Мы часто встречаем людей, которые нас восхищают. Это могут быть актёры, музыканты, писатели или просто знакомые. Иногда наш взгляд цепляет их внешность, иногда стиль, но чаще — качества. Спокойствие, смелость, чувство юмора, интеллигентность, внутренняя сила, легкость, доброта. И мы поневоле начинаем примерять всё это на себя.
Мне очень нравится фраза Бернарда Шоу: «Будь собой. Все остальные роли уже заняты». Но с возрастом я поняла, что быть собой — вовсе не значит выбрать одну роль и придерживаться её всю жизнь.
Сегодня тебе может быть близка утончённость Одри Хепбёрн. Завтра — драматизм Вивьен Ли. Послезавтра — зрелая женственность Моники Беллуччи. А еще мне всегда импонировала спокойная элегантность Кейт Бланшетт. Кого-то притягивает богемная свобода Сиенны Миллер или французский шарм Ванесса Паради. И речь здесь совсем не об одежде.
Основное здесь — качества, которые мы замечаем в других. Это те образы, какими мы хотели бы иногда быть. В один период жизни нас восхищают мягкость и способность сопереживать. В другой — решительность и умение отстаивать свои границы. Иногда хочется быть спокойнее, иногда смелее, иногда легче относиться к жизни, иногда стать серьёзнее и мудрее...
Если бы я была мужчиной, происходило бы то же самое. В какой-то период мне хотелось бы быть похожим на Джеймса Нортона — спокойного, интеллигентного, с внутренним достоинством. Потом меня наверняка восхищала бы уверенная сила Криса Хемсворта. Затем — свобода и харизма Стивена Тайлера или Мика Джаггера. А иногда он (то есть я) мог бы быть немного Алексеем Маклаковым, Леонидом Куравлевым или Федором Добронравовым))
И я считаю, это совершенно нормально.
Раньше мне казалось, что нужно наконец определить, какая же я на самом деле. Но потом я поняла: вопрос поставлен неправильно. Я не обязана быть только спокойной или только сильной. Только романтичной или только рациональной. Только мягкой или только дерзкой. В разные дни, в разные периоды жизни на передний план выходят разные стороны характера. Это не означает, что одна из них настоящая, а остальные — маски.
Точно так же и с внешностью. Сегодня мне хочется надеть графичный жакет, завтра платье в стиле бохо, послезавтра косуху и грубые ботинки. Это не поиск себя. Это просто разные способы выразить одно и то же «я».
Конечно, есть вещи, которые действительно не мои. Например, я никогда не чувствовала себя органично в образе роковой красавицы с демонстративной сексуальностью. И это тоже часть понимания себя: не только знать, что тебе близко, но и честно признавать то, что тебе чуждо.
Индивидуальность рождается не тогда, когда ты наконец находишь один идеальный образ или один правильный характер. Она рождается тогда, когда перестаёшь делить себя на «настоящего» и «ненастоящего» и разрешаешь всем своим граням существовать одновременно.
Ведь быть собой — это не быть одинаковым. Это быть цельным.
Мне очень нравится фраза Бернарда Шоу: «Будь собой. Все остальные роли уже заняты». Но с возрастом я поняла, что быть собой — вовсе не значит выбрать одну роль и придерживаться её всю жизнь.
Сегодня тебе может быть близка утончённость Одри Хепбёрн. Завтра — драматизм Вивьен Ли. Послезавтра — зрелая женственность Моники Беллуччи. А еще мне всегда импонировала спокойная элегантность Кейт Бланшетт. Кого-то притягивает богемная свобода Сиенны Миллер или французский шарм Ванесса Паради. И речь здесь совсем не об одежде.
Основное здесь — качества, которые мы замечаем в других. Это те образы, какими мы хотели бы иногда быть. В один период жизни нас восхищают мягкость и способность сопереживать. В другой — решительность и умение отстаивать свои границы. Иногда хочется быть спокойнее, иногда смелее, иногда легче относиться к жизни, иногда стать серьёзнее и мудрее...
Если бы я была мужчиной, происходило бы то же самое. В какой-то период мне хотелось бы быть похожим на Джеймса Нортона — спокойного, интеллигентного, с внутренним достоинством. Потом меня наверняка восхищала бы уверенная сила Криса Хемсворта. Затем — свобода и харизма Стивена Тайлера или Мика Джаггера. А иногда он (то есть я) мог бы быть немного Алексеем Маклаковым, Леонидом Куравлевым или Федором Добронравовым))
И я считаю, это совершенно нормально.
Раньше мне казалось, что нужно наконец определить, какая же я на самом деле. Но потом я поняла: вопрос поставлен неправильно. Я не обязана быть только спокойной или только сильной. Только романтичной или только рациональной. Только мягкой или только дерзкой. В разные дни, в разные периоды жизни на передний план выходят разные стороны характера. Это не означает, что одна из них настоящая, а остальные — маски.
Точно так же и с внешностью. Сегодня мне хочется надеть графичный жакет, завтра платье в стиле бохо, послезавтра косуху и грубые ботинки. Это не поиск себя. Это просто разные способы выразить одно и то же «я».
Конечно, есть вещи, которые действительно не мои. Например, я никогда не чувствовала себя органично в образе роковой красавицы с демонстративной сексуальностью. И это тоже часть понимания себя: не только знать, что тебе близко, но и честно признавать то, что тебе чуждо.
Индивидуальность рождается не тогда, когда ты наконец находишь один идеальный образ или один правильный характер. Она рождается тогда, когда перестаёшь делить себя на «настоящего» и «ненастоящего» и разрешаешь всем своим граням существовать одновременно.
Ведь быть собой — это не быть одинаковым. Это быть цельным.