Была я на днях на лекции по Виктору Пелевину. Или не я. Или не была. И есть ли вообще Я? И что такое я?

Нет, я не сошла с ума, хотя, как известно если слишком вглядеться в роман «Чапаев и Пустота» почувствуете, как роман начнет вглядываться в тебя.

Странные у меня отношения с Пелевиным. Впечатлившись «Чапаевым и Пустотой», я прочитала «Пространство Фридмана», начала «Поколение П» - и на этом все.

«Чапаев и Пустота» - своеобразный винегрет из романа Фурманова «Чапаев», анекдотов о Чапаеве, Петьке и Анке-пулеметчице, но с огромной порцией буддистской философии.

Кстати, буддизм здесь, пожалуй, находится в центре.

Сюжет

Сюжет развивается в двух плоскостях. В одной главный герой – поэт Петр Пустота, сражается на стороне Чапаева…то есть познает Высшую Истину под руководством Мастера под именем Чапаев, а в другой он же – пациент психиатрической больницы.

Причем неясно, какая из этих двух реальностей реальна, а какая – сон.

Впрочем, здешний Чапаев определенно ответил бы – обе. Согласно известной китайской притче.
Однажды древнекитайскому философу Чжуан-цзы приснилось, что он бабочка. Он парил над цветами, наслаждался свободой и не думал ни о чем. Он был бабочкой и ничего не знал о своем человеческом существовании. Вдруг он проснулся и осознал, что он Чжуан-цзы, лежащий на своей кровати. Но теперь он задумался: «Был ли я человеком, которому приснилось, что он бабочка, или я сейчас бабочка, которой снится, что она человек?»

У европейцев, кстати, есть аналог этой истории – пьеса Кальдерона «Жизнь есть сон».

Персонажи

В центре герои советских анекдотов – Чапаев, Петька и Анка-пулеметчица (кстати, интересная деталь – о Степане Разине сложили песню и множество легенд, где он выступает Героем, обладающим сверхъестественными возможностями, а Чапаева сейчас знают в первую очередь как героя анекдотов).
Чапаев, как я уже писала, здесь выступает как всезнающий Гуру. Который, правда, иногда любит «включать дурачка» и превращается в того самого дурачка-простачка, чуждого всякой философии.
Петр Пустота – поэт-декадент.

А Анна хоть и остается пулеметчицей, но большую часть выступает как аристократка, ученица Чапаева, немного напоминающая Зинаиду Гиппиус.


Однако буддизм, как я могу предположить из своих скудных познаний, предполагает самоограничение.

Но вся эта странная компания, хотя и не верит в собственную реальность, ведет вполне богемный образ жизни. Отмечает дни рождения (кстати, а если тебя не существует, какой у тебя может быть день рождения?), ходит в рестораны, где пьет шампанское и ест красную икру (и все это посреди Гражданской войны).

Да и страх перед смертью, которую они отрицают, кажется, присутствует.

Можно задаться вопросом, что делает здешний Чапаев на фронте Гражданской войны, если для него политика тем более не должна иметь значение.

Если предположить, что это нужно не только автору для создания эффекта абсурда (красный командир Чапаев – буддистский философ), на который так щедр господин Пелевин, и не только для параллелей с анекдотами (было, но не так), то невольно задаешь вопросы товарищу гуру, который ведет людей сражаться за власть рабочих.

Идея

Думаю, главную идею вы уже поняли. Мир – иллюзия. Сознание – иллюзия. Никакого «Я» на самом деле не существует (только кто тогда написал этот роман, кто его прочитал, и кто сейчас пишет по нему статью? Или никто никогда никакого «Чапаева и Пустоту» не писал, а я его от начала до конца выдумала? В промежутках между перечитыванием «Гордости и предубеждения». Хотя это вряд ли – я не пью).

Впрочем, больше всего мне понравилась цитата: «Весь мир – это анекдот, который Бог рассказал Самому Себе».

Россия, Россия…Волга, березки, самовары…Или водка, медведи, балалайки?

В мультфильме «Три богатыря и Шамаханская царица» главная злодейка, услышав о России, говорит: «Балалайка, матрешки и Три богатыря»?

А все-таки, что значит «быть русским»?

Кстати, русский – это, наверное, единственная национальность, где недостаточно просто родиться и иметь соответствующее гражданство. Это в Америке имеешь гражданство – и все, ты американец. А уж какого ты происхождения – итальянского, английского, польского или даже русского…Это дело твое. Будешь все равно американцем (хотя по факту американцы там только индейцы – а остальные «гастарбайтеры»).

А с русским дело сложнее. Открыла как-то православную книгу, принесенную в библиотеку, в дар, и читаю: «Русский – значит, православный. А кто не православный, в том его русскость становиться сомнительной».

Вот в какой стране возможны такие слова?

И это притом, что наша страна самая космополитичная. У нас нет ни одного малого народа, который был бы стерт с лица земли. Веками в стране бок о бок существовали православные, мусульмане, буддисты, евреи – даже язычники! Без проблем, конечно, не обходилось – чего стоит борьба со старообрядцами (интересно, что в любой религии свой еретик страшнее язычника). И все же у нас не было ни Религиозных войн, как в Германии, ни Варфоломеевской ночи, как во Франции, ни массовых костров инквизиции (так и вспоминается шутка Задорнова: «Смотришь на европейских женщин и сразу понимаешь – была инквизиция!».

Нет, нельзя сказать, что Православная церковь никогда не занималась миссионерской деятельностью. Но крестовых походов, как Католическая церковь, не устраивала - своих забот хватало.

А в народе по отношению к иноплеменным действовала пословица: «В чужой монастырь со своим уставом не суйся».

А если все же пришлось прийти «в чужой монастырь»? Как отнестись с уважением к чужому уставу, не потеряв свой?

Произведения Николая Лескова как раз касаются этой сложной темы.

Кстати, вы заметили, что в русской литературе есть писатели, годные «для экспорта» и те, кто понятен только нам? Толстой со своими «семейными ценностями», Достоевский – Тургенев, пожалуй, тоже.

Да и Чеховский «Вишневый сад» - история об имении, которое должны «пустить с молотка» явно понятна западным зрителям – в «ихних» фильмах через одного конфликт заключается в том, что у героев отнимают дом.

(Кстати, недавно прочитала, что британские подростки открыли для себя «Белые ночи» Достоевского и оценили. Мелочь, а приятно)

А есть те, которые поймет только русский человек.

Один из них – Николай Лесков.

Я думала, что в каждой школе проходят «Очарованного странника» - тем больше удивилась, когда подруга сказала, что не читала его.

«Очарованный странник» - история крестьянского сына Ивана Флягина. Простого русского мужика с истинно русской смекалкой и нестандартному взгляду на все.

Но я долго не могла смириться с одним эпизодом. Иван оказывается в татарском плену. С ним обращаются хорошо, даже дарят женщин. И те рожают ему детей.

Детей, которых Иван «за своих детей не почитал».

— Как же не почитали за своих? почему же это так?
— Да что же их считать, когда они некрещеные-с и миром не мазаны.

Мне казалось такое отношение дикостью. Не любит своих детей, потому что «не крещеные»...

Десять лет Иван мается в татарском плену, невзирая на хорошее обращение и семью – душа рвется в Россию. К колоколам православных храмов.

И в итоге он сбегает обратно.

Сюжет

Наверное, вас удивит, почему рассказ о книге «Колыванский муж» я начала с «Очарованного странника». Просто повесть «Колыванский муж» мне кажется обратным «Очарованным странником». Даже героя и там и там зовут Иваном.

Но на сей раз главный герой – не полуграмотный неотесанный крестьянский сын, а дворянин и офицер (кстати, автор говорит нам, что история реальная).

Иван Сипачев получил хорошее образование, знает литературу, музыку. В нем воспитана «тонкость чувств», о которой не слышал Иван Флягин.

Этот Иван привык считаться с чувствами других людей.

И в итоге – теряет себя.

Итак, молодой человек воспитан в религиозной семье, где гордятся своей «русскостью».

Однако это не спасает его от двух неудачных браков и полном разочаровании в жизни.

Так, разочарованный, он приезжает в Ревель (в наше время это Таллин. Столица Эстонии) и попадает под покровительство добропорядочнейшей и религиознейшей немки, ее брата, дочери Лины и племянницы Авроры..

Все это добрейшее, религиозное и всеми уважаемое семейство становится для Ивана тихой гаванью. Юноша (слабохарактерный, что уж греха таить) расслабляется и плывет по течению.

Это течение в итоге выносит его к свадьбе с Линой.

Вот здесь и начинаются проблемы.

Немцы и русские

Для его родителей само собой разумеющееся, что дети в этом браке будут русскими и крестить их должен православный священник. Даже имена будущим детям уже выбраны – Никита и Марфа. Они даже подают в церковь записку за здравие супруги Ивана – но под именем Екатерина, потому что имени «Каролина» в православных святцах нет.

Для немецкой же семьи настолько же очевидно, что детей будет крестить лютеранский пастор.

И в итоге вместо Никиты Ивановича Сипачева рождается Годфрид.

Как говорил Иван Флягин татарам: «Сколько не нарожаю, все ваши будут».

Все дети Ивана Сипачева рождаются немцами.

И здесь самое интересное – каждый раз накануне рождения ребенка Ивана под разными предлогами отсылают из дома. Он морской офицер, и ему просто придумывается командировка. А когда он возвращается и устраивает скандал – все семейство наивно хлопает глазами, делая вид, что ничего не понимает.

Иван злится – но каждый раз смиряется. Хотя, когда с ним это проделывается во второй раз, у него возникает желание выбросить младенца в море.

Кстати, в комментариях к статье, где я впервые услышала про эту книгу, предлагалось пригласить православного священника – благо, таковой неподалеку имеется, и перекрестить детей в православие. Молча.

Больше всего поражает, как вся немецкая семья, сохраняя благостное выражение лица, раз за разом проделывает с неотесанным русским зятем один и тот же фокус. Если в первый раз он знал о беременности жены, то во второй и третий семья просто маскирует плохое самочувствие Лины под тяжелую болезнь.

А когда все уже свершилось – Иван получает новое назначение и повышение по службе благодаря дядюшке Лины.

Хитро? Спору нет.

Иван бесится, но в итоге он просто совершает «русский бунт – бессмысленный и беспощадный». Выгоняет жену с третьим сыном и тещей из дома…

Кстати, даже рассказчика удивляет, как спокойно они это воспринимают.

Потому что понимают – никуда неотесанный русский зять не денется. От троих-то детей.
Иван безмерно уважает тещу, ценит за образованность и прочие замечательные качества. Любит жену и детей. Благодарен барону – дяде Лины, который помогает его продвижению в карьере.

Вот на этих трех китах – уважении, любви и благодарности, его в итоге и ловят.

Финал почему-то вызвал у меня грусть. Хотя, наверное, я должна радоваться, что семья сохранилась.
С поправкой - сохранилась НЕМЕЦКАЯ семья, в которой больше не было ничего русского. Даже своим родителям Иван соврал, что первый ребенок умер – так ему было стыдно признаться, что его дети – немцы.

Мне кажется, нужно было обсудить все «на берегу». Хотя вряд ли «Винигрета Васильевна» прямо сказала бы, что не будет крестить детей в православие – о желании родителей Ивана видеть детей русскими она знала и благополучно проигнорировала.

Так что у Ивана Сипачева был один выход. Тот же, что у Ивана Флягина – бежать. Лина никогда бы не уехала с ним в Россию, бросив старую мать. Да и та не пустила бы ее.

Так что оставалось только одно – бежать от этого благостного и прекрасного семейства.

Только герой, мне кажется, понимал, что он уже трижды обжегся в вопросах выбора жены. И где гарантии, что не обжегся бы в четвертый?

Не везло ему с выбором жен…

А как бы вы поступили в такой ситуации?

Попалась мне недавно одна статья, возмутившая меня до глубины души – хотя своя определенная логика в ней присутствует (как во всех теориях).

Знаете главную особенность английской литературы – особенно 19 века? У хорошего персонажа и происхождение соответствующее. У плохого и предки не очень.

Профессор Мориарти – чрезвычайно умный человек, но «в его жилах текла кровь преступника», поэтому и сам он добропорядочным профессором быть не может, а судьба ему использовать свой гений во зло.


Джейн Эйр и Берта Мейсон. Джейн Эйр – дочь священника, Берта происходит из семьи с наследственным безумием и склонностью к порочной и разгульной жизни (а Рочестер всячески уверял нас, что Берта помимо безумия еще и порочная).

Что уж сказать…Это произведения из страны, где даже банки еще совсем недавно спрашивали девичью фамилию матери, и где долгое время продвигали френологию – лженауку о связи психики и строения черепа, также утверждающую, что можно определить склонность к преступлениям по форме черепа…

В России такие теории никогда не были особенно популярны – что видно в том числе из литературы.
Несмотря на пословицы вроде «яблочко от яблоньки недалеко падает» и «от осинки не родятся апельсинки». Да и к грешникам у наших великих писателей чуть более сочувственное отношение. Мария Магдалина и раскаявшийся на кресте разбойник для сердца русского человека ближе и дороже 100 % праведника, вроде той же Джейн Эйр.

Федор Достоевский в финале даровал прощение и Раскольникову, и Сонечке Мармеладовой. Настасья Филипповна свое право на счастье отвергла сама.

На грех персонажа могут толкнуть обстоятельства, заблуждения – но не природная «склонность ко злу», с которой ничего нельзя сделать.

Тем страннее видеть такой взгляд на роман «Анна Каренина». А если точнее – на его «второе поколение». То есть Дмитрия Константиновича Левина и Анну Алексеевну Каренину.

Итак, в финале романа у нас есть пара Левин и Китти, у которых рождается сын, и пара Вронский и Анна Каренина, у которых рождается дочь – по крайней мере, предположительно отцом девочки является Вронский.

Девочка получает имя Анна и фамилию Каренина – потому что официально Анна с мужем так и не развелась.

Вот им – «второму поколению» и посвящена статья.

Автор делит людей на два типа – тех, кто живет звериными инстинктами, и тех, кто живет духом.


Насчет Лидии Ивановны я бы поспорила. Это глубоко религиозный персонаж, но религия для нее – скорее, инструмент власти над другими. Именно она говорит Сереже, что его мать умерла. Она берет под контроль отчаявшегося Каренина, становясь фактически хозяйкой в его доме.

Сама она несчастна в браке, но как сложен развод и повторный брак в те времена мы уже знаем на примере самой Анны.

Так что я бы не спешила относить ее к тем самым «высокодуховным людям». Просто если грехи Анны очевидны, то с Лидией Ивановной все не так просто.

Итак, младшая Каренина – это Тьма. Тьма звериных инстинктов.


Сын же Левина напротив – воплощает в себе Свет.


Конечно, понятия «Свет» и «тьма» в этой статье гораздо сложнее классического «хороший – плохой» («И спросила кроха что такое хорошо и что такое плохо»).

Невольно вспоминается Джейн Эйр, в которой ее тетка и опекунша миссис Рид упорно видит склонность к вранью, хотя никаких прямых доказательств у нее не было.

И сын Левина, и маленькая Каренина – еще младенцы. Лев Толстой ничего нам не говорит об их будущем – кроме того, что дочку Анны Каренин берет под свою опеку. Не говорит и о характерах этих двух детей, так что в этом смысле у нас с вами полная свобода интерпретации.

Да, есть определенные типы характеров, различия в темпераментах. Возможно, маленький Левин будет больше интровертом, погруженным в себя, готовым часами рассматривать цветочек или бабочку, а маленькая Анна Каренина – жизнерадостным экстравертом и лидером в любой компании. Или наоборот – явной бунтаркой.

Стоит отметить, что и воспитание их ждет разное. Дмитрий Левин родился в счастливой любящей семье, будет окружен любовью со стороны родителей, бабушек-дедушек и других родственников.
Анна Каренина-младшая – незаконная дочь женщины, которая изменила мужу, а в финале еще и совершила страшный грех, бросившись под поезд. Не то Каренина, не то Вронская.

К тому же, не стоит забывать, что, скорее всего, воспитанием девочки будет руководить Лидия Ивановна. А она, скорее всего, убедит Каренина, что, если он хочет спасти девочку от порочных наклонностей матери и от такого же финала, нужно воспитывать ее построже. Кстати, об этом же говорит и автор статьи.


В маленькой Анне с самого рождения будут видеть эту «червоточинку».

А дети склонны воспринимать себя через призму значимых для себя взрослых.

Мне кажется, младшая Анна Каренина заслуживает отдельного романа. «Без вины виноватая», согрешившая уже фактом своего рождения. Анна Каренина – но не та.

Легко ли будет девочке нести на себе это бремя?

Разговоры слуг, взгляды почтенных тетушек – особенно когда девочка начнет выезжать в свет. Да и отсутствие материнской любви в самом нежном возрасте по мнению психологов тоже плохо сказывается на психике.

У младшей Анны Карениной вполне мог бы быть собственный конфликт на этой почве – в том числе и внутренний («Я что, правда такая же дурная, как моя мать? И правда ли, что моя мать такая плохая?»).

Думаю, в наш век фанфиков и ремейков такой роман вполне мог бы появиться. А что? У нас есть «Гарри Поттер и методы рационального мышления». Есть «Гордость, предубеждение и зомби». Почему бы не появиться роману «Не та Анна Каренина»?

И, конечно, я уже готова шипперить сына Левина с дочерью Анны…

И, кстати, кем по этой же логике является Сережа Каренин?

Нам всем в детстве читали сказку «Руслан и Людмила». Первое законченное произведение Пушкина, которое принесло ему славу…

Хотя так-то произведение не совсем детское, если вчитываться. Чего стоят рассуждения автора, неужели Руслан «не согрешил» со своей женой, пока она была в заколдованном сне.

Супругу только сторожил
И в целомудренном мечтанье,
Смирив нескромное желанье,
Свое блаженство находил?
Монах, который сохранил
Потомству верное преданье
О славном витязе моем,
Нас уверяет смело в том:
И верю я! Без разделенья
Унылы, грубы наслажденья:
Мы прямо счастливы вдвоем.

Кстати, мы все знаем, что Пушкин ни в стихах, ни в жизни ханжой не был. В его «Сказке о мертвой царевне» он с легкой иронией упрекает царя, что он женился на другой – «и он был грешен».

Интересно, что женщины у Пушкина выступают либо как положительные героини, либо как героини, которых «можно понять», и которые заслуживают снисхождения читателей. Русалка, к примеру. Или дочка станционного смотрителя – мы понимаем, что Пушкин однозначно ее простил.

Никакого пожизненного наказания Дуня не понесла, в отличие от героинь, к примеру, Ганса Христиана Андерсона (у которого девочки страдают за грехи и без грехов тоже страдают).

Мачеха из «Сказки о мертвой царевне», и та описывается как «правду молвить молодица уж и впрямь была царица. Высока, стройна, бела, и умом и всем взяла».

Казалось бы, одно исключение есть – Наина. Злая колдунья и приспешница Черномора.
Но…так ли это?

По взрослом прочтении отрицательное амплуа Наины несколько разбавляется.

О Наине мы узнаем от того самого Финна, который и помогает Руслану.

Тогда близ нашего селенья,
Как милый цвет уединенья,
Жила Наина. Меж подруг
Она гремела красотою.

Финн признается ей в любви, но Наина его отвергает, говоря: «Пастух, я не люблю тебя».
Отвергает прямо и открыто. Не говорит: «Вот разбогатеешь, тогда поговорим». Не устраивает ему каких-нибудь испытаний, не требует подвигов. «Я не люблю тебя», - и все на этом.
Финн уходит, по сути, разбойничать и возвращается с дорогими подарками.

И что? Снова отказ!

Наина не продалась даже за золото и жемчуга.

Что решает делать наш друг? Приворожить Наину, разумеется!

Заставить с помощью магии полюбить его.

Только он не учел, сколько времени уйдет на обучение…

Да, Наина влюбилась в него – но она уже старуха. Более того, выясняется, что и Наина не чужда магии!

И не просто не чужда, но и превосходит его…

Немой, недвижный перед нею,
Я совершенный был дурак
Со всей премудростью моею.

А все остальные ее поступки совершены после приворота. По крайней мере, нет никаких сведений, что Наина творила зло до приворота.

Впрочем, есть еще одна версия – что ставший мудрым Финн просто увидел истинную сущность Наины.
Кстати, в советском фильме «Руслан и Людмила» Наина без всяких сложностей превращается обратно в красавицу. Однако перед Финном предстала все же в образе старухи.

Не затем ли, чтобы проучить его за то, что всю свою жизнь посвятил погоне за образом?

Кстати, только сейчас заметила.

НАИНА

ИНАННА

Инанна – вавилонская богиня любви и страсти, более известная как Иштар…
Мог ли Пушкин знать шумерскую мифологию?

Учитывая его всестороннюю образованность – вполне.

Но тогда Наина не просто персонаж, а мифологическое существо. Символ страсти, которой герой посвятил свою жизнь, перестав замечать все вокруг.

Кто такой писатель? Кто может назвать себя писателем?

К примеру, с профессией врача все просто. Отучился в медицинском, получил соответствующий диплом, прошел ординатуру – значит, врач.

А вот с творческими профессиями все не так просто. Да, у нас есть литературный институт, есть всевозможные Союзы Писателей – хотя «корочка», как в советское время, слава Богу, пока не обязательна.

В книгах, которыми я зачитывалась в детстве, нередко присутствовала девочка, мечтающая стать писательницей, и в финале ее рассказ публиковали в газетах. И это был именно тот порог, после которого они уже не просто «мечтают стать писательницами» - а являются ими по факту.

Хотя тут можно списать на подростковый максимализм.

У Ивана Шмелева, автора автобиографического романа «Лето Господне» есть рассказ «Как я стал писателем». И в нем тоже тем самым порогом, делящим жизнь на «до» и «после» стала публикация в газете. За которую он, кстати, получил первый гонорар в 80 рублей.


В те времена публикация в газете – это и вправду «билет на бессмертие».

Но мы живем в эпоху, когда свои тексты может выкладывать в открытый доступ может абсолютно любой. А если хочешь увидеть себя «в бумаге» - пожалуйста, издавайся Самиздатом за свой счет. В нашем городе живет писатель и поэт, издавший уже 95 (!) своих книг.

Тогда что показатель? Число читателей? Или все же…качество?

Я начала пост цитатой из «Мастера и Маргариты». Кстати, там многое посвящено литературе. Главный герой – писатель. Иван Бездомный – поэт (кстати, называть себя так ему тоже дала право одна публикация его стихов в газете). Только вот…у Мастера нет удостоверения Союза писателей. Одна публикация отрывка из его романа в журнале, спровоцировавшая целую серию гневных критических статей. Кстати, наверное, это тоже ушло в прошлое – сейчас свое мнение о книге также может написать каждый – я, например. И нам не нужно «экспертное мнение» о книге.

Что я сделаю прямо сейчас.

Как-то мне попался в интернете великолепный роман Максима Сугробова «Плоды манцинеллы». Он просто обязан был стать бестселлером с последующей экранизацией, но…прошел незаметно.

Об этом романе я обязательно напишу здесь. Пусть мою статью увидит небольшое количество человек. Капля в море – но все же.

В то время как на тех же интернет площадках романы про попаданцев в чужие тела, любовь с вампирами и оборотнями, «властных героев» и «сильных героинь» набирают сотни тысяч просмотров.
Однако кто из них писатель? Автор «Плодов манцинеллы» - или «Сумерек»?

Мне кажется, ответ очевиден…

P.S. Кстати, «Плоды манцинеллы» в интернете в свободном доступе. Не знаю, можно ли здесь давать ссылки на сторонние ресурсы, но, надеюсь, найдете.