятать внутрь специальной застёжки.

Так появилась конструкция английской булавки, которую мы знаем сегодня.

10 апреля 1849 года Хант получил на неё патент №6281.

Но производить булавки самостоятельно он не стал. Хант продал права на изобретение за 400 долларов. Из этой суммы он расплатился с тем самым долгом в 15 долларов, а остальные деньги оставил себе.

На английской булавке Хант больше ничего не заработал.

Хотя изобретателем он был весьма плодовитым. За свою жизнь он получил десятки патентов и придумывал самые разные вещи: швейные машины, устройства для обработки льда, пишущие приборы и другие механизмы.

Но именно булавка пережила своего создателя и стала обычной вещью, которая есть почти в каждом доме. Хант умер в 1859 году, через десять лет после получения патента.

А если бы ему не понадобилось 15 долларов, пользовались ли мы бы сейчас такой удобной вещью? Кто знает, кто знает… Главное, что благодаря этой случайности люди по всему миру спустя больше 170 лет всё ещё пользуются его изобретением.

Я так лично пользуюсь регулярно. Чего только ни сделаешь вместе с ней! Укоротить джинсы, заколоть слишком большое декольте, продеть резинку или леску в шторку, заколоть что-то временно и тд и тп

Покупая сейчас за 5-10 минут железнодорожный билет, я диву даюсь, как же это теперь легко и просто. В конце 70-х и позже, покупка билетов превращалась в настоящее испытание. В памяти до сих пор стоят длинные очереди за билетами в душных и жарких помещениях.

Анапа. Наверное, начало 80-х. Мы куда-то приехали из города, вышли на остановке и на тебе. Перед нами какое старое одноэтажное здание с облезлой штукатуркой, вокруг него камыши и звуки квакающих лягушек. Лето, жара, конечно же внутри помещения «баня» (не было никаких кондиционеров, вместо них открытые окна и двери) и длинная очередь, так заворачивалась в спираль, что непонятно было где ее конец. Конечно же дети не стояли в таких очередях, матери отправляли их погулять. А сами терпеливо ждали.

Ленинград. Это конечно же не юг, но духота в помещениях, из-за большого скопления народа была. Помню огромное длинное помещение с высоченными потолками, какой-то полумрак, ведь люстры были над головами на высоте под 4-5 метров и куча народа, непонятно кто куда стоит и кто последний.

В свое время, а я жила на севере, помню как на город выделялось несколько билетов (так нам говорили, а так кто знает) - ведь станция была проходная, хоть и город, и ржд или кто там, предпочитали продавать билеты, в первую очередь, с начальной станции. Кто успевал первый, тот их и выкупал эти несчастные билеты. Круто было если среди хороших знакомых или родственников были кассиры трансагентства или жд касс, тогда можно было договорится о покупке.

Сейчас же покупка билетов стала проще. Конечно есть варианты прийти на жд вокзал и там купить билет, причем очереди еще сохраняются, но они в разы меньше. Но от варианта купить билет онлайн я до сих в легком шоке. Улучила время, спокойно без нервов уселась, открыла приложение или сайт и сиди, выбирай. Дату — пожалуйста, время — пожалуйста, место — да сколько угодно, любое какое хочешь. (Я конечно же говорю, если брать билеты сильно заранее.) Можно вообще купить билет на работе или по дороге.

Еще с детства я не понимала, почему вроде бы одинаковые машины имеют разные названия. Никому вопросы я не задавала, да и думала, что разбираться в машинах — это высший пилотаж, мне это не под силу. И вот я выросла, в машинах разбираюсь, имею доступ в интернет, а у чем суть этой странности выяснила только сейчас.

Оказывается различий в названии связана в первую очередь с экспортом и маркетингом.

В СССР автомобили семейства ВАЗ-2108, ВАЗ-2109 и ВАЗ-21099 сначала продавались под названием «Спутник». Это было официальное название модели на внутреннем рынке. Машина появилась в середине 1980-х как принципиально новый переднеприводный автомобиль АвтоВАЗ.

Для зарубежных рынков выбрали другое имя — Samara (Самара). Считалось, что это название легче произносить иностранцам и оно звучит более привлекательно для экспорта (это спорный момент, на мой взгляд, слово спутник да границей узнали еще в эпоху космической гонки). Имя было взято от реки и города Самара.

В начале 1990-х возникла путаница: автомобили экспортировались как Samara, это название стало широко известным, и постепенно его начали использовать и в России. В результате многие машины одного и того же семейства в разные годы могли называться и «Спутник», и «Самара».

То есть получается такая картина:

- 1980-е годы в СССР — ВАЗ-2108/2109 назывались «Спутник»
- На экспорт — продавались как Samara
- В 1990-е — название «Самара» фактически вытеснило «Спутник» и на российском рынке.

Поэтому знаменитая «девятка» технически могла быть и «Спутником», и «Самарой» — в зависимости от года выпуска и рынка, для которого она предназначалась.

Я влюблена в Баухаус, всерьез и надолго. Любимая и актуальная лаконичность, четкость форм, легкость сборки, умная организация пространства, Икеа с мебелью, которую может собрать даже ребёнок, и использование пространства для удобства жизни - все это и многое другое уходит корнями в знаменитую школу под названием Bauhaus.

Баухаус появился не просто как школа - это была попытка заново собрать мир после катастрофы. В 1919 году, в разорённой после Первой мировой войны Германии, архитектор Вальтер Гропиус открыл в Веймар учебное пространство, где хотели стереть границу между художником и ремесленником. Не “высокое искусство” отдельно и “быт” отдельно, а единая среда, в которой всё - от здания до чайника - подчинено одной логике.