Посты с тегом: архитектура

В начале XIX века район Чистых прудов в Москве выглядел совсем иначе. После войны с Наполеоном здесь стояли небольшие дома — в один или два этажа, с тихими дворами и садами. Таким этот уголок города оставался почти сто лет.

Но к началу XX века Москва быстро менялась. Люди переезжали в город, появлялось все больше желающих снять жилье, и на месте старой застройки начали появляться доходные дома — многоквартирные здания, где квартиры сдавали в аренду.

Один из таких домов построили на земле, принадлежавшей церкви Троицы Живоначальной на Грязех у Покровских ворот. Строительство началось в 1908 году, а деньги на него выделили купцы Оловянишниковы — известная династия производителей церковных колоколов.

Сначала здание задумывалось довольно спокойным. Архитектор Лев Кравецкий создал простой доходный дом с двумя подъездами, а инженер Петр Микини занимался технической частью проекта.

Но потом появился человек, который полностью изменил его облик.

Ни один из этих домов на самом деле не такой тонкий, как кажется.

Первый находится в Лондоне и известен как Thin House. Второй — в Москве, на Таганке. Их объединяет одна особенность, которая вызывает удивление даже у искушенных современных людей: если смотреть под определённым углом, создаётся впечатление, что перед нами не настоящий дом, а плоская театральная декорация.

Но стоит сделать несколько шагов в сторону, и иллюзия исчезает.

В старых городах Англии, Франции или Нидерландов, можно увидеть такую странную деталь. На некоторых старинных домах можно увидеть окна, которые вовсе не окна. Вместо стекла — аккуратно уложенный кирпич. На первый взгляд ничего такого. У нас тоже бывает закладывают окна. Но во многих случаях причина была совсем другой.

В конце XVII века в Англии появился налог на окна. Власти решили, что чем больше окон в доме, тем богаче его владелец, а значит, тем больше он может платить государству. По закону в Англии за дом нужно было платить налог в размере 2 шиллингов и налог за количество окон: если их более 10 окон, доплачивали по 4 шиллинга за каждое, если более 20 окон – 8 шиллингов за каждое лишнее.

Налог действовал с 1696 по 1851 год и оказался настолько непопулярным, что многие хозяева домов начали просто закладывать часть окон кирпичом. Так они уменьшали сумму налога. Причем иногда кирпичом закрывали даже совершенно новые окна, лишь бы не платить лишнего.

Из-за этого дома становились темнее, хуже проветривались, а жильцы чаще болели. Врачи того времени даже связывали распространение некоторых заболеваний с недостатком света и свежего воздуха. Неудивительно, что налог получил прозвище «налог на свет и воздух».

Врачи кстати пытались бороться за отмену этого налога, но, к сожалению, тщетно.

После отмены налога многие владельцы домов так и не восстановили окна. Для кого-то это было слишком дорого, а кто-то просто привык к прежнему виду здания. Поэтому заложенные кирпичом оконные проемы можно увидеть и спустя более 170 лет после отмены налога.

Прогуливаясь по улице Красной в Краснодаре заметил вот такую "реставрацию" здания. Расскажу, что здесь не так, и дело вовсе не в самом визуальном факте наличия полимера на старинном фасаде.

Вместо тяжёлой штукатурки налеплена более дешёвая имитация из пенопласта. Да-да, я знаю, что это экструдированный пенополистирол, а пенопластом его называть некорректно, но сути это не меняет. Всё здание обклеивают полистиролом.

Один из самых необычных городов Испании — Сетениль-де-лас-Бодегас. На фотографиях кажется, что дома построены внутри гигантской скалы, но на самом деле для строительства люди просто использовали естественные «навесы», которые образовались в известняковом ущелье реки. Фасады просто достраивали под этими выступами, которые фактически являются естественными крышами домов.

В городе еще очень интересные названия улиц: Cuevas del Sol («Пещеры Солнца») и Cuevas de la Sombra («Пещеры Тени»). На одной скала нависает над домами лишь частично, а на другой практически полностью закрывает небо. Идёшь так по улице, а над головой — многотонная каменная глыба. И интересно, и необычно, и даже немного страшно.

Это не туристический аттракцион, люди здесь просто живут (и надо сказать комфортно). И к ним иногда приезжают туристы. Под скалами находятся дома, кафе, магазины и бары. Благодаря камню помещения летом остаются прохладнее, а зимой лучше сохраняют тепло.

Если в Стамбуле вам надоело смотреть на мечети и кошек, то рекомендую съездить посмотреть на Болгарскую церковь Святого Стефана. Ехать на трамвае пару остановок от Галатского моста.

Храм православный. Когда устал от мусульманского Стамбула, здесь можно немного морально отдохнуть.

В 1996 году французский фотограф Фредерик Шобен отправился в путешествие по территории бывшего Советского Союза. Тогда он ещё не подозревал, что эта поездка превратится в многолетнее исследование и один из самых известных фотоархивов советской архитектуры.

На протяжении семи лет Шобен объезжал города России, Украины, Белоруссии, Грузии, Армении, Казахстана и других бывших республик СССР. Его внимание привлекали необычные здания, которые редко попадали в туристические путеводители: санатории на побережье Чёрного моря, дворцы культуры, цирки, дома советов, научные центры, мемориальные комплексы и гостиницы.

Эти сооружения поражали своей смелостью. Одни напоминали летающие тарелки, другие — космические корабли, третьи выглядели как гигантские кристаллы или футуристические скульптуры. В них почти не чувствовалась та типовая советская архитектура, которую принято ассоциировать с панельными микрорайонами и серыми административными зданиями.

В Москве есть особняк, который уже больше ста лет называют «домом дурака». Речь идёт о доме Арсения Морозова на Воздвиженке — одном из самых необычных зданий столицы.

В конце XIX века молодой миллионер Арсений Морозов отправился путешествовать по Испании и Португалии. Там его впечатлили дворцы и особняки, украшенные в мавританском стиле, с обилием декоративных деталей, арок, резьбы и каменного кружева. Вернувшись в Москву, он решил построить собственный дом, который не был бы похож ни на один другой.

Для работы пригласили архитектора Виктора Мазырина. В результате на одной из главных московских улиц появился особняк, словно перенесённый из какой-то сказки. Его фасады украсили раковины, канаты, причудливая лепнина и элементы, вдохновлённые архитектурой Испании и Португалии. Для консервативной Москвы конца XIX века это выглядело настолько необычно, что дом сразу стал предметом обсуждений.

Современники спорили о нём не меньше, чем сегодня спорят о самых смелых архитектурных проектах. Одни восхищались смелостью замысла, другие считали особняк воплощением дурного вкуса. Возможно, именно тогда и появилась знаменитая легенда о том, что мать Арсения Морозова, увидев готовый дом, сказала сыну: «Раньше одна я знала, что ты дурак, а теперь вся Москва будет знать». Историки до сих пор не уверены, была ли эта фраза произнесена на самом деле, но она оказалась настолько яркой, что пережила и своего героя, и эпоху, в которую он жил.

Интересно, что судьба самого Арсения Морозова тоже обросла легендами. Его запомнили как человека эксцентричного, любившего эффектные жесты и необычные поступки. Поэтому рассказы о владельце особняка со временем стали почти такими же известными, как и сам дом.

Прошло более века, и отношение к особняку изменилось. То, что современники считали причудой, сегодня воспринимается как уникальный памятник своей эпохи. Дом Морозова стал одной из самых узнаваемых достопримечательностей Москвы и напоминанием о том, что новые художественные идеи нередко сначала вызывают насмешки, а уже потом становятся классикой.

Балконы сегодня кажутся настолько обычной частью дома, что о них почти никто не задумывается. А когда-то они были скорее инструментом власти, чем местом для отдыха.

Сегодня с балкона пьют чай-кофе, выращивают цветочки или складывают старые лыжи и шины. А несколько столетий назад с балкона могли объявить новый закон, обратиться к жителям города или показать публике важного гостя.

По сути, балкон был удобной сценой. Нужно, чтобы тебя увидели сразу сотни людей? Выходишь на выступ над улицей — и готово. Многие дворцы и ратуши строили с богато украшенными балконами задолго до того, как они появились на обычных жилых домах.

Потом их оценили и горожане. Балкон позволял наблюдать за жизнью города, не выходя на улицу, которая была главным источником новостей и развлечений во времена до радио, телевидения и интернета.

Можно сказать, со временем назначение балкона почти перевернулось на нечто противоположное: когда-то он был местом, где человека должны были видеть все. Теперь это одно из немногих мест в квартире, где можно на какое-то время спрятаться от остальных.

В Ростове-на-Дону постепенно рушится старинный доходный дом по адресу улица Московская, 72.

В Википедии это потрясающее здание названо как Доходный дом наследников Максимова. В народе его называют просто Дом с ангелами.

Представь: ты на высоте больше четырёх тысяч метров. Воздуха мало, ветер может сносить с ног, вокруг снег и лёд. И вдруг — здание. Не палатка, не хижина, а почти полноценный дом. В советское время это вообще выглядело как что-то из фантастики: отопление, столовая, кровати. Не «люкс», конечно, но после ледяного склона почти курорт.

Легендарный Приют одиннадцати или, как его часто сокращают «Приют 11» - это, по сути, не совсем «гостиница», а такая суровая горная база, куда люди забираются перед восхождением на Эльбрус.

Почему «11»

Название появилось ещё в 1909 году:
группа из 11 альпинистов разбила там лагерь, и место стали называть «приютом одиннадцати».

Я уже писала о том, как сложно мужчинам.

Теперь для баланса нужна статья о том, как сложно женщинам.

И факт есть факт – во многих профессиях женщины до сих пор почти не представлены, или представлены крайне мало. В политике, в бизнесе. Женщин-миллиардеров в России всего девять (девять!), причем это зачастую не самостоятельные единицы, а чьи-то дочери, жены и вдовы, как Елена Батурина – вдова бывшего мэра Москвы Юрия Лужкова и дочь основателя Лукойл Екатерина Федун. Правда, среди них основательница Wildberries Татьяна Ким.

Женщин-космонавтов в России всего шесть – и одна из них не космонавт, а Юлия Пересильд.
И не только.

Сложно понять, кто в этом виноват. Буквально сегодня в магазине стала невольным свидетелем диалога покупательницы и продавщица.

Покупательница: Да кому как повезет. Она ни одного дня в своей жизни не работала.
Продавщица: Значит, муж хороший.

Многие женщины до сих пор считают, что выйти замуж и сидеть дома, занимаясь только хозяйством – идеал жизни.

Впрочем, это в любом случае работы «в две смены» - на работе и дома.

Женщинам разбогатеть труднее, чем мужчинам. Мужчине не приходится выбирать между семьей и карьерой. Для мужчины повышение на работе и пополнение в семье означает, что «жизнь удалась», а для женщины – это болезненный выбор.

Но где в основном работают женщины?

Образование - 82% женщин.
Здравоохранение – 80 %
Общепит и гостиничный бизнес – 74 %
Финансы и страхование – 69 %
Торговля – 62 %

То есть в большинстве своем в сферах, где мужчины просто не станут с нами конкурировать.

Одна из профессий, куда женщин пускают очень неохотно – архитектор.

Первой женщиной-архитектором (архитектурессой? Архитекторкой?) стала американка София Хейден Беннет.

София прошла четырехгодичное обучение по специальности архитектура в Массачусетском технологическом институте. И даже спроектировала так называемое «Женское здание» для Всемирной выставки в 1892 году. Ей тогда был всего 21 год.

Все бы ничего, но в процессе она была уволена из собственного проекта, а после заступничества коллег-архитекторов заняла первое из тринадцати мест, выделенных для женщин-архитекторов.
Она получила 1000 долларов за свой проект, когда архитекторы-мужчины получали за аналогичные проекты 10 000 долларов.

С тех пор она так и не смогла устроиться как ведущий архитектор, и в итоге была вынуждена устроиться в школу учительницей черчения.

В СССР тоже появились свои женщины-архитекторы.

«Пионеркой» среди них стала Екатерина Максимова.

Правда, здесь тоже не обошлось без мужской фигуры – брата-архитектора.

Владимир Максимов был архитектором талантливым, но в советских реалиях не прижился. Его единственным проектом после революции оказался дом, возведенный для семьи (спроектированный вместе с сестрой).

Екатерина оказалась удачливее.

В 1910 году она поступила на архитектурное отделение Высших женских политехнических курсов в Санкт-Петербурге.

В отличие от предшественниц, Екатерина Максимова получила полную возможность для реализации. Участвовала в работе по проектированию Казанского вокзала в Москве, земского дома в Киеве и фабрик-кухонь по всей России. В том числе и в Самаре. Кстати, фабрика-кухня в Самаре - первый в истории России индивидуальный архитектурный проект, выполненный женщиной.

Кстати, сама идея фабрик-кухонь шла под лозунгом «освобождения женщин от кухонного рабства». Не бегать целый день между плитой и мойкой, а учиться, работать и участвовать в общественной жизни. О них писал даже Маяковский.

столовых Нарпита,
рассевшись,
без грязи и без жарищи,
поев,
сказали рабочие тыщи:
«Приятно поедено,
чисто попито».

Погибла Екатерина нелепо – под поездом.

Идея фабрик-кухонь не прижилась. Оказалось, что общественная столовая не заменит домашнюю кухню (по крайней мере, полностью), как и няни в детских садах не заменят мам. А от мытья посуды женщину избавит только посудомойка…

А понятие успеха для женщины до сих пор воспринимается в добавление к реализованности семейной. Причем реализованность идет "в добавление" к семье. Если замужем и есть дети - конечно, реализовывайся, сколько хочешь.

Тем больше уважения должны вызывать женщины, которые могут совместить одно с другим – семью с самореализацией.

Екатерина Максимова семью создать не успела – ее детьми стали ее проекты. А ее кухней – построенные ею фабрики-кухни.

P.S. Прошу не писать, что в наше время никакого быта не существует. Посуду моет посудомойка, а продукты – и даже готовую еду, тебе доставят откуда угодно курьеры. Курьеры тоже не бесплатны…

Я влюблена в Баухаус, всерьез и надолго. Любимая и актуальная лаконичность, четкость форм, легкость сборки, умная организация пространства, Икеа с мебелью, которую может собрать даже ребёнок, и использование пространства для удобства жизни - все это и многое другое уходит корнями в знаменитую школу под названием Bauhaus.

Баухаус появился не просто как школа - это была попытка заново собрать мир после катастрофы. В 1919 году, в разорённой после Первой мировой войны Германии, архитектор Вальтер Гропиус открыл в Веймар учебное пространство, где хотели стереть границу между художником и ремесленником. Не “высокое искусство” отдельно и “быт” отдельно, а единая среда, в которой всё - от здания до чайника - подчинено одной логике.

Архитекторы в Лондоне любят выпендриваться и совершать ошибки. Помните, была проблема у лондонского небоскрёба 20 Fenchurch Street с искривлённой формой фасада? Здание работало как огромная линза, поджигая припаркованные машины. Это 100% ошибка архитектора.

Есть ещё одно необычное здание в Лондоне - это небоскрёб Strata SE1, построенный в 2010 году. И дом стал очередным примером промаха архитектора.

Не всегда ограничения приводят к чему-то плохому. Посмотрим на Голубую мечеть в Стамбуле - она украшена потрясающими узорами, но там нет изображений людей или других существ, потому что это запрещено нормами ислама. Ограничение повлияло на архитектуру - появились подобные интерьеры:

Или возьмём к примеру Амстердам. Когда-то в этом городе налог зависел от ширины фасада, поэтому будущие домовладельцы строили довольно узкие, но высокие здания. В итоге получился узнаваемый амстердамский архитектурный стиль.

В Ростове очередной дореволюционный дом идёт под снос, адрес - Социалистическая, 128.

Но тут есть особенность - обещают заново построить в том же виде, что и был.

На фасаде не очень много архитектурных "излишеств", так что построить такое с нуля будет несложно, хотя есть риск, что даже это упростят.