Меня всегда восхищали старые фотографии советских физкультурных парадов. Особенно те, где люди выстроены не просто в колонны, а стоят в несколько этажей друг на друге.
Тут и говорить нечего, что за каждой такой фотографией стояла сложная работа. Пирамиды заранее придумывали, разбирали по элементам и репетировали. Причём это было настолько развитое направление, что в 1927 году вышла специальная книга Яна Штангля «Пирамиды для массовых выступлений физкультурников». В ней — 267 страниц, 123 рисунка, чертежи и схемы. Книга так и называлась — не про гимнастику вообще, а именно про пирамиды для массовых выступлений.
Тут и говорить нечего, что за каждой такой фотографией стояла сложная работа. Пирамиды заранее придумывали, разбирали по элементам и репетировали. Причём это было настолько развитое направление, что в 1927 году вышла специальная книга Яна Штангля «Пирамиды для массовых выступлений физкультурников». В ней — 267 страниц, 123 рисунка, чертежи и схемы. Книга так и называлась — не про гимнастику вообще, а именно про пирамиды для массовых выступлений.
Существовала методика: как поставить людей, как распределить нагрузку, как построить и разобрать конструкцию.
Принцип, если посмотреть на фотографии, довольно понятный. Внизу — широкое основание. Люди стоят устойчиво и принимают на себя нагрузку. На них приходится следующий ярус, выше людей становится меньше, и в конце наверху остаётся один или несколько гимнастов.
Но здесь важна не только сила. Каждый участник должен был точно знать своё место и последовательность действий. Если один человек начинает подниматься раньше или переносит вес не туда, конструкция уже ведёт себя иначе и может разрушиться.
Поэтому такие номера разучивали постепенно. Сначала отдельные элементы, потом их соединяли в одну конструкцию.
Причём пирамиды могли быть совершенно разными: от относительно небольших, которые можно увидеть на старых фотографиях гимнастических выступлений, до огромных массовых построений.
Принцип, если посмотреть на фотографии, довольно понятный. Внизу — широкое основание. Люди стоят устойчиво и принимают на себя нагрузку. На них приходится следующий ярус, выше людей становится меньше, и в конце наверху остаётся один или несколько гимнастов.
Но здесь важна не только сила. Каждый участник должен был точно знать своё место и последовательность действий. Если один человек начинает подниматься раньше или переносит вес не туда, конструкция уже ведёт себя иначе и может разрушиться.
Поэтому такие номера разучивали постепенно. Сначала отдельные элементы, потом их соединяли в одну конструкцию.
Причём пирамиды могли быть совершенно разными: от относительно небольших, которые можно увидеть на старых фотографиях гимнастических выступлений, до огромных массовых построений.
А на парадах 1930-х годов человеческие конструкции уже соединяли с целыми сценическими номерами.
Например, в программе Всесоюзного парада физкультурников 1938 года был номер «Если завтра война». В нём участвовали 700 человек.
Гимнасты выходили со щитами. Первые устанавливали их на плечах, на щиты забирались следующие участники, затем поверх них появлялся ещё один ярус.
В результате получалось пять трёхэтажных пирамид, каждая из которых завершалась гимнастом наверху. Причём верхние участники принимали разные спортивные позы — например, пловца перед прыжком в воду или дискобола.
Например, в программе Всесоюзного парада физкультурников 1938 года был номер «Если завтра война». В нём участвовали 700 человек.
Гимнасты выходили со щитами. Первые устанавливали их на плечах, на щиты забирались следующие участники, затем поверх них появлялся ещё один ярус.
В результате получалось пять трёхэтажных пирамид, каждая из которых завершалась гимнастом наверху. Причём верхние участники принимали разные спортивные позы — например, пловца перед прыжком в воду или дискобола.
И на этом номер не заканчивался. Пирамиды должны были перестроиться в «живой» акробатический мост, после чего по нему проходили участники. В программе также были упражнения на мотоциклах и другие номера.
То есть люди не просто несколько минут стояли друг на друге. Огромная конструкция должна была собраться, какое-то время сохранять форму, а затем измениться.
То есть люди не просто несколько минут стояли друг на друге. Огромная конструкция должна была собраться, какое-то время сохранять форму, а затем измениться.
И тут чем больше вникаешь, тем больше уважения и восхищения вызывают такие фото.
Вот стоит человек внизу. На нём ещё один. На втором — третий. Наверху кто-то спокойно вытянулся в спортивной позе. А теперь представьте, что вся эта конструкция должна одновременно двигаться по команде.
Причём на площади вокруг ещё тысячи людей, музыка, движение колонн, зрители на трибунах.
В 1938 году в торжественном марше участвовали около 35 тысяч человек, а только в номере «Если завтра война» — 700. За постановку отвечали специально назначенные режиссёр, художник и руководители отдельных выступлений.
Вот стоит человек внизу. На нём ещё один. На втором — третий. Наверху кто-то спокойно вытянулся в спортивной позе. А теперь представьте, что вся эта конструкция должна одновременно двигаться по команде.
Причём на площади вокруг ещё тысячи людей, музыка, движение колонн, зрители на трибунах.
В 1938 году в торжественном марше участвовали около 35 тысяч человек, а только в номере «Если завтра война» — 700. За постановку отвечали специально назначенные режиссёр, художник и руководители отдельных выступлений.
В массовой композиции человек может потеряться среди сотен других. А в пирамиде сразу видна вся конструкция: основание, ярусы, человек наверху. Несколько десятков людей на несколько минут превращаются в сооружение высотой в несколько метров. А потом команда — и его уже нет. Причем и разбирались они тоже синхронно!
Остаются только люди, которые снова разошлись по своим местам, и фотография, по которой спустя почти сто лет можно пытаться представить, как они это делали.
Остаются только люди, которые снова разошлись по своим местам, и фотография, по которой спустя почти сто лет можно пытаться представить, как они это делали.
