Как правильно рубить дрова, и почему у меня не получается?

Когда смотрел Брачную историю (2019) обратил внимание на необычную форму кухонной столешницы в доме матери главной героини.

Видите края? Они округлые, но загнуты вверх! Там вся кухня такая, это скорее всего какая-то специальная плитка для кухонных столешниц.

И что бы мы без него делали! Жить можно, но с ним жить явно проще.

Суперклей появился можно сказать случайно, и это, как принято говорить, один из тех случаев, когда очень неудобное вещество в итоге стало мировым хитом.

В 1940-х американский химик Гарри Кувер работал над материалами для прозрачных прицелов во время Второй мировой войны. В лаборатории исследовали вещества под названием цианоакрилаты. Но быстро выяснилось, что они ужасно неудобны: липли буквально ко всему подряд. К инструментам, пальцам, стеклу, одежде. Материал признали бесполезным и отложили.

Прошло около десяти лет, когда в 1951 году Кувер снова столкнулся с тем же веществом — уже в другой компании, при разработке реактивных самолётов. И тут произошло то, что бывает не так часто: кто-то понял, что «дефект» на самом деле может быть главным достоинством. Цианоакрилаты склеивали поверхности почти мгновенно и без нагрева.

Особенно поразило то, что клей начинал работать от обычной влаги в воздухе. Именно вода запускает реакцию полимеризации: жидкость превращается в твёрдый пластик буквально за секунды. Поэтому суперклей так быстро схватывается на коже: на пальцах всегда есть тонкая плёнка влаги.

В 1958 году продукт выпустили в продажу под названием Eastman 910. Реклама выглядела почти как фокус: в одном из знаменитых роликов суперклеем склеили две металлические детали, а потом подняли в воздух человека, который висел на этом соединении.

Позже выяснилось, что суперклей пригодился не только в быту. Во время войны во Вьетнаме его временно использовали медики, чтобы быстро закрывать раны и останавливать кровотечение до операции! Медицинские клеи на основе цианоакрилатов существуют и сейчас, хотя их состав отличается от бытового.

Давно известно, что многие великие изобретения появились именно так: вещество создавали для одной цели, признали неудачным, а потом вдруг оказалось, что оно идеально подходит совсем для другого. С суперклеем произошло именно это.

Чего мы только ни склеиваем этим прекрасным клеем! На моем опыте не склеивается только рыхлая ткань: он протекает сквозь слои и как будто не успевает скрепить их между собой, как уже застывает. Для всего остального он отлично годится.

Не могу выйти из дома в мятой одежде, глажу даже джинсы, но естественно, без стрелки. В связи с этим терпеть не могу гладить трикотажные футболки из чистого хлопка, их очень сложно прогладить. Поэтому мне нужен был нормальный утюг с паром.

Утюги у меня были разные. 10 лет назад – Дельта, который быстро сломался. Потом Скарлет, который ушел в мир иной не выработав срок гарантии, чинить было дороже чем стоил утюг. Далее хваленый Редмонд, у которого на четвертый год перестало работать реле мощности. Нет, он еще работает, но заклинило у него на самом горячем уровне мощности, так что гладить им можно только хлопок.

И вот рискнули взять паровую станцию. В моем случае это большой утюг и станция, которая генерирует пар. Конечно, она занимает место. Но не так уж и много, особенно когда ставишь утюг на станцию. В целом, это достаточно компактное устройство, с помощью которого можно перегладить кучу вещей. Пар выходит под хорошим давлением и идет постоянно, не нужно долго гладить несколько раз провел и все складки разглаживаются.

Если вещь из деликатной ткани, то просто переводишь реле, снижая температуру подошвы. Станция имеет резервуар для воды — он же подставка под утюг. В нашей модели на ней кнопки включения самого агрегата, парогенератора, плюс, регулятор количества пара. За счёт большого объёма резервуара не приходится постоянно доливать воду во время глажки.

Ну и естественно, пар способен уничтожать как бактерии, так и пылевых клещей. Вариант для аллергиков и семьи с грудничком.

В итоге, что хочу сказать. Паровая станция — это устройство два в одном, она займет не больше места, чем отдельно утюг и парогенератор. К тому же наша модель обошлась по цене обычного утюга — 2199 руб, знаем, где искать) Не нужно игнорировать отзывы, в ним можно узнать многое о технике. Да и часто на маркетплейсах бывают скидки. Вроде бы, можно найти дешевле с 00-00 часов и до 3-00. Одна из продавцов сказала, что в 12 ночи ВБ скидывает цены, и если успеть, можно купить дешевле, пока продавец не успел изменить их обратно.

Форма воды от Гильермо дель Торо получила в 2018 году целых 4 Оскара! Тогда американцы назвали его лучшим фильмом года. 🤦‍♂️

Итак, считаем повестку, загибаем пальцы.

1) Главная героиня Элайза Эспозито - женщина. И не просто женщина, а женщина с "особенностями", она инвалид - не может говорить, т.е. физически немая из-за таинственных шрамов на шее. С внешним миром общается языком жестов.

2) Главный злодей, разумеется, белый мужчина (актёр Майкл Шеннон). Он ещё и максимально карикатурный злодей, хотя это можно списать на особенности подачи фильма, который можно посчитать современной сказкой в ретро-стиле. Но главного злодея всё равно стараются делать максимально омерзительным - он допускает сексуальные приставания на работе к своей подчинённой.

Вы когда-нибудь пересматривали «Начало» и в какой-то момент ловили себя на мысли, что финальный кадр с волчком - это не загадка, а подсказка, которую все почему-то предпочитают не замечать? Я пересматривал фильм несколько раз подряд, останавливая отдельные сцены, и чем дольше вглядывался в детали, тем меньше сомневался: Кобб никогда не выбирался из сна. Пробуждение в самолете, паспортный контроль, дом с детьми - это не реальность, а еще один аккуратно выстроенный уровень, просто с очень низким уровнем сопротивления, потому что Кобб сам перестал в него верить настолько, что перестал его контролировать.

Сначала кажется, что перед нами классический фильм про команду, которая внедряется в чужое сознание, а в конце герой наконец возвращается домой. Волчок начинает крутиться, монтаж обрывается - и зритель по инерции хочет прочитать это как счастливый финал.

Но если пересмотреть сцену внимательнее, обрыв кадра выглядит не как открытый вопрос, а как последний честный жест самого фильма. Кобб не пробуждается - он в последний раз соглашается не проверять то, что и так давно знает, потому что эта версия реальности удобнее любой другой, которая у него осталась.

Особенно хорошо это видно по интерьеру дома в финале. Присмотритесь: планировка, свет, расположение мебели почти зеркально повторяют лимб, который Кобб построил вместе с Мал много лет назад. Те же пропорции комнат, тот же угол, под которым падает солнце, та же тишина, которая в остальных снах фильма никогда не встречается. Это не совпадение художника-постановщика - это единственное окружение, которое Кобб способен построить достоверно, потому что он строил его тысячи раз.

То же самое происходит с детьми. Вспомните: на протяжении почти всего фильма их лица либо скрыты, либо показаны со спины, либо они застыли в одной и той же позе, как будто это не живые дети, а фрагмент воспоминания, который проигрывается по кругу. А в последней сцене они вдруг поворачиваются - и это единственный момент в фильме, где они выглядят действительно другими. Не потому что Кобб наконец их увидел, а потому что здесь ему больше не нужно было отворачивать их лица - лимб больше не нуждается в притворстве.

Странное поведение окружающих людей в финальных кадрах тоже перестает быть случайным, если приглядеться. Сотрудник паспортного контроля, водитель, лица в аэропорту - все они смотрят чуть дольше, чем нужно, двигаются чуть более синхронно, чем в реальном мире. Создается ощущение, что это не самостоятельные персонажи, а проекции, которые Кобб больше не утруждает себя прорисовывать до конца, потому что для него самого разница между сном и явью давно стерлась.

И именно в этой системе волчок занимает особое место. Он никогда не был инструментом проверки реальности в привычном смысле. Он появляется ровно в те моменты, когда Кобб готов усомниться, и его вращение длится ровно столько, сколько Коббу нужно, чтобы отвлечься и не досмотреть до конца. Спокойствие, с которым он уходит от стола, точность, с которой камера обрывает кадр, - все это больше похоже на работу защитного механизма, чем на работу физики.

В финале, когда экран гаснет под звук волчка, это уже не победа реальности над сном. Это последний акт старого спектакля, который Кобб репетировал с тех пор, как потерял Мал. Он выбирает остаться внутри удобной версии себя, потому что выйти за ее пределы означало бы признать, что снаружи для него, возможно, уже давно ничего не осталось.

Я до сих пор не могу с уверенностью сказать, кто здесь настоящий - тот Кобб, что улыбается детям, или тот, что так и не решился обернуться на волчок.

Но одно для меня стало очевидно после нескольких просмотров: лимб не пытается удержать Кобба силой. Он просто дает ему то, что тот хочет увидеть, и оставляет его наедине с этим выбором.

Крылатая фраза из 12 стульев известна многим:


А была ли она в действительности? Давайте вспомним гайдаевскую экранизацию романа, о чём там говорили Киса и Ося?

У Гайдая было так:
- Вы рисовать умеете?
Воробьянинов отрицательно машет головой.
- Очень жаль, я тоже не умею. А эти, буквы, умеете?
Воробьянинов опять отрицательно машет головой.
- Тоже не умеете? Совсем не хорошо. Мы же художники!

У Гайдая нет прикола с "как художник художника". Но, может быть, он просто изменил текст романа? У Ильфа и Петрова написано так:


В оригинале тоже нет никакого "как художник художника". У Гайдая место действия диалога вообще перенесено из каюты на открытую палубу.

А вот 12 стульев 1976 года Марка Захарова, 4 серия:

В фильме "Достать ножи" у главной героини Марты (актриса Ана де Армас) была странная особенность: у неё возникала рвота, когда она врала.

Возможно ли такое? Нет! Это явное киношное художественное преувеличение, чтобы сделать фильм интереснее. На этой особенности героини основано много важных сюжетных поворотов, но в жизни такое не бывает.

Теоретически это возможно из-за психосоматики, но для этого нужен сильный эмоциональный стресс, и постоянно так происходить не может. А у Марты это было постоянно и всякий раз во время лжи. Это просто забавный приём сценариста, не более. Пот, усиленное сердцебиение, дрожь - это может возникать, да, но не рвота.

И если на то пошло, что мешало Марте просто говорить "Я не хочу отвечать на этот вопрос"? Ведь это не будет уже ложью.