Валерий Леонтьев бьет тревогу и страхует свой особняк в США, который уходит под воду

На балтийском курорте снова оживление. Алла Борисовна без предупреждения объявилась в Юрмале, и местная публика тут же начала строить догадки. Никаких официальных комментариев не прозвучало, зато совпадение вышло уж больно показательное. Буквально за пару дней до открытия фестиваля «Лайма. Рандеву. Юрмала» стало известно, что зал заполняется крайне неохотно. И тут же на набережной замечают Примадонну, гуляющую, улыбающуюся и явно никуда не спешащую покидать город.

Ходят разговоры, что устроители мероприятия оказались в довольно щекотливом положении. Пока не было ясности, приедет ли Пугачева, публика не торопилась тратиться на входные билеты. А ведь в свое время это шоу было визитной карточкой всего постсоветского эстрадного лета - аншлаги были нормой, а не редкостью. Сейчас же картина совсем другая.

Причина, впрочем, лежит на поверхности. Нынешняя афиша заставляет многих чесать затылок. На сцену в основном выходят те, кто давно покинул Россию, либо артисты со статусом иноагента. Есть среди них и певец, некогда прославившийся дуэтом с Борисом Моисеевым и композицией про «лунную» тематику - теперь он представляется украинским исполнителем, хотя постоянно обитает в британской столице. Неудивительно, что часть зрителей просто не рискует покупать дорогие места на подобное шоу.

Как утверждают местные наблюдатели, дошло до того, что самые престижные VIP-кресла раздают бесплатно - лишь бы камеры не показали унылые пустые ряды. И вот в этот момент в игру вступает Пугачева. Ее прогулки по городу, снимки с прохожими, демонстративное присутствие в кадре - все это больше похоже на грамотно выстроенный ход, призванный подогреть интерес и подтолкнуть продажи в оставшиеся до старта дни.

По имеющимся данным, с 24 по 26 июля певица вместе с супругом планирует находиться в зале «Дзинтари» на правах особого гостя. И такой шаг, надо сказать, вполне может сработать: одно ее присутствие способно поднять ажиотаж куда эффективнее любой рекламной кампании.

Впрочем, у этой поездки есть и совсем другая, куда менее показная подоплека. Ни для кого не тайна, что в свои 77 лет Алла Борисовна сталкивается с серьезными проблемами со здоровьем - сердце и сосуды дают о себе знать, а изнуряющая жара переносится все тяжелее. Прибалтийская прохлада и мягкий морской климат в этом смысле для нее куда комфортнее, чем раскаленный летний воздух.

У самой же Лаймы Вайкуле причин для беспокойства о здоровье, пожалуй, даже больше. Несколько лет назад ей поставили онкологический диагноз. Тогда певица сумела справиться с болезнью и добиться устойчивой ремиссии, однако до сих пор регулярно проходит контрольные обследования и старается не перегружать себя. Так что, вполне вероятно, визит подруги важен для нее не только с точки зрения кассовых сборов, но и как источник простой человеческой поддержки в непростой момент.

Недавно наткнулась на такую историю про Китай. Там есть движение «тан пин» — «лежать ровно». Это молодые люди, которые больше не хотят участвовать в привычной гонке за успех: строить карьеру любой ценой, заводить семью, брать ипотеку, работать без остановки ради обещанного «светлого будущего».

Позже появилось ещё одно выражение — «бай лань». Дословно — «пусть сгниёт». Оно пришло из баскетбола. Так говорят о команде, которая понимает, что матч уже не выиграть, и перестаёт стараться, просто доигрывать матч абы как. Власти уже даже бьют тревогу и думают, как с этим бороться.

А дело ведь не только в Китае. Несколько месяцев назад я разговаривала с человеком, которому около тридцати. Он снимал квартиру, хотя мог купить свою. Я поинтересовалась у него, почему он этого не делает. На что он ответил, что не видит в этом смысла. И я потом долго вспоминала этот разговор. Ведь он не говорил, что у него нет денег. Не говорил, что не хочет своего жилья, он говорил о другом.

По сути, как я поняла, он больше не верит в старую формулу: много работаешь, а потом постепенно всё становится лучше. С одной стороны все индивидуально, и нужно верить в себя, стараться и все такое. С другой здесь ощущается какая-то разница в восприятии мира и общества, да и себя тоже людьми разных поколений.

Для многих наших родителей такая формула действительно работала: учеба, работа, квартира, семья. Не сразу, постепенно, шаг за шагом. Сейчас всё больше молодых людей смотрят на это и не уверены, что результат стоит затраченных усилий.

Поэтому с одной стороны я могу согласиться, что это проявление лени (в ряде случаев). С другой это не совсем так.
Ленивый — это человек, который ничего не хочет. А здесь, скорее, другая история. Люди хотят нормальную жизнь. Просто не верят, что привычный путь к ней ещё работает. А как делать иначе — не совсем понятно.

И такое происходит повсеместно. В Китае появилось «тан пин», в Америке — quiet quitting. У нас нет для этого термина, но это примерно «делай по минимуму и не высовывайся».

Не знаю, насколько это хорошо или плохо. Все очень неоднозначно. Но, кажется, мы наблюдаем момент, когда меняются не люди, а их отношение к привычным правилам. Есть разные новые подходы, кто-то просто «гниет», как в китайском выражении, а кто-то находит вариант по душе. Хоть даже сбежать к морю (если придумать, на что там жить, конечно).

Я за то, чтобы человек жил жизнь, которая ему нравится, не толкая себя в шею год за годом. Я так не делала никогда, просто не могла. Многое в жизни я делала из чувства ответственности, но конкурировать и бороться изо всех сил - не моя история. Нужно пойти обходным путем. Не переделывать свою жизнь под обстоятельства, а решить, чего ты хочешь, тогда постепенно все начнет разворачиваться в твою сторону. Это, пожалуй, еще сложнее, чем гонка. Но это того стоит. Особенно когда ты просто не умеешь по-другому.

Если бы вам сегодня снова было 25 лет (если вам не 25), вы бы строили жизнь по той же схеме, что и раньше? Или уже нет? И как вы строите ее теперь?

Марина Максимова, известная всем как МакSим, готовила свою автобиографию «Другая реальность» - книгу, которую ждали тысячи поклонников, оформивших предзаказы. Типография уже была готова печатать тираж. И вот, буквально за шаг до релиза, все рухнуло.

Певица сама рассказала подписчикам о случившемся, и от ее слов действительно становится не по себе. По ее версии, на нее, на издательство и на типографию оказали серьезное давление некие влиятельные люди, которых она называет «большими дядями». Просьба была настойчивой и, судя по всему, не терпящей возражений: книгу не выпускать.

Что же было в этой книге такого, что вызвало столь резкую реакцию? Марина планировала честно, без прикрас, рассказать о своих отношениях с влиятельными мужчинами, о предательствах со стороны близких людей и продюсеров, а также открыто заговорить о своей многолетней борьбе с зависимостью от алкоголя. Тема действительно болезненная и очень личная. И, судя по реакции «сверху», кому-то было, что терять от этой откровенности.

Поклонники и журналисты сразу начали строить догадки: чье именно имя могло так напугать людей, стоящих за давлением. Ведь одно дело - просто попросить не упоминать кого-то, и совсем другое - фактически похоронить целый проект, в который певица вложила душу. Значит, ставки были действительно высоки.

Самое печальное здесь то, что Марина даже не пыталась отстоять свою книгу. И дело не в слабости характера. Дело в том, что ей дали понять: под угрозой не только ее карьера, а нечто гораздо более важное.

«Под угрозой оказались мои дети и моя семья», - вот как коротко объяснила свое решение сама артистка.

Согласитесь, после такой фразы любые вопросы отпадают сами собой. Когда речь идет о безопасности детей, ни одна книга, ни один творческий проект не могут перевесить эту чашу весов. Любая мать на ее месте, скорее всего, поступила бы точно так же.

Для МакSим эта книга была далеко не просто очередным коммерческим продуктом. Это была ее личная терапия, попытка, наконец, выговориться после долгих лет молчания. Певица не раз признавалась, что годами держала боль внутри себя, и именно это в итоге привело ее к очень тяжелому периоду в жизни, включая реабилитацию. Книга должна была стать своеобразной исповедью, шансом сбросить с плеч груз прошлого и позволить себе быть настоящей, без масок.

Марина призналась, что верила, если она наконец расскажет правду о своих чувствах, то сможет освободиться внутренне. И отмена книги стала для нее не просто неудачей с изданием. Это удар по самому личному, что у нее есть.

Воспоминания о годах ковида вызывают смешанные чувства. Думая о них, я вспоминая о том, как страшно было куда-то выходить, ехать, но в то же время шло какое-то неверие того, что все это серьезно и опасно. Конечно, мы носили маски, мыли руки, ходили в магазины пешком. На улицах было мало людей и машин, все сидели по домам. Но в нашем районе не было магазинов шаговой доступности, да и с доставкой тогда дела обстояли не очень, поэтому нам приходилось идти. Тогда еще думалось, что на свежем воздухе безопасней, ну с учетом того, что люди сидели по домам, наверное да. Но вот случай, который показывает, что зараза способна быстро распространится и на улице.

28 сентября 1918 г. Штат Пенсильвания, Филадельфия — шествие в поддержку облигаций Свободы. В историю оно вошло как смертоносный парад. За 9 дней до него первыми заболевшими испанкой — гриппом, стали моряки, которые вернулись из Европы. Ранее весной, в Филадельфии, уже была вспышка гриппа.Тогда из Америки грипп отправился в Европу, но никто не подозревал, что обратно будет завезен более смертоносный и особо заразный штамм.

Предполагалось, что парад посетят около 10 000 человек, но в итоге 200 000 жителей города высыпали на улицу. В шествии приняли участие и те военные, что приехали из Европы. И уже через 24 часа в больницы начали поступать зараженные. Еще через сутки все койки в 31 больнице были заняты. Через 7 дней после начала заражения скончалось 4 500 человек, а 47 000 заразились. 3 октября город был закрыт. Закрыли все места общего пользования — театры, церкви, школы, бары. Для лечения больных привлекли врачей пенсионеров и учащихся медучилищ. Не хватало и гробовщиков. Увозить трупы и хоронить их помогали монахини и семинаристы. Всего же к ноябрю в Филадельфии умерло 12 000 человек, по штату Пенсильвания — 150 000.

К зиме количество жертв стало сокращаться. Люди поняли, что необходимо соблюдать ограничительные меры, чтобы выжить. Социальная дистанция, карантин, закрытые заведения — это нормально. Тогда люди меньше путешествовали, но более мобильными были солдаты, ведь шла Первая мировая война. К ее завершению оборвались и пути распространения гриппа. По данным за 2 года в мире погибло 25 млн человек. Но тогда никто не считал сколько погибло в менее развитых странах, упоминается цифра в 100 млн.

Социальная дистанция и карантин — это базовые требования для прекращения распространения вируса. Пандемии прошлого напоминают, что соблюдение мер предосторожности жизненно важно для выживания. Думаю, что не стоит пренебрежительно относиться к рекомендациям врачей, ведь только они знают, как страшно там, где находятся люди на грани жизни и смерти.

Скажите честно, почувствовали мурашки от этих слов?

Сейчас Голливуд делает вид, что сильные женщины в кино появились только сейчас. Вместе с капитаншей Марвел, женщиной-Халком и барышнями из ремейков старых мультфильмов.

Ну не было до этого на экране ни Сары Коннор из «Терминатора», ни Лары Крофт – женской версии Индианы Джонса, ни Китнисс Эвердин. Ни мультяшных Мулан и Ким Пять с плюсом.

Ни Зены. Воительницы в доспехах, которые наверняка были бы бесполезны в настоящем бою.
Коронное оружие Зены королевы воинов – кольцо, которое она бросала на манер бумеранга.

И, представьте, как я узнала – это оружие настоящее. Знакомьтесь, шакрам! Или чакрам.

Но оружие это не греческое, а индийское (хотя «Зена королева воинов» сама по себе тот еще мифологический компот). Чакрами действительно использовались в бою в Индии, преимущественно в Делийском султанате.

Первые упоминания о метательных кольцах можно найти в «Рамаяне» и «Махабхарте», где чакрам является главным оружием бога Вишну (может, у него Зена это оружие и выкрала?).

По легенде, в создании первого чакрама участвовало сразу несколько богов. Брахма раздул огонь, Шива дал новому оружию силу своего третьего глаза, а Вишну передал ему силу своего божественного гнева. Шива спрессовал ногой всё это в пламенеющий диск и, метнув его в могущественного демона Джаламдхару, отсёк ему голову.

Было несколько способов бросания чакрама:

1. Самый частый прием. Воин раскручивает чакру на пальце, пока она достигает наибольшей скорости, и затем движением кисти бросает. Такой способ позволял одновременно пользоваться и другим оружием.

2. Метание от плеча

3. Раскручивание над головой.

В ближнем бою чакрам можно было использовать на манер кастета.

И это не единственные способы, которыми пользовались индийские воины.

Европейцы узнали о существовании чакрамов (мне почему-то больше нравится шакрам) благодаря польскому путешественнику XVI века Дуарте Барбоза. В своей книге он приводит следующее описание:


Появление европейцев с ружьями прекратило существование шакрамов. В бою против ружья метательное кольцо оказалось бесполезным.

А вскоре колонизаторы издали указ, прямо запрещающий ношение национального холодного оружия.

Так что создатели «Зены» не только создали образ настоящей женщины-воина, но и воскресили оружие с интересной историей.

А кем в детстве восхищались вы?

Я всегда считала себя читающим человеком. Но мой книжный путь довольно странный. Джордж Оруэлл «1984»? Не читала. Прочитала «Да здравствует фикус» этого же автора. Олдос Хаксли не «О дивный новый мир», а «Гений и богиня».

И это не специально.

Так недавно я начала знакомство со Стивеном Кингом.

Об американском «короле ужасов» я, разумеется, слышала – да и работая в библиотеке регулярно приходилось его выдавать. Но сама никогда не открывала.

И вот решила – пора исправлять.

Но знакомство начала не с «Оно», «Сияние», «Кладбища домашних животных» или чего-то в этом роде. А с романа с максимально безобидным названием «Страна радости».

Хотя при желании и из книги о парке развлечений можно сделать триллер…В конце концов главный монстр «Оно» - клоун Пеннивайз.

«Страна радости» оказался не ужасом, а…производственным романом о парке аттракционов!
Вообще жанр производственного романа был одним из «спущенных сверху». Советской власти нужна была литература об индустриализации в СССР, о пятилетках и так далее. Мало кто по доброй воле будет читать об изготовлении цемента, работе завода электродеталей или борьбе, чей колхоз вырастит больше свиней для государства...

Но роман о «внутренней кухне» той или иной профессии на самом деле вещь интересная. Даже работа библиотекаря на самом деле уже давно не сводится к выдаче и приему книг – это я вам могу заявить с уверенностью. Сейчас библиотекарь должен быть еще и бесплатным аниматором (но реквизит и призы за свой счет).

Так что если без давления идеология, живым реалистичным героем и интересным сюжетом – то «что бы если нет»?

«Страна радости» — это «производственный роман» о работниках парков развлечений. Подчеркиваю – американских парков развлечений.

В России у парков аттракционов нет такой глубокой и давней истории, как в Америке. Это и специфика климата, и недостаток финансирования, и т.д.

Там это особый отдельный мир со своим жаргоном (Язык, как он называется в книге). Не всегда лестным для посетителей (которые именуются «лохами» или «кроликами»).

«завлекало» - бесплатное шоу

«расстрой» - сломавшийся аттракцион

Шараш-монтаж – аттракцион, который легко собирается и разбирается.

«хныки» - любители поныть;

«мозгоед» - посетитель, недовольный тем, что приходится долго стоять в очереди (советских очередей на него нет).

«финиш» — последний час рабочего дня.

Себя работники именуют карни. Причем в отдельных случаях профессия передается по наследству (карни-от-карни).

Главный герой – студент Дэвин Джонс, не принадлежит к числу «потомственных карни». Он студент, который приехал в «Страну радости» поработать на лето.

Если вы хотите увидеть здесь монстров, инопланетян или религиозных фанатиков аля «Керри» - то извините (хотя нет – религиозный фанатик в романе есть).

Это довольно спокойный – и я бы сказала теплый – роман о герое, который переживает разрыв с любимой девушкой.

Однако погрузиться в переживания полностью, как это сделал бы страдающий от безответной любви герой Достоевского или молодой Вертер у Гете у него нет времени. Все-таки он не аристократ девятнадцатого века, а молодой человек из конца двадцатого. А в двадцатом веке реальная жизнь не будет вежливо стоять за дверью и ждать, пока откроешь. Да и глупо страдать 24 на 7, когда здесь и парк развлечений со своим призраком, и загадочная семья с больным мальчиком, который предсказывает будущее (мы же знаем, как Стивен Кинг любит детей со сверхспособностями?).

В общем, герою есть чем заняться. Да и, как известно, лучший способ утешить себя – утешать других.


В общем, рекомендую к прочтению. Особенно после выходного визита в парк аттракционов...

Странной особенностью американских интерьеров является отсутствие нормальных потолочных люстр. В большей части американских квартир и домов освещение почему-то делается с помощью торшеров, бра, настольных светильников, но не люстр!

Модная квартира из Чикаго, есть настольная лампа, а люстры нет.

Фото взяла с zillow.com

Та же комната, с потолка свисает пара светильников над обеденной зоной со стульями без спинок, но нормальной люстры нет. Полноценно ярко осветить комнату вечером нельзя.

Диалог, который крутился в моей голове во время чтения этой книги (до определенного момента, но о нем ниже).

Дж. Л. Скотт «Уроки мадам Шик»

Американка приезжает в Париж совершенствовать язык и живет у супружеской пары, которую называет «семья Шик».

И нет не потому, что у хозяйки сотни платьев, усыпанных стразами с ног до головы, собачка с бриллиантовым ошейником и золотой унитаз.

Да и если задуматься, стразы, ошейники с бриллиантами у собачки и огромные гардеробные – как раз атрибуты обычного человека, который «дорвался» до больших денег (привет господам в малиновых пиджаках с золотыми цепями). Семье Шик никому ничего не надо доказывать – они аристократы и принадлежат к старой французской семье.

У этой французской семьи шик заключается в двух правилах – сдержанность и безупречность. Минимум вещей – но дорогих. То же касается и косметики.

Многие правила семьи Шик нетрудно применить и в обычной российской семье:

1. Не носить рваные вещи даже дома

2. Не перекусывать между приемами пищи. И не есть на улице

3. Не кричать домочадцам из соседней комнаты. Хочешь что-то сказать – подойти и скажи.

Некоторые вещи, правда, слишком «французские» и не имеют отношение к «идеальности». Это, скорее, культурная особенность – как большие окна в ванной без жалюзей и занавесок и нижнее белье хозяйки, которое открыто сушится у всех на виду.

Честно скажу, постепенно пиетет, с которым автор – обычная американка – относится к этой французской семье – понемногу развеивался в моих глазах. Как-то неаристократично в лоб заявлять человеку: «Этот свитер тебе не идет», когда он тебя не спрашивал.

Пример королевы Елизаветы Второй, принимавшей у себя Юрия Гагарина, не знакомого с королевским этикет-шметикетом – когда он после выпитого чая съел дольку лимона…королева сделала то же самое.

Потому что лучший признак хорошего воспитания – не замечать промахи других.

А вот здесь, как мне кажется, у мадам Шик все не так…шикарно.


И здесь у меня возник некультурный вопрос, который можно перевести как: «Что это значит, мадам Шик?». Делать замечание чужому внешнему виду – когда тебя об этом не спрашивали, разве это соответствует слову «безупречность»?

Среди прочих французских знакомых рассказчицы попался профессор, который, видимо, принципиально не отвечает на вопросы студенток, которые не соответствуют его представлениям о прекрасном. Профессор Безупречный.


Бедный профессор…Как отвечать на вопрос студентки, когда твой взор оскорблен зрелищем прыща на ее лице?

Интересно, как он будет работать со студентами, у которых на лице некрасивое родимое пятно, шрам или вовсе – витилиго? Что-нибудь, чего нельзя удалить. Вот у меня главный недостаток на лице – нос с горбинкой. В детстве на детской площадке какой-то мальчик запустил в меня льдинкой и сломал нос.

Наверное, можно было бы исправить, но…ложиться под нож пластического хирурга…для чего?

Поведение профессора Безупречного говорит – чтобы иметь возможность получить образование.

Появился прыщ на лице – или маскируй (а если на средство вылезла аллергия?) или вообще из дома не выходи.

Пока психологи убеждают людей принять себя со всеми недостатками, один такой профессор с повышенным чувством прекрасного, может испортить самооценку до конца жизни.

Вместо стремления к идеалу я увидела здесь…банальную невоспитанность. А еще - высокомерие.

Странно, что автора книги это так восхитило – ведь именно США сейчас транслирует миру бодипозитив. В своем здоровом воплощении это значит «принимай себя таким, какой ты есть». Даже с прыщем на лице.

Воспитанный человек не замечает особенности внешности других – прыщи, брекеты, очки, полнота, родинки. А если замечает, то его воспитанность вызывает вопросы.

Однако стоит признать, что нам есть чему поучиться у семьи Шик – не в плане внутреннего мира, конечно, не все же.

А вы как считаете?