Посты с тегом: архитектура

Когда смотришь на фотографии Венеции, часто возникает вопрос - как эти дома до сих пор стоят? Они находятся прямо у воды, некоторые фасады буквально выходят в канал, а под городом мягкий грунт. Кажется, что такая конструкция должна была давно сгнить, просесть или просто развалиться. Но Венеция существует уже много веков. В чём же секрет?

Деревянные сваи

Основой многих старых зданий стали деревянные сваи. Их забивали в грунт, а сверху создавали прочное основание, на котором уже возводили каменные стены.

Почему же дерево не сгнило, если оно постоянно находится во влажной среде? Потому что под водой и в насыщенном водой грунте древесина оказывается в условиях недостатка кислорода. А большинству организмов, разрушающих дерево, кислород как раз и нужен, без него они просто не могут существовать.

Получается интересный парадокс: дерево вроде как не подходит для города на воде, но именно в таких условиях сохраняется веками.

Почему дома не проваливаются?

Одной деревянной сваи для каменного здания, конечно, недостаточно. Под сооружениями находится множество опор, которые распределяют нагрузку. Сверху их связывает фундаментная конструкция, а уже на ней стоит здание.

ЖК Бадаевский принято ругать, считая его или неуместным или уродливым. Только ленивый не плюнул в этот проект на набережной Тараса Шевченко.

С первого взгляда эти здания можно принять за огромные деревянные корзины среди тропической зелени. Они высокие, изогнутые и как будто немного недостроенные. Между ними растут деревья, а сами конструкции напоминают одновременно жилища древнего народа и архитектурный объект из будущего.

Это Культурный центр Жана-Мари Тьибау в Нумеа, Новой Каледонии. Его открыл в 1998 году архитектор Ренцо Пиано, который построил Центр Помпиду в Париже. Такая форма появилась из попытки соединить современную архитектуру с традициями канаков, коренного народа Новой Каледонии.

Традиционные канакские дома имеют высокую коническую форму, их называют «большими хижинами». Ренцо Пиано учёл эти особенности и создал с помощью современных материалов: стали и тропической древесины ироко.

Иногда смотрю на фотографии домов и думаю: ну ладно, маленький дом — это понятно. Но когда ширина дома меньше двух метров, у меня уже возникает вопрос: а там вообще можно нормально развернуться?

Оказывается, можно. По крайней мере, архитекторы очень стараются это доказать.

Начать, конечно, нужно с Keret House в Варшаве. Его часто называют самым узким домом в мире. В самом узком месте он всего 72 сантиметра, а в самом широком — 122.

Прогуливаясь по Курску, я часто вижу кирпичные дома, которые были построены в начале 20 века, а то и раньше. И все они стоят без единой трещины на фасадах, хотя им уже больше 100 лет. В них есть какая-то особенная магия. Кажется, что в них хранятся какие-то старые тайны прежних хозяев. Ведь за их окнами любили, ссорились, отмечали праздники, там росли дети, в них ждали вестей с войны. Кирпич все впитывает, не только копоть. В нем тихие радости и горькие слезы, и конечно же, повседневные хлопоты разных поколений.

В старых городах таких домов полно. Некоторые из них уже не видно за новостройками, другие выстроились целой улицей в историческом центре, прочие уже заброшенные, и смотрят с укором разбитыми окнами вслед прохожим.

И что поразительно, старые кирпичные дома не собираются разрушаться. Панельные гиганты, выросшие рядом с ними, когда тем было уже хорошо за 70, через какое время начали крошиться, а вот эти свидетели времени стоят как ни в чем не бывало, только покрываются мхом и плющами.

Хоть строительный материал для них и был простым, строили тогда на века, на несколько поколений. В растворе для кладки была известь, которая делала его прочнее с каждым годом. Он не крошился, а каменел под действием воздуха и влаги. У таких домов были и массивные фундаменты, и кирпичи, которые формировали вручную и обжигали определенным, отличным от современного, способом.

Я люблю разглядывать детали таких домов, и думать о том, что когда-то мимо них ездили конки, телеги, кареты. В каких-то домах на первых этажах были магазинчики, а на втором жили сами хозяева.

В начале XIX века район Чистых прудов в Москве выглядел совсем иначе. После войны с Наполеоном здесь стояли небольшие дома — в один или два этажа, с тихими дворами и садами. Таким этот уголок города оставался почти сто лет.

Но к началу XX века Москва быстро менялась. Люди переезжали в город, появлялось все больше желающих снять жилье, и на месте старой застройки начали появляться доходные дома — многоквартирные здания, где квартиры сдавали в аренду.

Один из таких домов построили на земле, принадлежавшей церкви Троицы Живоначальной на Грязех у Покровских ворот. Строительство началось в 1908 году, а деньги на него выделили купцы Оловянишниковы — известная династия производителей церковных колоколов.

Сначала здание задумывалось довольно спокойным. Архитектор Лев Кравецкий создал простой доходный дом с двумя подъездами, а инженер Петр Микини занимался технической частью проекта.

Но потом появился человек, который полностью изменил его облик.

Ни один из этих домов на самом деле не такой тонкий, как кажется.

Первый находится в Лондоне и известен как Thin House. Второй — в Москве, на Таганке. Их объединяет одна особенность, которая вызывает удивление даже у искушенных современных людей: если смотреть под определённым углом, создаётся впечатление, что перед нами не настоящий дом, а плоская театральная декорация.

Но стоит сделать несколько шагов в сторону, и иллюзия исчезает.

В старых городах Англии, Франции или Нидерландов, можно увидеть такую странную деталь. На некоторых старинных домах можно увидеть окна, которые вовсе не окна. Вместо стекла — аккуратно уложенный кирпич. На первый взгляд ничего такого. У нас тоже бывает закладывают окна. Но во многих случаях причина была совсем другой.

В конце XVII века в Англии появился налог на окна. Власти решили, что чем больше окон в доме, тем богаче его владелец, а значит, тем больше он может платить государству. По закону в Англии за дом нужно было платить налог в размере 2 шиллингов и налог за количество окон: если их более 10 окон, доплачивали по 4 шиллинга за каждое, если более 20 окон – 8 шиллингов за каждое лишнее.

Налог действовал с 1696 по 1851 год и оказался настолько непопулярным, что многие хозяева домов начали просто закладывать часть окон кирпичом. Так они уменьшали сумму налога. Причем иногда кирпичом закрывали даже совершенно новые окна, лишь бы не платить лишнего.

Из-за этого дома становились темнее, хуже проветривались, а жильцы чаще болели. Врачи того времени даже связывали распространение некоторых заболеваний с недостатком света и свежего воздуха. Неудивительно, что налог получил прозвище «налог на свет и воздух».

Врачи кстати пытались бороться за отмену этого налога, но, к сожалению, тщетно.

После отмены налога многие владельцы домов так и не восстановили окна. Для кого-то это было слишком дорого, а кто-то просто привык к прежнему виду здания. Поэтому заложенные кирпичом оконные проемы можно увидеть и спустя более 170 лет после отмены налога.

Прогуливаясь по улице Красной в Краснодаре заметил вот такую "реставрацию" здания. Расскажу, что здесь не так, и дело вовсе не в самом визуальном факте наличия полимера на старинном фасаде.

Вместо тяжёлой штукатурки налеплена более дешёвая имитация из пенопласта. Да-да, я знаю, что это экструдированный пенополистирол, а пенопластом его называть некорректно, но сути это не меняет. Всё здание обклеивают полистиролом.

Один из самых необычных городов Испании — Сетениль-де-лас-Бодегас. На фотографиях кажется, что дома построены внутри гигантской скалы, но на самом деле для строительства люди просто использовали естественные «навесы», которые образовались в известняковом ущелье реки. Фасады просто достраивали под этими выступами, которые фактически являются естественными крышами домов.

В городе еще очень интересные названия улиц: Cuevas del Sol («Пещеры Солнца») и Cuevas de la Sombra («Пещеры Тени»). На одной скала нависает над домами лишь частично, а на другой практически полностью закрывает небо. Идёшь так по улице, а над головой — многотонная каменная глыба. И интересно, и необычно, и даже немного страшно.

Это не туристический аттракцион, люди здесь просто живут (и надо сказать комфортно). И к ним иногда приезжают туристы. Под скалами находятся дома, кафе, магазины и бары. Благодаря камню помещения летом остаются прохладнее, а зимой лучше сохраняют тепло.

Если в Стамбуле вам надоело смотреть на мечети и кошек, то рекомендую съездить посмотреть на Болгарскую церковь Святого Стефана. Ехать на трамвае пару остановок от Галатского моста.

Храм православный. Когда устал от мусульманского Стамбула, здесь можно немного морально отдохнуть.

В 1996 году французский фотограф Фредерик Шобен отправился в путешествие по территории бывшего Советского Союза. Тогда он ещё не подозревал, что эта поездка превратится в многолетнее исследование и один из самых известных фотоархивов советской архитектуры.

На протяжении семи лет Шобен объезжал города России, Украины, Белоруссии, Грузии, Армении, Казахстана и других бывших республик СССР. Его внимание привлекали необычные здания, которые редко попадали в туристические путеводители: санатории на побережье Чёрного моря, дворцы культуры, цирки, дома советов, научные центры, мемориальные комплексы и гостиницы.

Эти сооружения поражали своей смелостью. Одни напоминали летающие тарелки, другие — космические корабли, третьи выглядели как гигантские кристаллы или футуристические скульптуры. В них почти не чувствовалась та типовая советская архитектура, которую принято ассоциировать с панельными микрорайонами и серыми административными зданиями.

В Москве есть особняк, который уже больше ста лет называют «домом дурака». Речь идёт о доме Арсения Морозова на Воздвиженке — одном из самых необычных зданий столицы.

В конце XIX века молодой миллионер Арсений Морозов отправился путешествовать по Испании и Португалии. Там его впечатлили дворцы и особняки, украшенные в мавританском стиле, с обилием декоративных деталей, арок, резьбы и каменного кружева. Вернувшись в Москву, он решил построить собственный дом, который не был бы похож ни на один другой.

Для работы пригласили архитектора Виктора Мазырина. В результате на одной из главных московских улиц появился особняк, словно перенесённый из какой-то сказки. Его фасады украсили раковины, канаты, причудливая лепнина и элементы, вдохновлённые архитектурой Испании и Португалии. Для консервативной Москвы конца XIX века это выглядело настолько необычно, что дом сразу стал предметом обсуждений.

Современники спорили о нём не меньше, чем сегодня спорят о самых смелых архитектурных проектах. Одни восхищались смелостью замысла, другие считали особняк воплощением дурного вкуса. Возможно, именно тогда и появилась знаменитая легенда о том, что мать Арсения Морозова, увидев готовый дом, сказала сыну: «Раньше одна я знала, что ты дурак, а теперь вся Москва будет знать». Историки до сих пор не уверены, была ли эта фраза произнесена на самом деле, но она оказалась настолько яркой, что пережила и своего героя, и эпоху, в которую он жил.

Интересно, что судьба самого Арсения Морозова тоже обросла легендами. Его запомнили как человека эксцентричного, любившего эффектные жесты и необычные поступки. Поэтому рассказы о владельце особняка со временем стали почти такими же известными, как и сам дом.

Прошло более века, и отношение к особняку изменилось. То, что современники считали причудой, сегодня воспринимается как уникальный памятник своей эпохи. Дом Морозова стал одной из самых узнаваемых достопримечательностей Москвы и напоминанием о том, что новые художественные идеи нередко сначала вызывают насмешки, а уже потом становятся классикой.

Балконы сегодня кажутся настолько обычной частью дома, что о них почти никто не задумывается. А когда-то они были скорее инструментом власти, чем местом для отдыха.

Сегодня с балкона пьют чай-кофе, выращивают цветочки или складывают старые лыжи и шины. А несколько столетий назад с балкона могли объявить новый закон, обратиться к жителям города или показать публике важного гостя.

По сути, балкон был удобной сценой. Нужно, чтобы тебя увидели сразу сотни людей? Выходишь на выступ над улицей — и готово. Многие дворцы и ратуши строили с богато украшенными балконами задолго до того, как они появились на обычных жилых домах.

Потом их оценили и горожане. Балкон позволял наблюдать за жизнью города, не выходя на улицу, которая была главным источником новостей и развлечений во времена до радио, телевидения и интернета.

Можно сказать, со временем назначение балкона почти перевернулось на нечто противоположное: когда-то он был местом, где человека должны были видеть все. Теперь это одно из немногих мест в квартире, где можно на какое-то время спрятаться от остальных.

В Ростове-на-Дону постепенно рушится старинный доходный дом по адресу улица Московская, 72.

В Википедии это потрясающее здание названо как Доходный дом наследников Максимова. В народе его называют просто Дом с ангелами.

Представь: ты на высоте больше четырёх тысяч метров. Воздуха мало, ветер может сносить с ног, вокруг снег и лёд. И вдруг — здание. Не палатка, не хижина, а почти полноценный дом. В советское время это вообще выглядело как что-то из фантастики: отопление, столовая, кровати. Не «люкс», конечно, но после ледяного склона почти курорт.

Легендарный Приют одиннадцати или, как его часто сокращают «Приют 11» - это, по сути, не совсем «гостиница», а такая суровая горная база, куда люди забираются перед восхождением на Эльбрус.

Почему «11»

Название появилось ещё в 1909 году:
группа из 11 альпинистов разбила там лагерь, и место стали называть «приютом одиннадцати».