Гермиона Грейнджер. Самый недооцененный персонаж Поттерианы

Решила я перечитать многими любимый роман. В школе мы его не проходили, а вопросы, возникавшие когда-то, я никому так и не задала (тем более скорее всего ответы пришлось бы искать в библиотеках, не то что сейчас). Так вот волновала меня тогда и сейчас причина изменения имен для библейских персонажей.

Булгаков сознательно создаёт дистанцию между своим романом и евангельским текстом. Если бы перед читателем появился Иисус Христос, мы автоматически воспринимали бы происходящее как пересказ Библии. Но Булгаков создаёт собственную версию этих событий.

Поэтому Христос становится Иешуа — это имя, более близкое к его еврейскому звучанию. А Иуда Искариот превращается в Иуду из Кириафа. Само слово «Искариот», по одной из распространённых версий, означает «человек из Кериота», поэтому Булгаков как бы расшифровывает привычное прозвище, даже можно сказать переводит его более точно.

Такой глубокий подход не возник на пустом месте. Отец писателя, Афанасий Булгаков, был не просто священником, а профессором богословия и истории церкви. Он преподавал в Киевской духовной академии и занимался религией не только как вопросом веры, но и как предметом исторического исследования. В такой среде обсуждали происхождение текстов, историю раннего христианства, разные трактовки Евангелий.

Сам Булгаков уже позже читал работы историков религии, в том числе Эрнеста Ренана, который пытался увидеть за церковной традицией живого исторического человека. Иешуа в романе похож именно на такого человека: не на величественную фигуру с икон, а на странствующего проповедника, который разговаривает с людьми о добре, истине и страхе.

Хотите рассказ, от которого у вас точно пойдут мурашки?

Но при этом в нем не будет ни вампиров (да кто их сейчас боится? Спасибо блестящим, как шары с дискотеки, Калленами и их «маме» Стефани Майер), ни маньяков, ни убийств.

А вместо этого перед нами будет картина милой английской семьи с любящим мужем-доктором, снимающей на лето уединенное английское поместье аля Джейн Остин.

Знакомьтесь – Шарлотта Гильман «Желтые обои».

В основе рассказа – опыт «лечения» Шарлоттой послеродовой депрессии с помощью популярного в те годы метода rest cure (лечение покоем) под руководством доктора Сайласа Митчелла, изобретателя метода.

Дело в том, что XIX – и даже частично XX ом веке считалось, что интеллектуальная деятельность вредна для женщины. Долгое время шли серьезные дебаты – не сделает ли высшее образование женщину бесплодной. Ведь кровь от детородных органов будет приливать к мозгу (интересно, о мужчинах ничего подобного никогда не говорили. Видимо, по мнению врачей тех лет, у мужчин крови должно было хватить на все).

«Лечение покоем» применялось в основном к женщинам среднего и высших классов (что очевидно, поскольку женщина низшего класса даже если хотела отдохнуть – такой возможности не имела).
В «лечение покоем» входило:

1. Полная изоляция. Пациентке запрещалось общаться с людьми, выходить из дома, проводить время с семьёй или друзьями.

2. Постельный режим 24 часа в сутки. Пациентку укладывали в постель и не позволяли вставать.

3. Обильное питание, часто насильное, с включением жирной пищи.

4. Массаж и электротерапия.

5. Запрет на любую умственную деятельность. Пациентке не разрешалось читать, писать, рисовать, заниматься творчеством — вообще ничего интеллектуального.

Несколько месяцев следования этой методике – и Шарлотта почувствовала, что сходит с ума.

Она успела сбежать, и в последствии написала о своем опыте рассказ.

Сюжет

Этот рассказ страшен тем, что в нем…не происходит ничего страшного. Муж героини искренне любит ее и всячески заботится о ее здоровье. Ведь он врач и определенно лучше знает, что ей нужно. И только из любви к ней отказывается слушать, когда она говорит ему, что ненавидит желтые обои в их спальне в съемном доме или что хочет поехать в гости.

Суть в том, что героиню очень любят и очень о ней заботятся. В первую очередь муж (он же ее лечащий врач) и сестра мужа.


А вы после этого говорите о злых золовках…

Муж у нее тоже чрезвычайно заботлив.


Есть романы о преступниках, похитителях и их удержанных в подвалах жертвах. Один из них мне особенно нравится – Джон Фаулз «Коллекционер».

Но если задуматься, у Миранды из «Коллекционера» было две вещи – надежда и право ненавидеть своего похитителя.

И вообще, если задуматься, называть вещи своими именами – это само по себе освобождает. Хотя бы мысленно. Звать тюремщика – тюремщиком (а не любящим мужем), камеру – камерой. Тогда по крайней мере у тебя сохраняется крошечное «личное пространство». Пусть оно только в собственной голове, но все же.

У героини нет и этого. Ее могут не слишком контролировать снаружи, но внутри нее сидит контролер. И этот контролер говорит: «Ты неблагодарная! Он заботится о тебе, а ты не ценишь его заботу!».

Интересно, что рассказ про патриархат в его «ласковой» форме. Но очень легко накладывается и на детско-родительские отношения (тем более, отношение Джона к героине – это не отношение мужа к жене, а, скорее, отношение родителя к ребенку).

Любовь, в которой ты не человек, а «объект заботы». «Я лучше знаю, что для тебя хорошо».


Героиня не имеет права голоса, но обязана заботиться о своем тюремщике. Ведь это долг любящей жены.

Заключенный, вынужденный благодарить за свой плен, целовать кандалы – и заботиться о тюремщике.

Я могла бы пересказать, чем закончится война героини с любящим мужем и желтыми обоями, но рассказ итак всего четыре страницы.

Прочитаете – обязательно вернитесь под этот пост поделиться впечатлениями!

А вы сталкивались с любовью, где у вас нет выбора?

Фэнтези…С одной стороны, замечательный жанр – здесь можно все! Альтернативный мир позволяет не привязываться к реальной истории – ты можешь брать любые детали реального средневекового быта по желанию, а можешь придумать свои. Средневековый рыцарь с мобильным телефоном? Всегда пожалуйста (только дай мало-мальское объяснение). Пусть короли летают на прирученных драконах, а дамы осваивают магию в промежутке между уроками танцев и вышиванием.

Лучший жанр, я считаю.

Но, увы, фэнтези стал одним из жанров, где, как считают многие авторы, можно вообще не стараться. Магия – универсальная заплатка на все. Магия и устроит проблему, и решит ее. И даже поступки персонажей объяснять не надо. Магия, и все тут. Почему героиня должна выйти замуж за этого персонажа? Потому что магический договор. Почему герой должен сделать то-то и то-то – магия. А если откажется, что случится?

Обычно персонажи об этом не задумываются. Потому что в противном случае это уже сам по себе сюжет.

Для сравнения – заезженная тема с Пророчеством. Герой должен победить зло, потому что так сказано в Пророчестве.

У Джоан Роулинг пророчество произносит не какой-нибудь древний старец, а полубезумная женщина, злоупотребляющая алкоголем. И сбылось оно только потому, что злодей в него поверил. Более того – он сам его «сбыл» («Темный Лорд отметит его как равного себе»). Пророчество не предопределяет судьбу Гарри («Не способности решают твою судьбу, а выбор, который ты делаешь»).

Более того, оно еще и трансформируется в обратное. «Ни один не может жить спокойно, пока жив другой»…Только Гарри – крестраж Волан де морта. Сам по себе «якорь» его бессмертия. Следовательно, на самом деле все наоборот – один живет только пока жив другой.

Недавно я нашла рок-мюзикл «Пирамида» (есть вк, но только в аудиоформате).

Музыка замечательная, поют прекрасно. Но один минус.

Сюжет.

Итак, мы имеем древнее государство Гиперборея (вторая по популярности после Атлантиды у авторов фэнтези). Когда-то было создано Пламя Жизни. «Всевозрождающий Огонь», который лечит все болезни, возвращает молодость старикам и совершает множество чудес.

Согласитесь, уже может быть темой для конфликта. Если всем старикам возвращать молодость, то люди потенциально могут…жить вечно. А если все бессмертны – значит, неизбежно перенаселение.

А если не омолаживать всех – неизбежны возмущения.

И по каким критериям тогда решать?

Война вокруг огня в сюжете исключена благодаря тому, что Огонь подчиняется только потомкам своего создателя. Правители Гипербореи, которые правят государством уже не одно тысячелетие.

Чувствуете, что не так?

Рюриковичи правили семь веков. От полулегендарного Рюрика до вполне реального Ивана Грозного. И за эти семь веков чего только не происходило. Раздробленность, княжеские междоусобицы, монгольское иго, немецкие рыцари на Чудском озере, объединение русских земель и выбор, какой город станет центром – Москва или Новгород.

Романовы правили триста лет. И тоже – смуты, интриги, заговоры. Кризис династии после смерти Петра Первого. Бездетная Анна Иоанновна, не оставившая наследников и свергнутая Елизаветой Петровной. Петр Третий, свергнутый Екатериной.

Здесь же нам дают государство, которое тысячелетия живет в полном покое и стабильности. Всем правит одна династия.

Борьба за престол исключена заранее. Короля определяет волшебный Кристалл в День Назначения.
Правда, он же определяет и судьбу других сыновей, если таковые имеются.

В мюзикле Назначения ждут два брата – Гелас и Менас. Менас тщеславен, амбициозен. Он жаждет власти и быть королем. Геласу это не нужно – он хочет изучать древние свитки прежних цивилизаций.
И Кристалл определяет их так, как они и хотели.

А если бы нет? Если бы Кристалл посадил на трон Геласа, а старшему брату повелел быть моряком?
Все предопределено – но при этом ошибка невозможна.

А если, допустим, кто-то из предков принцев «загулял» от законной жены? В реальной истории – сплошь и рядом. И незаконные принцы и принцессы всходили на престол.
Или пытались, как Елизавета Тараканова.

Не может мир тысячелетия существовать в неизменном состоянии. Никак.

Даже Нарния Льюиса чего только не пережила. Белую Колдунью, «золотой век» с Питером, Сьюзен, Эдмундом и Люси. А когда те вернулись в свой мир, не основав династии в Нарнии, она попала под власть воинственных тельмаринцев. В итоге новым королем становится тельмаринец Каспиан.
Это притом, что Нарния – один из примеров в принципе статичного «идеального» государства, где Асланом уже заложен идеальный порядок и гармония.

«Пирамиду» я пока не осилила.

Но если захотите лучше познакомиться с Гипербореей – позвольте представить художника Всеволода Иванова.

В литературе немало матерей – много идеализированных, как в «Маленьких женщинах» или повести Л. Толстого «Детство». Интересно, что идеальные матери зачастую – умершие матери. Что в принципе логично. Проще идеализировать Лили Поттер, чем миссис Уизли. Живой человек по определению не идеален, тем страннее требовать идеальности от родителей.

Мать в повести «Детство» идеальна, потому что мы смотрим на нее глазами ребенка, для которого она – далекий ангел, которому он целует ручку утром, и который благословляет его вечером. То есть живая она для него не более доступна, чем умершая.

У каждого свой список худших литературных матерей – Анна Каренина (бросила сына, не любила дочь), госпожа Бовари (безразлична к дочери Берте), Скарлетт о Хара (впрочем, здесь можно поспорить).

А вот матерей, которых читатель мог бы похвалить не так много.

А я это сделаю.

И лучшей матерью в литературе я бы назвала…миссис Гриффитс из романа Теодора Драйзера «Американская трагедия».

Драйзера почему-то в основном знают по «трилогии желания» - «Финансист», «Титан», «Стоик». Честно скажу, начала, но не осилила. Финансы – явно не моя тема.

А вот личные истории, психология, внутренний конфликт – это дайте и побольше!

Роман «Американская трагедия» совершенно не заслуживает названия «Американская». Эту историю можно экранизировать в любых локациях – от древнего Рима до СССР, современной России или современной Америки. Кстати, в локациях СССР такая история уже есть. Фильм называется «В четверг и больше никогда». Который считают самым страшным советским фильмом, хотя там герой убивает только косулю. Но выбор между состоятельной столичной женщиной и беременной от него провинциалки тоже решается не в пользу Долга, а в пользу «красивой жизни».

Молодой человек мечтает о «красивой жизни». Ничего страшного по сути – это то, чего хотят все. Ведь дорогие вещи – это еще и элемент престижа. Заставить себя уважать швейцарскими часами – глупо, но понимаемо.

Клайд Гриффитс родился в семье уличных проповедников (нет, не тех, кого сейчас в России запретили) и с ранних лет вместе с братьями и сестрами ходил по улицам и пел псалмы.

Понятно, что удовольствия им это не доставляло.

Супруги Гриффитс – люди не злые, но наивные. И, пожалуй, их главный грех – непонимание, что, если они мыслят так, это не значит, что так мыслят все.

И все же я назвала миссис Гриффитс лучшей матерью в литературе.

Поддержала дочь

Первой из этих воспитанных в религиозном гнезде птенцов оступилась дочь Эста – сбегает с мужчиной до брака.

Гриффитсы-старшие сожалеют о ее поступке, но не проклинают и не вычеркивают из семьи.

молиться утром, в полдень и вечером, чтобы никакое зло не постигло ее. Да,
хотела бы я, чтобы она этого не делала, - прибавила она без всякой связи
со всей предыдущей речью, очевидно, думая не о стоящих перед нею детях, а только об Эсте.

И через какое-то время Клайд замечает, что мать куда-то ходит. Решает проследить.

Оказывается, ходит она к вернувшейся после своих приключений Эсте.

Ее любимый бросает ее в отеле – даже не заплатив за проживание. Эста вынуждена отрабатывать проживание посудомойкой, но денег не хватает, и она пишет матери. Мать занимает где только можно – и едет к ней. Расплатиться с хозяином гостиницы и привезти Эсту домой.

Но возвращается Эста беременной.

И религиозная женщина, для которой отношения до брака – великий грех, не только не отворачивается от дочери, но и всячески заботиться о ней и ее ребенке. Хотя сам факт, что в религиозной семье дочь «принесла в подоле», должен был стать ударом по их репутации.

Но репутация – последнее, что волнует миссис Грифитс.

Кстати, линия с Эстой лишний раз раскрывает эгоистичность Клайда.

Мать приходит к нему просить денег для Эсты. Деньги у Клайда есть – только вот не для матери и не для сестры. Его мысли заняты девицей по имени Гортензия Бриггс, а она требует у него дорогой меховой жакет. Взамен обещает быть «очень мила с ним» (нам, кстати, намекают, что у Гортензии есть довольно жесткий прейскурант. Вечер с танцами – столько-то. А хочешь большего – придется раскошелиться).

И Клайд выбирает Гортензию и ее будущую благосклонность, а не мать и сестру.

Так он всю книгу будет выбирать удовольствие «здесь и сейчас», а не Долг, ответственность и другие…незнакомые слова.

Защищает Клайда

И вот более серьезный удар – ее сын обвинен в убийстве беременной от него девушки.

Он соблазнил девушку до брака (что думала об этом Эста, Драйзер, к сожалению, умолчал), а когда надоела – решил от нее избавиться, чтобы жениться на богатой.

Миссис Грифитс свято верит в его невиновность (хотя ее можно понять – ведь осознание, что Клайд действительно это сделал, должно было разрушить весь ее мир) и до конца сражается за сына. Готова дать интервью журналистам, облизывающимся на сенсацию – лишь бы дали деньги поехать к сыну. Дает лекции, чтобы заработать на адвокатов.

Является опорой семьи

Уже по этим отрывкам можно понять, что миссис Грифитс – опора семьи. Не ее муж – она. Она заботится об оторванном от реальности мужа, о детях – в том числе оступившихся, о внуке. Она религиозна, но любовь к Богу у нее никогда не затмевает любовь к детям.

Да, она не идеальна, и до последнего не видит их настоящих. Она идеалистка – но не лишенная здравого смысла.

Единственное, чего мне не хватило – кризиса веры.

Она всегда старалась жить по заповедям и тому же учила детей. А ее дочь сбегает с мужчиной до брака, а сын и вовсе совершил убийство.

В спектакле «Любишь – не любишь», героиня в какой-то момент кричит небесам: «За что, Господи?? Я ль не терпелива? Я ль не работяща?».

Мне кажется, такой же крик от миссис Грифитс после того, как она поймет, что сын действительно планировал убить беременную от него девушку, будет выглядеть уместно. Она учила детей избегать греха – а сын совершил самый страшный. И больше сожалеет о своей судьбе, чем о совершенном.
Но в западной литературе почему-то нет пафоса богоискательства, сомнений и вопросов в стиле («Если Бог есть, то почему страдают дети?»).

Так что, мне кажется, «Американская трагедия» заслуживает экранизации – но я бы сделала упор на образ матери, и на то, как поступок Клайда становится катастрофой и для его семьи.

А вы читали «Американскую трагедию»? Что думаете о миссис Грифитс?

Дамблдор, Дамблдор…Кажется, по нему уже не прошелся только ленивый. Даже отдельное движение возникло – Дамбигад.

Его обвиняют в манипуляциях, в том, что в процессе борьбы с Темным Лордом он сам готов жертвовать своими пешками.

Я не присоединяюсь к этому движению. Все-таки Лорд Волан де морт со своей свитой уже угробили неизвестно сколько людей – волшебников и магглов.

Кстати, почему никто не помнит, что во время прихода Лорда к власти пожиратели убили семью магглов из пяти человек? Об этом мы узнаем из выпуска «Поттеровского дозора». Убили просто так – ради развлечения.

Знаете, чем особенно хороша Поттериана на мой взгляд? Джоан Роулинг в ней взяла все известные архетипы и штампы и перевернула их так, будто их никогда и нигде раньше не было.

Гарри Поттер – Герой, в финале жертвует собой ради блага всех.

Волан-де-морт – злодей. Мечтает о власти и бессмертии.

Дамблдор – мудрый старец, который наставляет главного героя (аля Гендальф).

Есть у нас и Пророчество, в которое все верят, и оно гласит, что Злодея может победить только Избранный.

Кстати, фокус с Пророчеством до Джоан Роулинг не использовал только ленивый. Но очень часто это просто сюжетная заплатка. «Почему? Да потому что пророчество!».

Однако у Роулинг все наоборот. Во-первых, Пророчество произносят не древние старцы, а полубезумная женщина, которая то ли прорицательница, то ли нет. Более того, сбылось оно только потому, что сам Волан-де-морт в него поверил.

Волан-де-морт при близком рассмотрении – обиженный на весь мир мальчишка.

И Дамблдор – далеко не мудрый волшебник Мерлин, хотя порой и кажется, что у него все под контролем, и даже когда все идет не по плану оказывается, что это было частью плана. Он – человек.

В седьмой книге его прошлое раскрыто максимально. Его юношеские амбиции и планы по захвату власти над магглами, его дружба с Грин-де-вальдом (дружба! Дружба!!). Чувство вины за гибель сестры Арианы.

Кстати, Дамблдор много лет оттягивал дуэль с Грин-де-вальдом. Как вы считаете, какая мотивация для этого интереснее – страх узнать, что это он убил Ариану, или «клятва на крови», которую подарил нам фильм?

На мой взгляд, первое. Я всегда за внутреннюю мотивацию и психологию.

Однако я решила встать на позицию прокурора для «лучшего директора за всю историю Хогвартса». И вот, в чем бы я его обвинила.

Волан-де-морт

Дамблдор пришел за маленьким Томом Реддлом в сиротский приют. И знакомство начал с поджога его шкафчика…

Да, мы понимаем, что перед нами далеко не маленький ангелочек. Он уже в свои одиннадцать лет умеет манипулировать и запугивать, пользуясь своей силой.

Но – ему одиннадцать.

Везде говорят, что проницательный Дамблдор видел юного Тома Реддла насквозь.

Ну молодец. Но что делал Дамблдор как учитель с тем, что видел?

Ответ: Ни-че-го.

Будущий Волан-де-морт учился в Хогвартсе семь лет. Семь лет у Дамблдора была полная свобода на него влиять. Так, как он влиял на юного Гарри.

Дамблдор говорил, что Волан-де-морт в школе сблизился только с одним учителем – Горацием Слизнортом.

Но мы понимаем, что Слизнорт – персонаж неоднозначный. Слабый и тщеславный человек, намеренно окружающий себя будущими «звездочками» - или тех, кого считает таковыми.

Явно не тот воспитатель и старший наставник, который нужен Тому Реддлу.

Кстати, как мне кажется, одному Слизнорт Тома Реддла научил – как обычного человека тебя никто любить не будет. Ты должен быть особенным. Быть «звездой».

Но и Дамблдор не постарался завоевать доверие Тома Реддла или стать ему другом. Пока это было возможно.

Согласитесь, есть большая разница между: «Я вижу тьму в твоей душе» и: «Я вижу, что тебе трудно, и хочу тебе помочь».

Кстати, герой-наставник и антагонист нередко в прошлом рассорившиеся друзья. Но здесь это Учитель и Ученик…

Более того, меня смутила фраза Дамблдора из сцены, где Гарри впервые узнает о прошлом своего врага.

Мальчик, которого Лорд лишил родителей и нормального детства, которого пытается убить едва ли не каждый год, вдруг начинает сочувствовать ему, узнав, что он остался сиротой.

Дамблдор поднял брови:
— Уж не жалеешь ли ты лорда Волан-де-Морта?»

Довольно странный вопрос для носителя Добра (не менее странный, чем претензия в адрес Меропы, которая умерла не по своей воле). И Гарри быстро открещивается - мол, нет, не жалеет. Хотя жалел он в тот момент не своего врага, убившего его родителей, а того мальчика, которого бросил отец, и чья мать оказалась слишком слабой, чтобы позаботиться о нем.

Но с учетом того, что я писала выше – Гарри даже после того, как остался сиротой из-за Волан-де-морта нашел в себе душевные силы для сострадания к тому мальчику Тому Реддлу (и найдет их в сцене финальной схватки, которую так бездарно сняли в восьмом фильме. Вместо психологической дуэли – катание по земле с последующим рассыпанием Лорда в перхоть). А Дамблдор, который видел этого мальчика задолго до первых убийств – нет.

Вообще Дамблдор и сострадание на самом деле сложно сочетаются.

Снейп

Еще одна частая претензия фанатов – манипуляция чувствами Снейпа к Лили.

Но меня удивляет еще прошлая их встреча, на которой Снейп умоляет защитить Лили.

«А что я получу взамен?».

Думаю, Дамблдор уже тогда сложил два и два, и подумал, что Снейпа можно использовать как шпиона в рядах Пожирателей смерти.

Впрочем, его отчасти можно понять – не каждый день к тебе приходит тот, кто служит твоему злейшему врагу, и просит о помощи. И это не кто-то, а один из ближайших приближенных твоего врага, который имеет к нему постоянный доступ.

Кто во время войны проигнорирует оружие, которое само идет в руки?

Но и здесь Дамблдор порой неприятно удивляет.

— В последнее время — только те, кого я не мог спасти. — Снегг поднялся. — Вы меня использовали.
— То есть?
— Я шпионил ради вас, лгал ради вас, подвергал себя смертельной опасности ради вас. И думал, что делаю всё это для того, чтобы сохранить жизнь сыну Лили. А теперь вы говорите мне, что растили его как свинью для убоя…
— Это прямо-таки трогательно, Северус, — серьёзно сказал Дамблдор. — Уж не привязались ли вы, в конце концов, к мальчику?"

Бузинная палочка

Кстати, о Снейпе.

Дамблдор велел Снейпу убить его, чтобы Бузинная палочка не досталась Волан-де-морту.

Только вот…

Бузинная палочка повинуется тому, кто одержал верх над ее предыдущим хозяином.

Любой дурак поймет, что в тот момент, когда Волан-де-морт это поймет, и поймет, кто хозяин Бузинной палочки – судьба Снейпа предрешена. Ни верность Снегга, ни его прежние заслуги - ничто не остановит Волан-де-морта от желания заполучить полную власть над Бузинной палочкой.
Дамблдор не мог не понимать этого.

Так что, выходит, и Снейп должен был стать необходимой жертвой во имя «общего блага» (недаром они дружили с Грин-де-вальдом. Недаром).

Кстати, о его отношении к Гарри…Тут все тоже не так однозначно. С одной стороны, понятно – Гарри стал крестражем. Чтобы убить Волан-де-морта нужно уничтожить все крестражи. Значит, так или иначе – и самого Гарри.

Но когда перечитываешь сцену из первой книги, где Дамблдор говорит: «смерть — это всего лишь новое великое приключение», зная, какую участь директор ему готовил…становится не по себе.

Школа – место подготовки «спецназа»

Давайте скажем честно – Дамблдор не директор школы в традиционном понимании.
Административную работу по управлению школой чаще всего выполняет Макгонаггл.

Иногда кажется, что Хогвартс для него – это его личная школа для подготовки «спецназа» для борьбы с Волан-де-мортом. Члены Ордена все как один – его бывшие ученики. Преданные ему и полностью ему доверяющие. Не подвергающие сомнению ни одного его слова.

И вообще, если посмотреть все семь книг, то сколько найдется, в которых Дамблдор выполняет свои обязанности от первой до последней страницы?

Не поверите – в первой, третьей и четвертой.

Ну ладно, седьмую брать не будем - Дамблдор в ней не руководит Хогвартсом по уважительной причине. Умер. Хотя и его смерть, как оказалось, была спланирована им же.

1. Вторая - отстранен из-за снова открытой "Тайной комнаты"
2. Пятая - сбежал.
3. Шестая - его не отстраняют, но Дамблдора опять полгода нет в школе, потому что он занят более важными делами. Крестражи ищет.

Учителей он набирает по тому же принципу – насколько полезен для войны с Волан-де-мортом. Сибилла Трелони, например, как педагог абсолютно бесполезна. Хотя так-то она и для борьбы с Лордом бесполезна, и держат ее, кажется, только «на всякий случай». Вдруг еще какое-нибудь пророчество выскажет.

Такое ощущение, что административная работа...не для него. Руководство школой кажутся ему скучными. Всю основную работу делает Минерва Макгонагалл. Он великолепный стратег, шахматист - Темному Лорду с ним не тягаться в этом вопросе. Но вот управление школой - это явно не его.
Все-таки Вселенная Гарри Поттера – гениальна. Простой сюжет – Злодей, Пророчество, Избранный. Но в каждого из персонажей автор «вдохнула» жизнь. Каждый ведет себя как живой человек со всеми своими слабостями. И книги взрослеют вместе с читателем. Хороший персонаж не всегда поступает хорошо, а плохой – не всегда плохо.

Кстати, если хотите «взрослую» версию Поттерианы (Гарри Поттер на работу пошел), то рекомендую – «Ночной дозор»!

Если глава «хороших» действует теми же методами, что и глава «плохих», если также жертвует своими пешками – значит, настолько ли большая между ними разница?

8 марта все ближе…Наверное, неплохой повод поговорить о писательницах-женщинах.

У нас в городе каждый месяц проводится необычное мероприятие – литературный петанк. Это, по сути, обсуждение книги (или нескольких рассказов), где зрители – не просто пассивные слушатели, а активные участники.

Более того, тему следующего петанка может предложить любой! Не факт, конечно, что выберут именно твой вариант, но все же. За несколько лет мне повезло дважды – на разбор попадали именно книги, которые нравятся мне – Джон Фаулз «Коллекционер» и Альберто Моравиа «Презрение».

А вот с моим самым любимым автором, увы, не везет…Джейн Остин. «Слишком классика и слишком женское».

Хотя тут можно поправить – слишком английское.

Джейн Остин почему-то получила статус – автор для «девочек-девочек». Лежит такая «девочка-девочка» в розовой пижаме с единорогом на розовой постели и пишет в личном дневнике, как ей нравится мальчик из параллельного класса. А на книжной полке рядом с другими любовными романами стоит «Гордость и предубеждение»…

Но это, конечно, мягко говоря, чушь.

Надеюсь, мне удастся убедить вас, что Джейн Остин – это не «романы для девочек» 19 века. Просто надо знать, как ее читать.

Ирония

Джейн Остин – это благородная леди, с которой вы мило попьете чай, а по дороге домой поймете…что над вами весь вечер смеялись. А ее книги – это пудинг из иронии с ироничной начинкой и иронией политый. Недаром Элизабет Беннет – ее альтер-эго из «Гордости и предубеждения» - не кисейная барышня, падающая в обморок, а трезвомыслящая ироничная особа, унаследовавшая от отца ироничный взгляд на все.

Большая часть произведений Джейн Остин – это именно пародии. «Любовь и дружба» - пародия на романы в письмах. «Нортнегерское аббатство» - на готические романы. А «Мэнсвилд парк» - на роман-воспитание.

Кастовое общество

Джейн Остин живет в мире, где «социальный лифт» почти отсутствует – и не только потому, что лифт еще не изобрели. И не только в том смысле, что крестьянину никогда не стать джентльменом – хотя чисто теоретически, возможно. Один из примеров – сэр Уильям Лукас из «Гордости и предубеждения». Торговец, который получил дворянство. Но помните, что говорит о нем мисс Бингли в знаменитом сериале 1995 года: «Я уверена, что у него был хороший магазин до получения дворянского звания»?
Мне повезло пообщаться с женщиной, которая прекрасно знает эпоху Джейн Остин, и писала довольно развернутые комментарии. Разъясняла по полочкам всю сложную иерархию тогдашней Англии. Кто с кем мог общаться, кто с кем мог вступать в брак.

Я вспоминала книги о России-матушке. Короленко «Дети подземелья», где сын городского судьи (!) заводит дружбу с нищими детьми, которые живут в склепе, и на слова мальчика, что они ему не компания – его отец пан судья, он говорит: «Так ты со мной играть будешь, а не с отцом». Где Петр Первый набирает себе окружение без оглядки на происхождение, а сам берет топор и идет строить корабли.

Англия – мир совершенно другой. И романы Остин – это «энциклопедия британской жизни».

Насчет женщин понятно – замужество единственный путь. А в случае с сестрами Беннет нет даже возможности унаследовать имение отца, так что после смерти мистера Беннета – с вещами на выход.
Бесприданниц замуж берут неохотно, а кроме замужества для девушки два мало-мальски пристойных пути – стать гувернанткой или компаньонкой, какой была Фанни в «Мэнсфилд-парке» (а взяли ее в дом не приемной дочкой, а будущей компаньонкой).

Но ведь и у мужчин все не так просто!

Имение и титул достается только старшему сыну. А младшие идут либо в офицеры, либо в священники, либо в адвокаты.

Да и церковные приходы раздаются «своим». Чаще всего родственникам.
В «Мэнсфилд парке» приход в итоге достается Эдмунду – младшему сыну сэра Бертрама.

Поэтому мистер Коллинз готов просто ножки целовать высокомерной леди Кэтрин де Бер – за то, что получил в ее владениях церковный приход. А приход – это «хлеб с маслом», да еще и дом.

Выгодное замужество обеспечивало на всю жизнь не только саму девушку, но и всю ее родню. Как обеспечивал семью Элизабет мистер Дарси, а сэр Бертрам – сестер своей жены.

Офицерский патент стоил денег. Стать юристом – тоже. Получить право выступать в суде – плати отдельно.

Таким был мир Джейн Остин, и она принимала его таким, как есть.

Разум

Многие посмеиваются над тем, что у Джейн Остин один спойлер на все книги – все переженились и жили долго и счастливо.

Сама Джейн так и осталась незамужней. Но не по убеждениям. В двадцать лет она была обручена с молодым человеком. Однако оба происходили из семей без состояния, и родители с обоих сторон надеялись поправить свои дела с помощью выгодных браков. Джейн выбрала благоразумие и интересы семьи, поэтому отказалась от замужества – как впоследствии сделала героиня романа «Доводы рассудка».

Путь Разума у Джейн Остин всегда приводит героиню к счастливой развязке, достойному замужеству и так далее. А вот к излишней эмоциональности, чувствительности и импульсивности в ее книгах отношение чаще отрицательное. Побег Лидии Беннет с офицером, едва не поставивший под удар всю семью, тому пример.

Кстати, интересно, что мисс Остин никогда не ставит героинь перед выбором – когда богатый жених старый, мерзкий или негодяй, а бедный наоборот – положительный во всех смыслах. Мистер Дарси и мистер Бингли молодые, красивые, умные джентльмены – вдобавок при деньгах. А красивый обаятельный, но бедный Джордж Уикхем, в которого Элизабет поначалу влюбляется, оказывается «с гнильцой».

Не обретшая личного счастья Джейн Остин одарила личным счастьем буквально всех своих героинь.
А люди продолжают ее читать. И – что в наше время практически показатель успеха – писать на нее фанфики. От «Независимость Мэри Беннет» Колин Маккалау до «Гордость, предубеждение и зомби» Сета Грэма-Смита.

Кстати, если будет время, могу попробовать написать рецензию на фильм по этой книге. Потому что знакомство с книгой меня не развеселило, а, скорее, шокировало. Тем более, что все равно текст на 80 % состоит из оригинальной «Гордости и предубеждения».

Сериал Гарри Поттер HBO вообще с самого начала вызывает массу вопросов, ведь у создателей дебет с кредитом не сходится, как говорится в одной поговорке. Ну смотрите: нам обещают оригинальный продукт, но зачем-то забирают грим и костюмы из фильмов (а они авторские заплатили?). Сообщают, что история будет максимально близка к первоисточнику, к книгам мамы Ро. Но при этом в сериале ожидаются сцены, которых не то что в фильмах - в книгах не было!

Однако самые большие вопросы и недоумение вызывает кастинг Гарри Поттера. Да-да, я сейчас про давно утвержденного нового актера на роль Северуса Снейпа. Хотя уже с прошлого года известно, что это будет Паапа Эссьеду, мне кажется, тема не утихнет в принципе. Мы же помним, да, как выглядел Снейп из фильмов?