Вторая жизнь песни: как известные музыканты переосмысливали чужие композиции

У Кита Ричардса есть одна замечательная и забавная история про то, как Мик Джаггер писал песни. Не потому, что она выставляет Мика в невыгодном свете, а потому, что очень уж узнаваемо описывает одну особенность человеческой памяти.

Кит рассказывал, что Мик в какой-то период времени любил ходить по клубам, слушать музыку, впитывать всё вокруг. И иногда происходило следующее: Джаггер слышал где-нибудь мелодию, через неделю забывал, где именно её услышал, а потом начинал считать, что придумал её сам.

Иногда Ричардсу приходилось его останавливать: мол, Мик, погоди, это же уже было, ты это где-то услышал. Причём, по словам Кита, случалось и наоборот. Он мог показать Мику собственную музыкальную идею, они немного её обсудят, попробуют что-то с ней сделать и отложат. А через неделю Джаггер возвращается и радостно сообщает, что написал новую песню. Ту самую, которую ему перед этим показывал Кит.

Ричардс, впрочем, не считал, что Мик делает это намеренно. Он называл его чем-то вроде губки, которая впитывает всё вокруг. И, пожалуй, это довольно точное описание того, как вообще работает творческая память: мы постоянно что-то слышим, видим, запоминаем, а потом забываем, откуда именно взялась та или иная идея.

У этой истории есть ещё один забавный эпизод, связанный с многим известной песней Rolling Stones Anybody Seen My Baby?, вышедшей в 1997 году. В какой-то момент Кит включил запись дома, а его дочь Анджела и её подруга начали подпевать мелодии Constant Craving певицы k.d. lang. Они услышали сходство припева, которого сами музыканты до этого не заметили. В результате k.d. lang и соавтор песни Бен Минк получили авторские отчисления. Кит рассказывал, что до этого момента они с Миком не осознавали сходства.

Это, конечно, не доказывает, что Джаггер услышал именно эту песню в клубе и потом забыл об этом. Но история с клубами и музыкальной памятью действительно существует отдельно — и рассказал её именно Кит.

Чем больше думаешь об этом, тем интереснее становится. Вот правда: где заканчивается собственное творчество и начинается переработка всего, что ты когда-либо слышал? Можно ведь совершенно искренне придумать мелодию, которая уже существует, просто потому, что когда-то она отложилась в памяти и благополучно забылась. А если ты Мик Джаггер, то у тебя хотя бы есть Кит Ричардс, который вовремя напомнит, что эту песню вы уже где-то встречали.

Или все дело во вдохновении?

Я, к примеру, замечала такую вещь: когда нам в школе задавали писать стихи, легче было сделать это, почитав стихи каких-нибудь поэтов. Я не знаю, что это: подключение к поэтическому полю, настройка на стихотворный ритм или что-то еще, но я точно знаю, что это работает, проверено не раз.

Или после того, как начитаешься классической литературы, так и манит поговорить в манере: «Прошу покорно извинить, милостивый государь, извольте и соблаговолите»))) Это очень забавно и весело.

В общем, с вдохновением всё непросто. Иногда оно приходит откуда-то свыше, иногда — из прочитанной книги, иногда — из музыки, которую ты слышал давным-давно и уже забыл. Почитал поэтов — и уже сам говоришь стихами. Начитался классики — и вот ты уже соблаговоляешь и изволишь. Послушал музыку — и вдруг обнаружил в голове отличную мелодию. Хотя Кит Ричардс на всякий случай всё-таки нужен))

Когда я впервые услышала Cool Cat группы Queen, я решила, что поёт женщина. Причём не просто женщина, а какая-то невероятно расслабленная, томная дива, которой вообще некуда спешить. А потом выяснилось, что это Фредди Меркьюри.

И вот тут у меня возник вопрос: Фредди, зачем?! Ты же можешь голосом снести крышу стадиону, а тут изображаешь загадочную даму из соседнего будуара.

«Cool Cat» - это композиция из альбома Hot Space 1982 года. Песня получилась совсем не такой, какой привыкли слышать Queen: мягкий фанковый грув, расслабленная манера исполнения и Фредди, поющий в очень высоком регистре. Не привычный рок-вокал, не театральный размах, а почти невесомый, скользящий голос.

И самое интересное: в записи участвовал ещё и Дэвид Боуи! Да-да, тот самый Боуи, который вместе с Фредди записал Under Pressure (как будто только этим он и знаменит 🤭). Правда, в Cool Cat его вокал в итоге не оставили. Но это уже отдельная история.

Два человека, которые могли одним появлением перевернуть представление о том, как должен выглядеть и звучать рок-музыкант, — и оба совершенно не боялись играть с собственным образом.

Боуи вообще мог за одну карьеру побывать инопланетянином, гламурным провокатором и кем-то, для кого даже слово «эксцентричный» звучит слишком буднично. А Фредди? Фредди мог выйти на сцену в короне и мантии, а потом взять такую вокальную ноту, что ты начнёшь проверять, не переключился ли случайно трек на другую исполнительницу.

В общем, Cool Cat — это тот случай, когда Фредди Меркьюри настолько убедительно поёт фальцетом, что первые секунды ты даже не подозреваешь, кто именно находится у микрофона. Если вы ее не слышали, обязательно послушайте. Очень занимательно. Хотя эта песня явно не войдут в список моих любимых.

А у вас было такое с песнями, когда голос исполнителя совершенно не совпадал с тем, что вы себе представляли?

Сегодня я поняла, как называется мой любимый стиль в одежде. Всю жизнь я была не в курсе, что он имеет собственное название, а оно, между тем, есть.

И называется он не иначе как РЕВОЛЮЦИЯ ГОРОХОВОЙ КУРИЦЫ 🤣

Хотите верьте, хотите — нет. Но факт этот неоспоримый.

Потом, правда, оказалось, что я пока ещё не достигла уровня С2 в знании английского, а peacock — это павлин, если вдруг вы тоже не знали. Если не знали, вам же лучше — так гораздо интереснее.

А теперь чуть подробнее.

Мы с сестрой тут выбирали для себя стиль одежды, рассматривали разные направления и заинтересовались, как вообще называется именно то, что нам так нравится. Потому что это не совсем бохо, не совсем рок, не совсем винтаж, хотя всего этого там понемногу. И вот выяснилось, что в истории моды действительно есть такое понятие — Peacock Revolution или «павлинья революция».

В 1960-е мужская мода начала выбираться из унылого царства одинаковых костюмов, строгих галстуков и принципа «главное, чтобы было прилично». Мужчины вдруг вспомнили, что одежда может быть красивой, нарядной, театральной и вообще необязательно должна выглядеть так, будто её выбирал бухгалтер с тяжёлым характером.

В моду пошли бархат, яркие цвета, цветочные принты, огромные воротники, жабо, оборки, необычные силуэты. Мужчины начали носить вещи, на которые сегодня иной раз и женщина-то не каждая решится.

И вот мы стали примерять на себя эту историю. Представили, что павлинья революция происходит снова, прямо сейчас или мы каким-то образом оказались в тех временах.

Выглядываешь утром в окно, а там по улице идут мужчины в бархатных пиджаках, с жабо, в узорчатых рубашках, на каблучках. И это не какой-то один эксцентричный товарищ, которого провожают взглядами и снимают на телефон. Это просто мужчины идут по своим делам. Один в магазин, другой на работу в администрацию, третий, возможно, на революционное собрание по вопросам ширины воротника.

И вот ты слышишь: цок-цок-цок. Сейчас ведь даже женских каблуков почти не слышно. Все в кроссовках, кедах, обуви на плоской подошве. А тогда выглядываешь в окно — цок-цок, и понимаешь: мужчина идёт. На десятисантиметровых каблучках!

Причём никто не удивляется. Потому что так ходят все. Ну, почти все. Как сейчас никто не устраивает собрание жильцов из-за того, что сосед вышел с мусором в кроссовках.

И тут мы пошли дальше и стали примерять эти образы на знакомых мужчин. Представляли: вот этому — бархатный пиджак, этому — рубашку с жабо, этому — каблучки, этому — весь комплект, включая выражение лица.

И тут, к сожалению, выяснилось, что по красоте с Роджером Уотерсом и Фредди Меркьюри нашим знакомым мужчинам тягаться довольно трудно.

Певица и актриса Шер даже в свои 79 лет восторгает своим мощным голосом, артистичностью и внешними данными. Однако с самой молодости, по словам самой Шер, главным ее талантом было умение преподнести себя. Развить уверенность в себе американской девочке с армянскими корнями удалось далеко не сразу.

Марина Максимова, известная всем как МакSим, готовила свою автобиографию «Другая реальность» - книгу, которую ждали тысячи поклонников, оформивших предзаказы. Типография уже была готова печатать тираж. И вот, буквально за шаг до релиза, все рухнуло.

Певица сама рассказала подписчикам о случившемся, и от ее слов действительно становится не по себе. По ее версии, на нее, на издательство и на типографию оказали серьезное давление некие влиятельные люди, которых она называет «большими дядями». Просьба была настойчивой и, судя по всему, не терпящей возражений: книгу не выпускать.

Что же было в этой книге такого, что вызвало столь резкую реакцию? Марина планировала честно, без прикрас, рассказать о своих отношениях с влиятельными мужчинами, о предательствах со стороны близких людей и продюсеров, а также открыто заговорить о своей многолетней борьбе с зависимостью от алкоголя. Тема действительно болезненная и очень личная. И, судя по реакции «сверху», кому-то было, что терять от этой откровенности.

Поклонники и журналисты сразу начали строить догадки: чье именно имя могло так напугать людей, стоящих за давлением. Ведь одно дело - просто попросить не упоминать кого-то, и совсем другое - фактически похоронить целый проект, в который певица вложила душу. Значит, ставки были действительно высоки.

Самое печальное здесь то, что Марина даже не пыталась отстоять свою книгу. И дело не в слабости характера. Дело в том, что ей дали понять: под угрозой не только ее карьера, а нечто гораздо более важное.

«Под угрозой оказались мои дети и моя семья», - вот как коротко объяснила свое решение сама артистка.

Согласитесь, после такой фразы любые вопросы отпадают сами собой. Когда речь идет о безопасности детей, ни одна книга, ни один творческий проект не могут перевесить эту чашу весов. Любая мать на ее месте, скорее всего, поступила бы точно так же.

Для МакSим эта книга была далеко не просто очередным коммерческим продуктом. Это была ее личная терапия, попытка, наконец, выговориться после долгих лет молчания. Певица не раз признавалась, что годами держала боль внутри себя, и именно это в итоге привело ее к очень тяжелому периоду в жизни, включая реабилитацию. Книга должна была стать своеобразной исповедью, шансом сбросить с плеч груз прошлого и позволить себе быть настоящей, без масок.

Марина призналась, что верила, если она наконец расскажет правду о своих чувствах, то сможет освободиться внутренне. И отмена книги стала для нее не просто неудачей с изданием. Это удар по самому личному, что у нее есть.

Ни для кого не секрет, что Pink Floyd внесли значительный вклад в развитие музыки, используя инновационные подходы и сочетая различные музыкальные направления.

А еще Pink Floyd всегда были очень политизированными. Всю свою историю они боролись против несправедливости, войн, социального неравенства, коррупции, продажных политиков и т.д. Роджер Уотерс, один из основателей группы, до своего ухода из группы в 1985 году писал все тексты песен. Это, конечно, тема отдельного разговора, но сегодня речь не об этом.

В 1973 году Роджер был не совсем доволен записанным альбомом The dark side of the Moon.

Поэтому спустя 50 лет он ехал в метро и решил сделать все по-своему. Как сейчас модно говорить, закрыть гештальт.

И если в 1973 году в конце песни Eclipse были такие слова:


То в 2023 Роджер поменял их на:



Очень жизнеутверждающе, не правда ли?

При всей неоднозначности и противоречивости фигуры Роджера Уотерса, его конфликтах с другими участниками группы, одно можно сказать точно: он мало того, что сделал, как хотел, он еще и повернул свой (и слушателей) вектор в более позитивное русло.

В целом я сторонник того, чтобы сеять разумное, доброе, вечное. В мире и так слишком много негатива, чтобы мы еще и порождали его своими мыслями, эмоциями и высказываниями.

Знаете, как в той знаменитой истории о том, что когда буддистские монахи коллективно молились за весь мир, в тот период времени было зафиксирован действительно менее негативный фон, а происшествий было меньше.

Каждый из нас вносит свою лепту в тот мир, в котором мы живем. И если порадоваться цветочку окажется полезнее, чем поругать коммунальные службы, то почему бы не сделать это нашей регулярной практикой.

10 лет назад зрители осуждали артистов, выступающих под фонограмму. Через 5 лет они смирились с этим и даже полюбили эффектные шоу-программы с танцами и акробатикой. Но с появлением нейросети SUNO записывать фонограмму стало необязательно. Мы уже обсуждали феномен Алены Тарасенко, открывавшей рот под сгенерированную ИИ песню (пост можно найти на моей странице в Famabara). Сегодня речь пойдет о ее коллеге, которая пошла еще дальше.

ИИ-концерты

Алена не единственная певица, поющая цифровые песни цифровым голосом. В отличие от нее, Redjji выступает с такими треками на «живых» концертах, отрицая использование ИИ. Она утверждает, что пишет тексты и поет сама.

Да, в отличие от Алены Тарасенко, Регина (Redjji) пела и раньше. Изначально она была в составе команды репера T-killah, потом ушла в сольную карьеру и пела в стиле R&B. И если вы послушаете ее старые песни, сразу поймете, что в них звучит совсем другой (ее настоящий) голос. Интересно, что и голос, и манера пения, и сам репертуар резко изменились (у них появился сильно популярный сейчас «народный» стиль) ровно тогда, когда появилась та самая нейросеть SUNO. Эта программа способна создавать текст, музыку и даже звуковую дорожку по запросу пользователя.

И снова мы возвращаемся к этичности использования ИИ-музыки в медийном пространстве. Лично меня очень возмущает тот факт, что реальные люди приобрели билеты на выступление, где услышали цифровой трек, который могли послушать дома бесплатно. А веместо этого смотрели как артистка Redjji просто танцует и открывает рот.

Будущее музыки

Если честно, когда в чартах стало появляться все больше нейропесен, я думала, что через год-два они начнут приедаться публике, ведь многие из них ну очень похожи друг на друга. Но, по всей видимости, я оказалась неправа. Некоторые слушатели (особенно старшего возраста) просто не слышат разницу между настоящей и сгенерированной музыкой. Те же, кто эту разницу замечает, закрывают на это глаза, главное, чтобы песня нравилась. Стриминговые музыкальные сервисы сначала пытались бороться с ИИ-творчеством, но потом дали таким исполнителям зеленый свет.

Да, такое обилие «музыкального фастфуда» наносит ущерб живым талантливым артистам, но в глобальном смысле в этом нет катастрофы. Вопрос в другом. Важно, чтобы каждый сгенерированный ИИ трек особым образом помечался. И это касается не только музыкальных платформ, но в первую очередь таких исполнителей, как Алена Тарасенко и Redjji, которые выступают вживую и на ТВ.

Очень часто буква закона сильно отстает от новых технологий. С нейромузыкой сегодня та же ситуация. Даже если бдительные слушатели заподозрят исполнителя в использовании искусственного интеллекта, законных способов гарантированно доказать это пока нет.

Если будущее за нейромузыкой, тогда давайте выпускать на сцену цифровые аватары исполнителей. Например, в Японии огромной популярностью пользуется виртуальная певица Мику Хацунэ. Ее голографическое изображение собирает целые стадионы фанатов. Но при этом слушатели прекрасно понимают и осознанно отдают деньги за цифровую музыку и цифрового же персонажа. Это, по крайней мере, честно.