Откуда появились номера домов и как люди ориентировались до них

Я за чистота языка, мне портит слушать маты, кто бы что ни говорил о том, что мат - это часть культуры, что кто-то умеет «красиво» (!!!) материться и тд и тп По мопса мнению, мат он и есть мат. В конце концов есть и другие средства выразительности языка.
Но бывают такие слова, которые матом «отдают», но по факта им не являются.

Слово «похерить» вроде звучит как мат, но на самом деле им не является - и в этом вся путаница.

Изначально оно вообще не имело никакого грубого смысла. Было старое название буквы «Х» - «хер». Этой буквой часто перечёркивали текст, как крестиком. Отсюда и пошло значение: зачеркнуть, отменить, убрать.

Со временем всё изменилось. Слово стало использоваться в более бытовом и эмоциональном смысле - типа «забить», «выкинуть», «проигнорировать». И из-за того, что оно звучит похоже на матерные слова, появилось ощущение, что это что-то грубое.

В итоге получается странная штука: формально это не мат, но воспринимается почти как он. Такое пограничное слово - вроде можно сказать, но оттенок всё равно остаётся.

Хороший пример того, как язык меняется сам по себе. Было нейтральное слово, стало почти ругательством, просто потому, что так его начали чувствовать и использовать.

Недавно я наткнулась в интернете на пост, посвященный загадочным итальянским аккабадорам. В нем рассказывалось о страшных традициях жителей Сардинии, в частности, о своеобразной эвтаназии, к которой прибегали пожилые мужчины. Я покопалась в сети, нашла более или менее правдоподобные статьи, и оказалось, что все было не так поэтично. Сейчас все расскажу.

Байка из сети

Легенда гласит, что в средние века для жителей Сардинии мужского пола достойной считалась только смерть в бою. Поэтому, если сардинца тяжело ранили или он доживал до глубокой старости, ему на помощь призывали аккабадора. Этот человек, с ног до головы одетый в черное, приходил к постели жертвы, начинал его изощренно оскорблять, а когда того захлестывал праведный гнев и он вызывал пришельца на дуэль, убивал его. Так это якобы считалось не суицидом, а приравнивалось к смерти во время боя и снимало позорное клеймо с семьи. Сюжет звучит красочно и таинственно, словно это эпизод из мрачного исторического фильма.

Немного углубившись в тематику, я выяснила, что истории про оскорбление умирающего — это всего лишь интернет-байки. Если бы даже такой ритуал и проводили, он никак не мог бы приравниваться к дуэли, т. к. во время обряда жертва зачастую даже не могла держать в руках оружие. Откуда взялась такая интерпретация, мы не знаем. Сардинцы предполагают, что ее выдумали итальянцы, чтобы выставить островитян жестокими дикарями.

Конечно же, мне захотелось узнать, как все было на самом деле. Я нашла несколько статей, которые опираются на реальные упоминания в литературных источниках аккабадор. Однако точного подтверждения наличия в старину такой профессии до сих пор получено не было. Тем не менее, местные жители Сардинии из уст в уста передают истории о аккабадорах и методах их работы.

Настоящие аккабадоры

Для начала углубимся в историю Сардинии. Этот остров с древних времен населяли шарданы — воинственный народ, который ходил по морям, промышлял пиратством, разбойничеством. Позже многие мужчины стали наниматься в армии, например, воевали на стороне египтян. Отношение к смерти у шарданов (позже их стали звать сардами) было схоже с философией викингов. Достойный мужчина должен обязательно погибнуть в бою, с оружием в руках.

После присоединения острова Сардиния к Италии сарды жили довольно обособленно. Они сохраняли традиции праотцов, даже после всеобщего крещения по католическому обряду. Сегодня островитяне тоже сильно отличаются от итальянцев, поэтому они так сильно недолюбливают друг друга.

Итак, кто же такие аккабадоры? Во-первых, это всегда были женщины. Профессия часто передавалась по наследству от матери к дочери. Рядовые жители Сардинии относились к ним с почтением, но сторонились. Как-никак, а они приносили в дом смерть.

Аккабадор действительно вызывали к глубоко пожилым людям, которые не могли себя обслуживать, тяжело больным, от которых отказались врачи, или тем, кто доживал свои дни в страшных мучениях. "Хозяйку смерти" вызывал либо сам человек, желающий уйти, либо его родственники.

Оксана Давидовна Фаис-Леутская в своей работе «Эвтаназия в традиционной культуре» пишет, что в своей работе аккабадоры использовали два метода: удушение (при помощи рук/ног или подушки) и удар тяжелым деревянным молотом в основании черепа. Эти женщины хорошо знали анатомию человека и могли сделать его уход быстрым и почти безболезненным. По неподтвержденным данным, последняя аккабадора завершила свой "трудовой путь" в 1953 году.

Сардонический смех

С жителями Сардинии и их жуткими традициями связана еще одна теория. Исследователи предполагают, что именно от названия этого народа пошло выражение "сардонический смех". Согласно словарю, это язвительный, злорадный, презрительный смех, часто с оттенком горечи, жестокости или цинизма. Он может выражать насмешку над кем‑либо, пренебрежение к ситуации либо нервное напряжение — например, в трагический или неловкий момент.

До того как на Сардинии появились аккабадоры, местные жители ускоряли уход больных и немощных родственников иначе. Они опаивали их специальным отваром, который затуманивал разум, и сбрасывали со скалы. Тот же напиток пили и родственники, провожающие близкого в последний путь. В состоянии измененного сознания люди натянуто улыбались или даже хохотали сквозь слезы. Именно такой смех и называют сардоническим. Об этом пишет Юрий Бородай, автор работы «От фантазии к реальности (возникновение нравственности».

Вы знали, что еще несколько столетий назад ночной сон выглядел не так, как сейчас? Люди не спали непрерывно по 7-8 часов. Их ночь делилась на две части: «первый сон» и «второй сон», между которыми было время бодрствования.

Это не была странная привычка отдельных людей, это была устоявшаяся норма. Эту практику в Средневековье называли "первым" и "вторым" сном (на латыни "primus somnus" и "secundus somnus"). Археологические исследования, включая дневники и хозяйственные записи того времени, подтверждают, что такая модель сна была широко распространена по всей Европе - от Британии до Византии.

Историк Роджер Экирх, изучая дневники, судебные записи и литературу, нашёл сотни упоминаний такого режима. Причём люди не объясняли его, они просто писали: «после первого сна», «перед вторым», как будто это очевидно для всех.

Такая практика была распространена в Европе: в Англии, Франции, Германии, Италии примерно с Средневековья и до XVIII века. Есть свидетельства и за пределами Европы, например в колониальной Америке.

Сам сон выглядел примерно так: человек ложился вскоре после заката, спал около четырёх часов, затем просыпался на один-два часа, а потом снова засыпал до утра. Это ночное бодрствование не считалось проблемой. В это время люди могли читать, молиться, разговаривать, заниматься бытовыми делами или просто спокойно думать.

Длительность и время бодрствования между снами менялись в зависимости от времени года. Зимой, когда ночи длиннее, этот промежуток мог длиться 3-4 часа, а летом сокращаться до 1-2 часов. В сельскохозяйственных календарях XV века встречаются рекомендации по корректировке режима сна в зависимости от сезона и работы на поле.

Причина такого режима не в культуре, а в условиях жизни. До появления электричества ночь была длинной и тёмной. Люди ложились очень рано, иногда уже в 8-9 вечера. Но организму не всегда нужно 10-12 часов непрерывного сна, поэтому он естественно делил его на два блока.

Это подтверждают и современные исследования. Например, психиатр Томас Вер проводил эксперимент: люди жили без искусственного света. Через некоторое время их сон сам по себе разделился на две части с промежутком бодрствования между ними. То есть такой режим не искусственный, а вполне естественный для человека.

Перелом произошёл сравнительно недавно - в XVIII–XIX веках. С появлением уличного освещения, развитием городов и жёсткого рабочего графика люди стали позже ложиться и стремиться к непрерывному сну. Постепенно «первый» и «второй» сон исчезли, а саму идею ночного пробуждения начали воспринимать как проблему.

Интересно, что иногда и сегодня люди просыпаются среди ночи и считают это бессонницей. Хотя возможно, это не сбой, а отголосок старого биологического ритма, который когда-то был нормой для целых поколений.

Многие сейчас ругают хрущевки, мол квадратура маленькая, сплошное издевательство. Но по факту эти дома стали настоящим прорывом по нескольким причинам.

1. Люди смогли переехать из бараков и не благоустроенных халуп, перебраться из ужасающих условий в собственное жилье.

2. В то время, как во всем мире стала популярной идея компактного, удобного и комфортного жилья, в СССР эту идею продумали и реализовали 70 лет назад.

В начале 1950-х годов перед группой архитекторов во главе с Виталием Лагутенко стояла непростая задача: разработать жильё, которое можно было бы возводить быстро, недорого и в больших объёмах. Однако вместо простого уменьшения размеров помещений специалисты подошли к вопросу гораздо глубже и провели полноценное исследование.

Они анализировали повседневное поведение людей: сколько времени проводится в разных комнатах, как используются отдельные зоны и какие бытовые действия совершаются чаще всего. Например, выяснилось, что спальня служит в основном для сна и переодевания — значит, там достаточно разместить кровать, шкаф и оставить удобный проход. Дополнительная площадь в таком случае не имеет особой ценности.

Более того, архитекторы фиксировали даже временные затраты на передвижение по квартире. К примеру, путь от входной двери до кухни с тяжёлыми сумками должен занимать не более десяти секунд. Именно так сформировался принцип «короткого коридора», который сегодня нередко воспринимается как недостаток, хотя изначально был продуманным решением.

Кухня
Типичная кухня в хрущёвке занимает всего 5–6 квадратных метров — на первый взгляд это кажется неудобным и даже несправедливым. Но на деле за таким решением стоит продуманная эргономика. Расстояние между плитой, раковиной и холодильником укладывается всего в один–два шага. Это и есть тот самый «рабочий треугольник», который сегодня признан классикой в организации кухонного пространства.

В большой кухне во время готовки приходится постоянно перемещаться, тратя лишние силы и время. В компактной — всё находится рядом, буквально под рукой. Если сравнить, сколько времени уходит на приготовление одного и того же блюда в разных условиях, разница может оказаться весьма заметной.

Кроме того, архитекторы учли и психологию: ограниченное пространство способствует более быстрой и собранной работе. Здесь не до долгих раздумий у плиты — всё происходит чётко, по делу и с ориентацией на результат.

Низкие потолки

Потолки высотой около 2,5 метра принято считать компромиссом и даже недостатком. Но если смотреть глубже, это не столько ограничение, сколько продуманное решение. Современные исследования в области восприятия пространства показывают: более низкие потолки усиливают чувство защищённости, создают камерную атмосферу и помогают мозгу быстрее «собраться».

Компактная же высота работает иначе: пространство как будто обволакивает, снижает уровень внешних раздражителей и направляет внимание внутрь - на конкретные действия, задачи, мысли.

Унификация хрущёвок обычно воспринимается как символ обезличенности и архитектурной скуки. Но если рассматривать её не как ограничение, а как систему, становится ясно: это была попытка создать предсказуемую, управляемую среду, где пространство и предметный мир существуют в точной взаимосвязи. Размеры помещений задавались не абстрактно, а исходя из реальных сценариев жизни — поэтому мебель «вставала» без усилий, а интерьер не требовал бесконечных адаптаций. Это была не бедность решений, а их жёсткая калибровка под повседневность.

Даже коридор - один из самых недооценённых элементов - продуман. Его ширина около 85 сантиметров формирует баланс: достаточно того, чтобы могли разойтись 2 человека, но недостаточно для накопления хлама.

Раздельный санузел, который был реализован в некоторых планировках, - ещё один пример мышления не метрами, а жизненными процессами. В условиях, когда личное пространство только начинало формироваться как ценность, разделение ванной и туалета решало не только бытовую, но и социальную задачу: снижало напряжение внутри семьи, позволяло нескольким людям одновременно удовлетворять базовые потребности, не вторгаясь в границы друг друга.

Встроенные шкафы, антресоли и разнообразные ниши в хрущёвках нередко воспринимаются как вынужденная мера и наследие дефицитной эпохи. Но если рассматривать их в системе, становится очевидно: это была не попытка «сэкономить место», а осознанная стратегия организации пространства, в которой архитектура и хранение вещей не разделялись.

В доикеевскую эпоху задействование вертикального пространства стало важной и продуманной деталью. Хранение не выносилось наружу в виде отдельных шкафов, а интегрировалось в конструкцию жилья. За счёт этого интерьер оставался более цельным, а жилая площадь визуально и функционально свободнее. Сегодня подобный подход описывают как вертикальное зонирование и относят к признакам продуманного дизайна.

Отдельного внимания заслуживает встроенный шкаф между кухней и ванной. В современных ремонтах его часто убирают, воспринимая как устаревший элемент. Однако изначально он был частью инженерной логики квартиры: одновременно служил местом хранения и выполнял роль дополнительного буфера между «мокрой» и кухонной зонами, частично снижая передачу звука и запахов.

Окно между ванной и кухней позволяло экономить электроэнергию: для небольших задач свет можно не включать, достаточно естественного освещения, проходящего через окно.

Таким образом, даже самые незаметные элементы хрущёвок были включены в общую систему, где каждый сантиметр пространства имел двойную или даже тройную функцию. Это архитектура, в которой функциональность не добавлялась поверх, а изначально встраивалась в саму структуру жилья.

Большинство людей не знает, что в СССР образование было платным до 1956 года. Школы были бесплатными только до 9 класса, а обучение в старших классах уже оплачивалось. Отменили платное образование только при Хрущёве уже после смерти Сталина, который умер в 1953 году. Платными были не только вузы, но и старшие классы и училища.

Официальный документ об отмене - это Постановление Совета Министров СССР № 1077 от 06 июня 1956 г. «Об отмене платы за обучение в старших классах средних школ, в средних специальных и высших учебных заведениях СССР». Этот документ фигурирует во всех статьях на эту тему, но я нигде не смог найти оригинал.

Как человек дотошный, я решил всё перепроверить. Облазил все сканы в электронных библиотеках - там десятки тысяч страниц разных постановлений, но конкретного нужного мне так и не нашёл. Пошёл ногами в библиотеку за подтверждением информации. В библиотеке мне не смогли выдать постановление Совета Министров, но предложили поискать в КонсультантПлюс (там кстати тоже нет этого документа).

Зато удалось получить оригинал газеты Правда №162 от 10 июня 1956 года, где как раз было напечатано постановление от 6 июня.

Когда мы видим современный электросамокат, в голову приходит образ IT-специалиста, мчащегося по велодорожке или доставщика пиццы, лавирующего между пробок. Кажется, что это дитя XXI века - эпохи литий-ионных аккумуляторов и смартфонов.

Однако мало кто знает, что первый расцвет персонального электрического транспорта пришелся на времена, когда по улицам еще ездили извозчики, а дамы носили корсеты и шляпы с вуалью. Встречайте: электросамокат образца 1915 года.

Детство на углях: как это работало
В начале 1900-х годов бензин был дорог и вонюч, лошади - медленны и требовательны, а электричество казалось магией, которая вот-вот решит все проблемы человечества. Инженеры экспериментировали с электромобилями, а заодно обратили внимание на самый демократичный транспорт - самокат.

Первый патент на “электрический балансирный транспорт” был выдан еще в 1899 году, но реальные рабочие модели появились примерно в 1910-1916 годах.

Конструкция была пугающе простой (и тяжелой):
Рама: Сварное железо или дерево.
Колеса: Массивные пневматические (или литые, чтобы не возиться с проколами).
Двигатель: Слабенький коллекторный мотор (мощностью 60-100 Вт - меньше, чем у современного фена, но для ровных дорог хватало).
Аккумуляторы: Свинцово-кислотные “банки”, открытые, с электролитом, который иногда проливался на ботинки.
Управление было целой наукой. Ручка газа - как на мотоцикле, кнопка включения - на руле. Тормоз - чаще всего ногой на заднее крыло (как у детского самоката), хотя были и экзотические ленточные тормоза.

Бренды, которые не пережили войну
До нас дошли лишь единичные фотографии и рекламные объявления. Самыми известными попытками были:
The Autoped (США, 1915–1922). Это “Майбах” среди антикварных самокатов. Компания из Нью-Йорка выпускала складные (!) электросамокаты. Да-да, складные! Руль складывался к платформе, и его можно было внести в лифт или офис. Бензиновая версия Autoped была популярна у почтальонов, а электрическая позиционировалась как “транспорт для леди” (легко, чисто, не надо пинаться ногой).
The Smith Flyer (позже Auto Red Bug). Хотя чаще это был бензиновый мотор-колесо, существовали и электрические модификации. По сути, это была доска с мотором, на которую сверху крепилось кресло (спорное решение).
Домашние энтузиасты. Многие механики того времени просто покупали моторчик у Western Electric и прикручивали его болтами к своему самокату.