Есть цифры, которые сначала впечатляют, а потом быстро забываются.
Вот одна из них: за 1941–1945 годы в СССР зарегистрировали около 24 200 заявок на изобретения, а по 7000 из них были выданы авторские свидетельства и патенты. 7000 за четыре года.
Но мне стало интересно не столько само число, сколько вопрос: что вообще приходилось изобретать людям в стране, которая в это время воевала? Ответ оказался гораздо интереснее привычного списка оружия.
Например, в 1944 году появилась разработка, связанная с получением аскорбиновой кислоты из хвои. Казалось бы, хвоя — обычный лесной материал. Но в условиях войны обычные вещи иногда приобретали совсем другое значение.
Вот одна из них: за 1941–1945 годы в СССР зарегистрировали около 24 200 заявок на изобретения, а по 7000 из них были выданы авторские свидетельства и патенты. 7000 за четыре года.
Но мне стало интересно не столько само число, сколько вопрос: что вообще приходилось изобретать людям в стране, которая в это время воевала? Ответ оказался гораздо интереснее привычного списка оружия.
Например, в 1944 году появилась разработка, связанная с получением аскорбиновой кислоты из хвои. Казалось бы, хвоя — обычный лесной материал. Но в условиях войны обычные вещи иногда приобретали совсем другое значение.
Способ извлечения аскорбиновой кислоты из хвои. Авторское свидетельство на изобретение, выданное в годы войны.
Или вот еще несколько интересных и важных патентов.
Планшетка для чтения карт в темноте. Авторское свидетельство на изобретение, выданное в годы войны.
Ракетно-винтовой двигатель для стратосферных самолётов. Авторское свидетельство на изобретение, выданное в годы войны.
Препарат для лечения открытых гнойных инфекций. Авторское свидетельство на изобретение, выданное в годы войны.
Были и разработки непосредственно для армии. Например, бронебойный подкалиберный снаряд Н. Н. Рахманова. Его чертежи в 1944 году поступили в отдел изобретений Красной армии, а авторское свидетельство на разработку было оформлено в 1945-м.
Или устройство для автоматического раскрытия парашюта — решение очень конкретной проблемы: что делать, если человек не успевает открыть его самостоятельно.
А что еще важнее, так это то, 7000 — это вовсе не количество всех изобретений, появившихся за годы войны. Это число выданных охранных документов.
Часть разработок вообще не регистрировали. Некоторые были засекречены, особенно связанные с обороной. Поэтому по одним только патентам невозможно увидеть весь масштаб технической работы того времени.
Есть ещё одна цифра, которая хорошо это показывает.
Только на фронте было внедрено примерно 7000 рационализаторских предложений в 1942 году, 22 тысячи — в 1943-м и 47 тысяч — в 1944-м.
И вот тут, мне кажется, становится понятнее, что такое изобретательство на войне. Это не обязательно человек в лаборатории, который создаёт что-то совершенно новое. Иногда это тот, кто ремонтирует технику и думает: а можно ли сделать эту деталь проще? Можно ли использовать меньше металла? Можно ли быстрее восстановить сломавшийся механизм? Можно ли заменить дефицитный материал? Можно ли изменить конструкцию так, чтобы нужную вещь выпускали быстрее?
И человек действительно менял. Проверял, предлагал, внедрял. Причём происходило это и в тылу, и непосредственно на фронте. Роспатент приводит примеры рационализаторских решений, которые помогали ремонтировать и восстанавливать оружие, самолёты, танки, запчасти и инструменты непосредственно в военных условиях.
Поэтому мне кажется неправильным воспринимать цифру 7000 просто как красивую статистику.
За ней стоят совершенно разные вещи: медицина, металлургия, производство, связь, вооружение, ремонт техники и множество маленьких технических решений, о которых мы сегодня даже не подозреваем.
И ещё одна важная вещь. Изобретение — это не обязательно что-то грандиозное. Иногда это маленькое изменение, которое позволяет сделать большую работу быстрее. Именно поэтому мне захотелось посмотреть не только на цифру, но и на сами документы.
Потому что когда видишь настоящее авторское свидетельство, дату, фамилию изобретателя, чертёж и описание — история становится какой-то совсем другой. Это уже не просто «в годы войны было создано много изобретений». Это конкретный человек в конкретный момент времени придумал решение конкретной проблемы. А таких решений были тысячи.
И часть из них сегодня можно увидеть собственными глазами — в сохранившихся патентных материалах и авторских свидетельствах военных лет. Роспатент и ФИПС публикуют документы Государственного патентного фонда, относящиеся к изобретениям 1941–1945 годов.
И вот это мне кажется гораздо интереснее самой цифры 7000. Потому что за ней — не просто статистика. За ней люди, которые даже в условиях войны продолжали что-то придумывать, улучшать и создавать.
Или устройство для автоматического раскрытия парашюта — решение очень конкретной проблемы: что делать, если человек не успевает открыть его самостоятельно.
А что еще важнее, так это то, 7000 — это вовсе не количество всех изобретений, появившихся за годы войны. Это число выданных охранных документов.
Часть разработок вообще не регистрировали. Некоторые были засекречены, особенно связанные с обороной. Поэтому по одним только патентам невозможно увидеть весь масштаб технической работы того времени.
Есть ещё одна цифра, которая хорошо это показывает.
Только на фронте было внедрено примерно 7000 рационализаторских предложений в 1942 году, 22 тысячи — в 1943-м и 47 тысяч — в 1944-м.
И вот тут, мне кажется, становится понятнее, что такое изобретательство на войне. Это не обязательно человек в лаборатории, который создаёт что-то совершенно новое. Иногда это тот, кто ремонтирует технику и думает: а можно ли сделать эту деталь проще? Можно ли использовать меньше металла? Можно ли быстрее восстановить сломавшийся механизм? Можно ли заменить дефицитный материал? Можно ли изменить конструкцию так, чтобы нужную вещь выпускали быстрее?
И человек действительно менял. Проверял, предлагал, внедрял. Причём происходило это и в тылу, и непосредственно на фронте. Роспатент приводит примеры рационализаторских решений, которые помогали ремонтировать и восстанавливать оружие, самолёты, танки, запчасти и инструменты непосредственно в военных условиях.
Поэтому мне кажется неправильным воспринимать цифру 7000 просто как красивую статистику.
За ней стоят совершенно разные вещи: медицина, металлургия, производство, связь, вооружение, ремонт техники и множество маленьких технических решений, о которых мы сегодня даже не подозреваем.
И ещё одна важная вещь. Изобретение — это не обязательно что-то грандиозное. Иногда это маленькое изменение, которое позволяет сделать большую работу быстрее. Именно поэтому мне захотелось посмотреть не только на цифру, но и на сами документы.
Потому что когда видишь настоящее авторское свидетельство, дату, фамилию изобретателя, чертёж и описание — история становится какой-то совсем другой. Это уже не просто «в годы войны было создано много изобретений». Это конкретный человек в конкретный момент времени придумал решение конкретной проблемы. А таких решений были тысячи.
И часть из них сегодня можно увидеть собственными глазами — в сохранившихся патентных материалах и авторских свидетельствах военных лет. Роспатент и ФИПС публикуют документы Государственного патентного фонда, относящиеся к изобретениям 1941–1945 годов.
И вот это мне кажется гораздо интереснее самой цифры 7000. Потому что за ней — не просто статистика. За ней люди, которые даже в условиях войны продолжали что-то придумывать, улучшать и создавать.
