Корней Чуковский и его грустная судьба в СССР

Как-то мне попался рассказ под названием «Соперница». Автор – не профессиональный писатель, а «любитель». Я бы назвала его «История Великой Зависти».

Зависть, ставшая буквально смыслом жизни.

Рассказчица всю жизнь соревнуется с художницей Элоизой М., и всегда проигрывает. А как быть, если Элоиза уже в 15 лет выставляла свои работы в крупных галереях Европы, а ты в это время выиграла школьный конкурс рисунков? Ну и что, что ты лучшая ученица художественного колледжа. А в 27 Элизу уже пристрелил любовник – а ты иллюстрируешь книгу сказок (мне кажется, героиня завидует даже тому, что Элизу любовник пристрелил…Это какая страсть должна быть!).

Иронии ситуации добавляет тот факт, что Элоиза…жила сто лет назад. Это не «дочь маминой подруги» и даже не современница!

Что не мешало рассказчице вместо поиска своего творческого пути посвятить себя борьбе с умершей соперницей…

Конечно, не секрет, что в творческом мире зависть и конкуренция даже хуже, чем в мире простых смертных. Толкиен, например, терпеть не мог Диснея – плевался от гномов в знаменитой «Белоснежке». Для Толкиена гномы – древний мифологический народ, и показывать их в комическом образе недопустимо и даже оскорбительно. Марк Твен люто ненавидел Джейн Остин, жившую за столетия до него, и говорил, что хорошая библиотека – это библиотека, где нет ни одного тома Джейн Остин. Даже если нет других книг.

А как дела в русской литературе? Кто кого не любил среди наших классиков?

Корней Чуковский не любил Лидию Чарскую

Конечно, будем честны - Лидия Чарская писательница «не для всех». Как и Джейн Остин, она считается писательницей «для девочек». Ее мир – это замкнутый мир институтов благородных девиц, где она и воспитывалась.

В 1912 году Корней Чуковский писал о ней издевательскую статью, где называл писательницу «гением пошлости».


Чуковского раздражала излишняя эмоциональность героинь Чарской, постоянные обмороки, похожие сюжеты.

Однако стоит отметить – хотя Чуковский терпеть не мог творчество Чарской, ей самой он впоследствии помогал, выбивая для нее содержание. Что показывает, что человеческие отношения он ставил выше неприязни творческой.

Агния Барто и Чуковский. Предательство ради выживания

Иронично, что Чуковский, высмеивавший Чарскую, вскоре сам стал объектом травли и насмешек.
Все началось с одной статьи Надежды Крупской – супруга Ленина, «царь и бог» советского образования (что бы советское образование о ней не думало). Она написала, что «Чуковского ребятам давать не надо».

И понеслось. Не помогло даже открытое письмо самого Чуковского, в котором он каялся за свои старые сказки (впоследствии стыдился своей трусости). Даже термин появился – «чуковщина».

Агния Барто считала Чуковского своим учителем. Однако, когда вокруг него началась травля, обвинения в «буржуазности» и «несоветскости» Агния Барто не решилась выступить в его защиту. Более того – подписала открытое письмо против него.

Понятно, что сделала она это не по убеждениям, а просто чтобы выжить, но факт есть факт.

Булгаков и Маяковский. «Холодная война»

Вражда Булгакова и Маяковского несколько иного рода. Не «по обязательности», не личная неприязнь – а неприязнь идеологическая.

Маяковского раздражал «белый» Булгаков. И наверняка особенно раздражало, что абсолютно несоветскую пьесу абсолютно несоветского писателя - «Дни Турбиных» Сталин очень любил и посещал по легенде семнадцать раз (конечно, не обязательно он сидел весь спектакль от начала до конца, но сам факт его появления определенно шел на пользу пьесе). Ни одна из пьес Маяковского такого внимания не удостаивалась.

Маяковский призывал писателей бойкотировать «Дни Турбиных». И однажды демонстративно выразил свое презрение, выйдя из зала посреди спектакля.

Уколол Маяковский Булгакова и в своей пьесе «Клоп», вложив одному из своих персонажей тираду: «Товарищ Березкина, вы стали жить воспоминаниями и заговорили непонятным языком. Сплошной словарь умерших слов… Бюрократизм, богоискательство, бублики, богема, Булгаков...».

Булгаков поступил изящнее. Многие считают, что поэт Рюхин в «Мастере и Маргарите» — это и есть Маяковский. Но так ли это – достоверно неизвестно. Рюхин может быть просто собирательным образом всех «пролетарских» писателей.

Что можно сказать…Наши классики были в первую очередь людьми. И их произведения – плоть от плоти их собственной жизни, в которой было место всему. Может, поэтому они и являются классикой, а написанные по указке «сверху» произведения тех самых пролетарских писателей – забыты…

Приближается любимый праздник всех российских женщин – 8 марта…

Праздник, начавшийся как феминистический. Кстати, в западных странах он таким и остался – днем «про феминизм». В эти дни проводят лекции о тяжелом положении женщин в Пакистане. А открытки мамам у них делают в другой день – в День Матери.

А у нас 8 марта как-то незаметно вместил в себя смысл, который несут и День Матери, и 14 февраля…А еще это день, связанный с красотой, весной, любовью и женственностью.

Вчера перечитала Алексина и невольно вернулась мыслями к советской детской литературе. Какой должна быть идеальная девочка?

Конечно, отличница – но ни в коем случае не кичиться этим («Велика важность. Ты и должна хорошо учиться, потому что ТЕБЯ учат», - говорит папа своей дочери в одной из детских книг), помогать по дому, участвовать в делах своего класса и школы…

Быть аккуратной, чистюлей…

Но перед зеркалом не задерживаться.

Кстати, насчет внешности. У каждой девочки рано или поздно просыпается желание быть красивой. Как к этому относились советские детские писатели?

Надо сказать, не очень положительно…

У нас с мамой как-то возник спор по поводу стихотворения Маршака «Сказка про маму, дочку и прохожих».

Сюжет прост – мама с маленькой дочкой. Возраст не указан. Может, лет пять. Возраст, когда только-только формируется представление о себе как о девочке.

И все окружающие просто в восторге от девочки (может, поэтому и сказка? Обычно прохожим не до того, чтобы нахваливать чужих детей).

- НУ ЧТО ТЫ! - мать сказала крошке,
На взрослых бросив гневный взгляд. -
Не про тебя, а ПРО САПОЖКИ
Твои, должно быть, говорят>

И так все стихотворение. Это не про тебя, а про сапожки. Не про тебя, а про кофточку. И в финале гневный возглас матери, как манифест или фраза с советского плаката: «Довольно! Калечьте собственную дочь!». И стихотворение на этом заканчивается.

Так и представляешь эту сцену на плакате.

Мама считает, что мама из стихотворения абсолютно права – чтобы дочь не зациклилась на внешности и не решила, что красота – это главное.

Может, и так – а, может, наоборот – девочка зациклиться на одежде.

А вы как считаете? Нанесет мама этим своей дочери психологическую травму?

Каждый год в России проходят мероприятия, так или иначе связанные с Великой Отечественной. День Победы. Памятные мероприятия на 22 июня. 7 ноября. 27 января – день снятия блокады Ленинграда.

О последнем, кстати, мне приходилось читать в интернете и такое мнение – а зачем было терпеть блокаду, если можно было спокойно капитулировать, и сохранить и жизни людей, и архитектуру. Вот Франция капитулировала и сохранила и Лувр, и Версаль…И немцы их не трогали. Почти…

Вот здесь и кроется загвоздка.

Книга Татьяны де Роне «Ключ Сары» раскрывает цену, которую Париж заплатил за видимое спокойствие и сохранение дворцов французских королей.

Сюжет

История развивается в двух линиях – в 1942 ом и 2002 ом.

В 2002 ом году американская журналистка Джулия, много лет живущая в Париже, получает задание написать об облаве «Вель д, Ив», которая произошла 16 июля 1942 года, и в результате которой было арестовано более 13 тысяч человек – мужчины, женщины, дети, вся вина которых была в том, что они евреи.

И неожиданно она понимает, что коснулась того, о чем нельзя говорить вслух. Молодежь никогда ничего не слышала ни о каком «Вель д, Ив», а старшее поколение не желает об этом говорить.

Неожиданно она узнает, что квартира, в которой они живут с мужем и дочерью, когда-то была отнята у еврейской семьи.

Одна проблема – никто из ее родных не желает об этом говорить. Кроме разве что пугающей в своем равнодушии фразы, что квартира им досталась дешево – ведь в эти дни освободилось много прекрасных и просторных квартир. Почему освободились, и что случилось с предыдущими владельцами? Все равно.

Теперь Джулия одержима желанием выяснить, что произошло с той еврейской семьей.

Вторая линия как раз и связана с судьбой еврейской девочки Сары и ее младшего брата Мишеля.

Во время облавы четырехлетний мальчик прячется в стенном шкафу – увидеть который невозможно, если не знать о нем. Сара запирает его там, уверенная, что они скоро вернутся. Сейчас эти люди во всем разберутся, и они вернутся домой.

Но вместо дома их всех собирают на закрытом велодроме. Без еды и почти без воды. А затем – распределяют по концлагерям.

В июле 1942 года в лагерь Дранси было переправлено 13 тысяч евреев. С этого момента и до освобождения лагеря в августе 1944 из него было вывезено 64 транспорта с узниками. 58 из них - в Аушвиц-Биркенау, два - в Майданек, два - в Собибор и по одному - в Каунас и Таллинн.
Выжить суждено не больше сотни…

В книге все это время Сару поддерживает лишь одна мысль – она должна вернуться и освободить брата из шкафа…Если тот еще жив.

Название «Ключ Сары» скрывает много смыслов. Это и буквально – старый ключ от того самого шкафа и ключ от прошлого, которое добропорядочные парижане пытались спрятать и сделать вид, что этого никогда не было.

Джулия наблюдатель – хоть и вовлеченный наблюдатель.

Интересно, что в реальности даже сейчас эта история не слишком широко освещается. Марин ле Пен утверждала, что Франция не несет ответственность за депортацию евреев.

И многие другие политики единогласно твердили, что французы ни причем – ответственность на немцах.

Ответственность признал нынешний президент Франции Эммануэль Макрон:


Я начала с упоминания блокады Ленинграда. В 2013 году Александр Городницкий ответил тем, кто говорил, что следовало бы отдать город ради сохранения архитектуры.


Думаю, лучше и не скажешь.

Теперь осилить бы книгу Патрика Модиано "Дора Брюдер" о другой еврейской девочке...

На просторах интернета мне попалась якобы реальная история о том, как богатые купцы решили похоронить египетскую мумию. Давайте же вместе разбираться, что тут правда, а что вымысел.

Добрые русские

История гласит, что во времена, когда все таинственное и египетское было в моде, зажиточный купец Михаил Морозов из Москвы купил для своей коллекции мумию. Она хранилась прямо у него дома, в особняке на Смоленском бульваре.

Во время одного из дружеских застолий друг Морозова, профессор Захарьин, задался вопросом: зачем же хранить дома неупокоенного мертвого человека? В ходе беседы уже подвыпившие друзья решили, что это не по-христиански — держать дома труп. Поэтому было решено пригласить священника, чтобы отпеть покойного и после похоронить.

Добрые и сильно выпившие герои столкнулись с проблемой — никто из батюшек не хотел отпевать мумию. К тому же по ходу дела возник целый ворох вопросов: был это раб или раба божия, как мумию звали при жизни, была ли она крещена по какому-либо обряду и др. В итоге желающий заработать легких денег священнослужитель все же нашелся. Он совершил обряд, после чего мумия была захоронена прямо около особняка Морозова. После этого гости продолжили поминать усопшего.

Спустя несколько дней погода испортилась, началась сильная гроза. Во время ненастья молния ударила в дерево, под которым похоронили «гостя из Египта». Уже протрезвевшие купец и его друзья решили, что своими действиями они прогневили Бога. Поэтому прислуге тут же приказали откопать несчастную мумию и передать ее в музей.

Как все было на самом деле

Завлекающие названия — не современная придумка, они хорошо продавали истории 100 и 200 лет назад. Именно поэтому рассказ «Похороны мумии» обрел широкую популярность среди публики в 1932 году. Именно тогда произведение авторства художника и писателя Константина Алексеевича Коровина опубликовали в русскоязычной парижской газете «Возрождение».

Художественный рассказ быстро переродился в байку, т. к. автор использовал в нем много ярких бытовых деталей прошлых лет, очень красочно и правдоподобно описывал персонажей. Схожести с мемуарами Коровину удалось добиться благодаря тому, что в молодости он действительно был частью московской богемы и хорошо знал о причудах знати и богачей.

Согласно подтвержденным историческим данным, в доме Морозова (с которым Коровин в реальности дружил) действительно хранилась египетская мумия. В 1895 году ее передали в Румянцевский музей. Сегодня она хранится в Египетском зале ГМИИ им. А.С. Пушкина.

Итак, с правдой и вымыслом мы разобрались, а я пойду читать «Похороны мумии». Рассказ вошёл в мемуарно‑художественный цикл Коровина «То было давно… там… в России…». В России он был переиздан в 2010 году в сборнике «Моя жизнь: Мемуары; Рассказы». Сейчас рассказ можно найти в свободном доступе в интернете.

Советская литература…За тридцать лет она стала восприниматься почти как фэнтези – ведь описанный здесь мир также далек, как мир Хогвартса, Средиземья, Нарнии или Вестероса.

Главные герои советских книг и фильмов зачастую жесткие, принципиальные. Про таких говорят «стержень внутри».

Володя Устименко – врач из трилогии «Дело, которому ты служишь», милиционер Глеб Жеглов из «Эры милосердия» (стал всенародным любимцем благодаря гениальному исполнению Владимиром Высоцким). Они не прощают слабости ни себе, ни другим.

Конечно, только такие люди могли выиграть войну, а потом отстроить страну заново.

Только вот какого это – жить рядом с таким человеком?

Анатолий Алексин – детский писатель, но про его книги язык не повернется сказать «да это для детей».
«А тем временем где-то» как раз представляет читателям мир «людей со стержнем» - глазами тех, кто имел несчастье оказаться рядом с ними.

Главный герой – Сережа Емельянов, живет не в обычной семье, а в ОБРАЗЦОВОЙ. Его родители идеальны во всем. Что в данном случае означает – безупречно соблюдают все до единого правила. Если субботник – значит, мы придем самыми первыми и уйдем самыми последними. Если на демонстрации скажут петь – будут петь всю песню от первой строчки до последней. И будут заниматься спортом, как призывает девушка с плаката.

Родители вместе едут в командировку и пишут письма по очереди.

Но мама в письмах пишет, как скучает. Отец об этом не пишет – зачем растравлять себя, если командировка назначена, и ее нельзя сократить ни на один день? Но письма в свою очередь пишет.

В общем, на такую семью грех жаловаться…

Сережа и не жалуется, хотя сам и «не соответствует». Он обычный мальчик. Любит приврать, прогулять урок. Не хулиган, но раздолбай – в чем его поддерживает любимая бабушка.

Пока не получает письмо от незнакомой женщины, которая просит отца приехать, потому что ей очень плохо, и ближе него у нее никого нет.

Мальчик, беспокоясь за семью, решает прийти. Да и любопытно, что за женщина могла бы назвать отца самым близким человеком.

Этой женщиной оказывается Нина Георгиевна - первая жена отца.

Оказывается, образцовый Емельянов-старший когда-то ушел от первой жены, и никогда – ни разу – о ней не упоминал.

Может, потому что когда-то она выходила его после контузии?

А затем Нина Георгиевна взяла из детского дома мальчика Шурика, которому отдавала всю свою любовь почти пятнадцать лет…Пока не нашлись родные родители, и Шурик не ушел к ним.
Ушел, забрав все свои вещи, чтобы они не могли напоминать Нине Георгиевне о нем. Зачем растравлять себя?

Емельянов-старший полюбил другую и ушел к ней. Шурик нашел своих настоящих родителей и вернулся к ним. Это естественно. Это можно понять.

И все же понять невозможно…

Стержень. И отец Сергея, и Шурик живут, твердо зная, чего хотят и идут к своей цели, не оглядываясь. Не оглядываясь на оставленную «тем временем где-то» Нину Георгиевну.


Нина Георгиевна – персонаж неоднозначный. Психологи сказали бы, что у нее «психология жертвы». Это человек, который умеет любить. И не просто любить - тому, кого любит, она отдает всю себя, и смиренно принимает, когда они разворачиваются и уходят, не оглядываясь.

Безграничная человечность, но без опоры внутри – без того самого стержня. Емельянов-старший – стержень, лишенный человечности. Человек, живущий Рассудком. Ведь Рассудок не подведет. Два плюс два всегда останется четыре, что бы ни случилось. А эмоции…к чему это? Ведь в мире, где существуют эмоции, существует и боль, и чувство вины, и мир уже выглядит не таким однозначно-правильным…И ты не такой уж правильный. И вообще непонятно, что значит «правильно». Кто эти правила устанавливает? Не девушка же с плаката? Или лучше стать «поездом не по расписанию»?

Ведь они по итогу самые важные…

История в советской школе была похожа на добрые сказки, где жили герои, добрые вожди и мудрые полководцы. Если кто-то из правителей совершал жестокие поступки, то писали, что так было необходимо, что велась борьба с врагами советского народа. Обычный школьник, закончив 10 класс выходил в большой мир и не знал о настоящих подробностях коллективизации, о страшном голоде 1930-х годов, о том, что такое ГУЛАГ, мало писали и о том, почему при вторжении немецких войск, наши войска сначала отступали, в чем именно была прична этого. Мало писали о жизни людей, в основном были сухие данные о народнохозяйственных достижениях.

Дети получали скорректированную версию событий, которая была утверждена партией. Так например, для меня был пропущен один из руководителей страны в после сталинское время, Георгий Маленков. Его можно назвать фактическим руководителем СССР в период с марта 1953 года (после смерти Сталина) и до февраля 1955 года.

С конца 1930 года он входил в пятерку самых могущественных людей Советского Союза, а после войны стал вторым человеком после Сталина. В 1935 году в руках Маленкова оказалась вся база данных государственного аппарата. По его щелчку любой большевик мог бы вылететь из партии. Свержение всесильного Ежова было его рук дело (его заменили на Берию). Маленкова же сделали секретарём ЦК и главой Управления кадров ЦК. Чуть позже он стал кандидатом в члены Политбюро и приблизился к Сталину. В последние годы Иосифа Виссарионовича, в связи с болезней вождя, именно Маленков читал его отчетные доклады. После смерти Сталина Маленков заменил его и встал во главе государства. Чуть позже близкий круг вождя перераспределил посты между собой. Так возникло коллективное управление страной, о чем в школьных историях до определенного времени ничего сказано не было. Маленков стал председателем Совета министра, Хрущев остался в ЦК, а Берия руководил силовиками.

Были и плюсы правления Маленкова. Он заложил основы курса, который потом продвигал Хрущев — Хрущевская оттепель. При правлении Маленкова повысили закупочные цены у колхозов, сократился сельхозналог, что дало возможность колхозам больше оставлять продукцию у себя, что позволило улучшить их благосостояние. При Сталине на первых местах была тяжелая и военная промышленность, и Маленков велел исправить эту ситуацию и повысить производство товаров народного потребления. Потом он принял участие в отстранении Берии от власти. После Хрущев начал вытеснять с вершины власти Маленкова и в итоге последние года до пенсии он трудился директором электростанции в Казахстане. Последние годы жизни Маленков часто посещал церковь, которая была неподалеку от его места жительства.

В школе нам рассказывали одно, а сейчас оказывается многое было по-другому. Теперь приходится заново все узнавать и собирать историю своего государства буквально по кусочкам. Будто знакомишься с какой-то новой страной — а не той, в которую жила всю жизнь.

В каждом городе есть место для отдыха, куда родители приводили своих детей, а те теперь приводят внуков. Для Ухты таким местом всегда был Детский парк. Это не просто аттракционы за забором, а настоящая городская легенда с драматичной судьбой.

Его история уходит в далекие 30-е годы 20 века. Тогда в 1934 году был заложен парк культуры и отдыха на берегу реки Ухты, случилось это еще до того, как поселок Чибью, стал городом Ухтой. Стоит напомнить, что поселок был лагерного типа - Ухтпечлаг, и в советских верхах заботиться о местном населении никто не собирался.

По некоторым данным в 1937 году в парке был открыт Дом пионеров. Для этого было выделено аварийное здание Дома политпроса. Его руководителем стал Генрих Карчевский. Также он добился того, что часть зоны отдыха парка, а это 100х120 метров, выделили детям. Потом там заложили детский парк.