История в советской школе была похожа на добрые сказки, где жили герои, добрые вожди и мудрые полководцы. Если кто-то из правителей совершал жестокие поступки, то писали, что так было необходимо, что велась борьба с врагами советского народа. Обычный школьник, закончив 10 класс выходил в большой мир и не знал о настоящих подробностях коллективизации, о страшном голоде 1930-х годов, о том, что такое ГУЛАГ, мало писали и о том, почему при вторжении немецких войск, наши войска сначала отступали, в чем именно была прична этого. Мало писали о жизни людей, в основном были сухие данные о народнохозяйственных достижениях.
Дети получали скорректированную версию событий, которая была утверждена партией. Так например, для меня был пропущен один из руководителей страны в после сталинское время, Георгий Маленков. Его можно назвать фактическим руководителем СССР в период с марта 1953 года (после смерти Сталина) и до февраля 1955 года.
Дети получали скорректированную версию событий, которая была утверждена партией. Так например, для меня был пропущен один из руководителей страны в после сталинское время, Георгий Маленков. Его можно назвать фактическим руководителем СССР в период с марта 1953 года (после смерти Сталина) и до февраля 1955 года.
С конца 1930 года он входил в пятерку самых могущественных людей Советского Союза, а после войны стал вторым человеком после Сталина. В 1935 году в руках Маленкова оказалась вся база данных государственного аппарата. По его щелчку любой большевик мог бы вылететь из партии. Свержение всесильного Ежова было его рук дело (его заменили на Берию). Маленкова же сделали секретарём ЦК и главой Управления кадров ЦК. Чуть позже он стал кандидатом в члены Политбюро и приблизился к Сталину. В последние годы Иосифа Виссарионовича, в связи с болезней вождя, именно Маленков читал его отчетные доклады. После смерти Сталина Маленков заменил его и встал во главе государства. Чуть позже близкий круг вождя перераспределил посты между собой. Так возникло коллективное управление страной, о чем в школьных историях до определенного времени ничего сказано не было. Маленков стал председателем Совета министра, Хрущев остался в ЦК, а Берия руководил силовиками.
Были и плюсы правления Маленкова. Он заложил основы курса, который потом продвигал Хрущев — Хрущевская оттепель. При правлении Маленкова повысили закупочные цены у колхозов, сократился сельхозналог, что дало возможность колхозам больше оставлять продукцию у себя, что позволило улучшить их благосостояние. При Сталине на первых местах была тяжелая и военная промышленность, и Маленков велел исправить эту ситуацию и повысить производство товаров народного потребления. Потом он принял участие в отстранении Берии от власти. После Хрущев начал вытеснять с вершины власти Маленкова и в итоге последние года до пенсии он трудился директором электростанции в Казахстане. Последние годы жизни Маленков часто посещал церковь, которая была неподалеку от его места жительства.
В школе нам рассказывали одно, а сейчас оказывается многое было по-другому. Теперь приходится заново все узнавать и собирать историю своего государства буквально по кусочкам. Будто знакомишься с какой-то новой страной — а не той, в которую жила всю жизнь.
Были и плюсы правления Маленкова. Он заложил основы курса, который потом продвигал Хрущев — Хрущевская оттепель. При правлении Маленкова повысили закупочные цены у колхозов, сократился сельхозналог, что дало возможность колхозам больше оставлять продукцию у себя, что позволило улучшить их благосостояние. При Сталине на первых местах была тяжелая и военная промышленность, и Маленков велел исправить эту ситуацию и повысить производство товаров народного потребления. Потом он принял участие в отстранении Берии от власти. После Хрущев начал вытеснять с вершины власти Маленкова и в итоге последние года до пенсии он трудился директором электростанции в Казахстане. Последние годы жизни Маленков часто посещал церковь, которая была неподалеку от его места жительства.
В школе нам рассказывали одно, а сейчас оказывается многое было по-другому. Теперь приходится заново все узнавать и собирать историю своего государства буквально по кусочкам. Будто знакомишься с какой-то новой страной — а не той, в которую жила всю жизнь.









