Как сильно я изменилась за несколько лет

У меня с сестрой с детства была одна способность: мы умели общаться практически со всеми. И я сейчас не про пресловутую коммуникабельность из резюме.

Все наши каникулы проходили в частном секторе, где жили бабушка с дедушкой. Там люди были очень разные: местные, городские, интеллигентные семьи, совершенно простые люди, а периодически встречались и такие, в чьих семьях выпивать было частью культурной программы.

И мы спокойно существовали во всех этих мирах. Сегодня могли гулять с какой-нибудь неформальной компанией, завтра общаться с людьми из интеллигентных семей, а вечером сидеть в частном секторе и говорить уже о совсем других вещах.

Причём всегда же надо было ещё и понимать, как именно разговаривать с конкретным человеком. Мы научились чувствовать людей, подбирать слова, интонацию, даже лексику. Не потому что притворялись или делали вид, а потому что с разными людьми действительно нужно разговаривать по-разному. Нам и сейчас интересно общаться с самыми разными людьми.

А ещё нам с сестрой очень нравится вспоминать наши старые истории. Иногда мы что-нибудь вспоминаем, смеемся. Можем пересказывать одно и то же по сто раз, вспоминая какие-нибудь подробности. А потом ещё и рассказываем чего-нибудь детям.

А здесь у нас другая ситуация. Потому что дети слушают наши истории примерно с тем выражением лица, с которым молодёжь вообще слушает рассказы взрослых. Очень точно это когда-то описал Евгений Гришковец в рассказе «Михалыч»:

«Слушал невнимательно и снисходительно, как слушают стариков юные люди. Но не без удовольствия».

Именно так они нас и слушают. Вроде бы снисходительно, а потом откуда ни возьмись на 55-ой фразе просыпается интерес:

— Подождите. А что было потом? А как там было вначале? Повтори, пожалуйста.

Зацепило значит.

А историй у нас действительно много.

Вот, например, однажды, а было это в конце девяностых, у нас был выбор: пойти в ночной клуб или поехать к друзьям детства нашего знакомого, который жид у частном секторе, но не в том, в котором жили наши бабушка с дедушкой и не в том, где сейчас живу я. Мы почему-то выбрали друзей. Сейчас я думаю: вот что значит любовь к людям. Нормальный человек выбрал бы клуб))

Приехали. Дом обычный, частный сектор. Там жили два брата. Там у них стояла брага, которую поставили родители: в бутылке, сверху перчатка. Всё чин-чинарём, по классике. Мы пили что-то свое. Они пили эту брагу, а потом, чтобы родители не заметили, доливали в бутылку воду. И доливали, судя по всему, щедро и далеко не в первый раз. Я до сих пор иногда думаю: родители потом не удивлялись, почему их многолетний семейный напиток внезапно приобрёл вкус воды?

Ещё у них была собака небольшая такая, похожая на болонку. Собака хотела есть. Мы посмотрели холодильник. Холодильник посмотрел на нас. Еды особо не было. Нашли картошку. Начистили, нарезали. Собрались жарить. Только масла не оказалось.

Поэтому картошку пришлось жарить на воде))) До сих пор не знаю, что это было: ужин или кулинарный эксперимент. Собака тем временем выпрашивала капусту. Мы возмущались: «Почему вы собаку не кормите?!»

А потом уже много лет спустя я узнала, что некоторые собаки вообще готовы есть всё подряд: огурцы, капусту, бананы, киви и даже банановые шкурки. Так что, возможно, собака была не голодная. Возможно, она просто была гурманом.

Вечер постепенно перешёл в ночь. Хозяева выпили, потом ещё выпили. Нам тоже захотелось спать, но мы крепились. Один из братьев, видимо, из врождённого чувства такта, сел на табуретку и остался поддерживать разговор. Очень благородно. Мы сидим на диване. Он — на табуретке.

Разговор закончился. Потом закончились темы. Потом закончились силы делать вид, что нам ещё есть о чём разговаривать.

Мы начали клевать носом. Дремал и брат. Но сидя. На табуретке.

И вот в какой-то момент — грохот. Мы приходим в себя. Смотрим. Он лежит на полу вместе с табуреткой.

Упал. И… спит. Просто продолжает спать. Не проснулся, не встал. Просто сменил положение на горизонтальное и продолжил отдыхать.

Мы с сестрой посмотрели друг на друга. Наверное, именно в этот момент окончательно поняли, что ночная культурная программа завершена. Собрались и пошли домой. Хоть еще не рассвело и жили мы не так уж близко.

И вот что занимательно: из всего этого вечера мы почти ничего не помним. Кажется, младший брат пел под гитару. Не помню, какие песни. Не помню разговоров. Даже фамилию братьев помним только примерно — что-то грибное. То ли Подберёзовики, то ли Подосиновики.

А вот человека, который упал с табуретки и продолжил спать, мы почему-то запомнили на всю жизнь.

Причём через несколько дней мы узнали, что Подберезовик старший (с табуреткой) утром всё-таки отправился на работу. В отличие от Подберезовика младшего (с гитарой), которого уволили. Собственно, для него это было привычным делом: прогуливать работу и быть уволенным регулярно.

А мы с сестрой до сих пор, когда очень хочется спать, можем сказать: «Всё, я сейчас как Подберезовик, упаду, так сильно спать хочется».

И это единственное, что осталось от той вечеринки, которую мы почти полностью забыли.

Казалось бы, в последнее несколько лет общество взяло курс на бодипозитив.
В кино, рекламных кампаниях, на обложках глянца все чаще появляются люди с разными фигурами, телосложением, особенностями внешности, но многие до сих пор сталкиваются с травлей. В частности, полные люди все еще получают комментарии и советы о том, как они должны выглядеть.
Я никогда не была худышкой, конечно, с возрастом растешь, и естественно я уже не могла оставаться такой же стройной, как мои одноклассницы.
В начале 2010-х появлялись паблики, пропагандирующие голод и вечные диеты, и я поддалась. Помню, как в 17 лет отсидела 1 месяц на питьевой диете. Больше 20 дней я пила кефир, негустые йогурты, чай, кофе и совсем ничего не ела. Может, это было пищевое расстройство, или что-то я не знаю, но к специалистам я не обращалась. Но диетный опыт наложил отпечаток на то, как я отнеслась к своему телу дальше. Худеть я перестала, но на фоне эти мысли были.

К 20 годам я весила 80 кг, а потом я заболела....
Я должна была принимать лекарство – гормон, который повышает аппетит и вызывает резкий набор веса.
Лечилась в общем где-то около полугода. Из-за постоянного стресса и воздействия лекарств я набрала еще +30 кг. Естественно, я растеряла всю уверенность в себе. Я была толстая. Не могла влазить в старую любимую одежду, даже пришлось отказаться от пары пар обуви, потому что они просто не застегивались.

Сейчас все хорошо, я занимаюсь спортом, чтобы сбросить лишнее. Но вот люди об этом не знают, хоть по мне уже и не скажешь, что я когда-то болела и лечилась. А люди спешат все высказать свое драгоценное мнение о моей внешности.

Наверное, люди думают, что человек с лишним весом не знает, как он выглядит. Иначе я не могу понять, почему себе это позволяют.
Поверьте, мы знаем, как мы выглядим, потому что каждый раз, когда ты не прячешься в больших балахонах, ты знаешь, что на тебя смотрят.
Оценивать человека по внешности – это отстой. Ни вес, ни цвет волос, ни одежда не говорит о том, какой ты человек в работе или в общении. Почему я должна чувствовать стыд за то, как я выгляжу.

Поэтому я просто хочу, чтобы от толстых людей отстали. Чтобы перестали коситься на улице, тайком фотографировать, писать гадкие комментарии и раздавать советы, которые нам не нужны.
Толстые люди бывают здоровыми, а худые могут болеть.

Поэтому давайте будем чуть человечнее к друг другу, ведь мы любим друзей и близких не за внешний вид и вес.

Вы можете заплакать во время просмотра фильма? Я практически никогда не плачу над кино или книгой, даже если она очень трогательная. В моем мозге словно стоит блок, он четко осознает, что это художественный вымысел, а потому не стоит реальных слез. Но, как и в любом случае, в ситуации с кино бывают исключения. К ним относится фильм, на который я наткнулась в интернете по чистой случайности: «Боб Тревино поставил лайк» (2024). Бывает, что фильм или книга цепляют зрителя за живое, но этот бриллиант поднимает на поверхность целую россыпь психологических проблем, с которыми сталкиваются миллионы людей во всех уголках мира.

Сюжет

Главная героиня истории — Лили Тревино. В детстве ее мать ушла из семьи, воспитанием девочки занимался отец, которому ребенок постоянно мешал наладить личную жизнь. Даже когда дочь выросла, Боб Тревино продолжает ею манипулировать, устраивает скандалы на ровном месте, без причин обижается, требует финансовой помощи, обвиняет ее в том, что она испортила ему жизнь. После очередной такой ссоры он даже перестает разговаривать с ней, не открывает двери, не отвечает на телефонные звонки.

Стремясь помириться с отцом (хотя она вообще не виновна в скандале), Лили ищет его страницу в социальных сетях. Там она случайно знакомится с полным тезкой отца, Бобом Тревино. Тот, заинтересовавшись, что за незнакомка ему пишет, начинает лайкать ее детские фото. Они начинают переписываться, а после решаются на личную встречу. Добрый и отзывчивый прораб Боб находит в девушке фигуру дочери, а Лили — теплоту и поддержку, которой ей недодал отец. Между ними возникает крепкая дружба, которая помогает обоим преодолеть жизненные трудности.

Терапевтический эффект

Создатели фильма умудрились поднять в одном произведении практически все самые распространенные психологические проблемы: сложные детско-родительские отношения, неумение проживать собственные эмоции, способы пережить тяжелую утрату, страх одиночества, неприятия себя и еще многое другое. Все эти темы и так очень щекотливые и способны заставить расчувствоваться даже такого сухаря, как я, но актерская работа Барби Феррейры, Джона Легуизамо и Френча Стюарта доводит накал эмоций до пика.

Общее впечатление

«Боб Тревино поставил лайк» за полтора часа покатал меня на таких эмоциональных качелях, на каких я не была давно. Я успела и посмеяться, и погрустить, и позлиться, и даже поплакать. При этом после этого эмоционального катарсиса меня накрыло такое ощущение покоя и облегчения, словно я только вернулась после сессии у хорошего психолога.

Вторая волна эмоций накрыла меня уже во время закрывающих титров, когда на экране появились скрины переписки реальных прототипов Лили и Боба. Оказалось, что эта история основана на реальных событиях, что делает историю еще более душещипательной. Это еще раз подтвердило мое убеждение, что самые интересные и трогательные истории всегда берутся из жизни.

Вывод: я от всей души рекомендую этот фильм, как сказал один из зрителей в комментариях под ним: «Этот фильм можно использовать как пластырь от любых душевных ран».

А вы видели «Боб Тревино поставил лайк»? Как вам? Очень хотелось бы обсудить его с вами в комментариях.

В детстве со слов всех, кто меня помнит я была достаточно светлым и улыбчивым «солнышком». Но думаю, так можно охарактеризовать многих девочек в возрасте 4-6 лет. Но факт того, что я была невероятно любознательна имеется. Но любознательность моя имела свои специфические границы. Мне важно было знать «где взял»!

Я сама не помню, но рассказывал отец, как за участком, в диких уже зарослях терновника обнаружилась слива. Дерево слабо плодоносило, но несколько ягод отец мне принес. И я, еще не узнав вкус этих ягод сразу допытывала «где взял». Часто мне это вспоминали…
А еще я ужасно любила сладкий перец, и эта любовь не прошла. Так родители вынуждены были сажать в нескольких местах по несколько кустов, кроме основного места посадки. Потому что моя готовность добыть желанный перец была непостижима для родителей. К слову, это не спасало урожая от маленькой вредительницы. Я его поедала за долго до набора массы, не то, что до созревания))) И перец, не единственный уничтоженный мной урожай... Ну простите мне мои пороки.

И бедных курочек мне нужно было погладить. Каждое утро ритуалом мне нужно было обойти угодья родительских владений. И почему эти куры такие пугливые мне было невдомек. Лучшим моим решением стало их приручить и показать, что нас боятся не надо. И эту миссию я готова была исполнить со всем рвением детской души. Маленькая шкода устраивала переполох в курятнике регулярно. Гонялась за курочками с единственной целью: погладить несчастную птицу… Представляю как мучались и смеялись одновременно мои родители.

Но самым запоминающимся моментом в жизни маленькой пятилетки стала смешная и немного грустная история. В то время не было особо сортов плодовых деревьев с припиской что подходит для северных регионов. И хоть от севера мы далеки, все же черешня и персики в то время было вырастить крайне сложно.

И вот родители нашли какой-то сорт черешни, и ждали уже третий год первых ягод. И они появились. Всего три ягодки на все маленькое деревце. Отец говорил цвет уже их был практически черный, как он обнаружил что ягод нет. И увы, сначала ругали мою старшую сестру. Ей, кстати, до сих пор обидно. И спустя некоторое время папа догадался, что не та дочь причастна к событиям пропажи черной черешни. И тут детская непосредственность во всей красе… На вопрос рвала ли ягоды я молчала, но стоило спросить меня вкусные ли они хоть были, я без терзаний совести ответила: «мало было» …

Черешня вымерзла на следующий год, а я не помню напрочь этой черешни. Так что о качествах сорта можем только и сказать, что ягод было мало….
Кстати говоря, моя любимая ягода — это черешня. И мне ее до сих пор всегда мало было….

Вспомните свое детство. Наверняка у вас много по-настоящему уникальных историй))) И это приятные ностальгические воспоминая…

Вообще, конечно, не вся биология - и не только биология. Эндокринология, психология, даже химия - все это помогает мне лучше себя понимать, понимать свои эмоции и реакции. И не считать себя немного куку, а еще не пороть горячку. Однако оговорю сразу: во всех этих науках я разбираюсь очень базово. Но мне больше и не надо.

Например, ежемесячно я отмечаю у себя определенные состояния: мне становится грустно или хочется кого-то порвать, повышается аппетит, апатия вдруг наступает. Не понимая природы своего тела я бы, скорее всего, поддалась такому настроению. Но теперь, прежде чем орать на кого-то или рассматривать холодильник голодными глазами, сначала смотрю на календарь, вычисляю день цикла и понимаю, что вообще происходит. И успокаиваюсь.

Или вот например приходит пора нового сердечного увлечения. На мой взгляд, это самое опасное время, когда можно наделать очень много глупостей. И не только в юном возрасте. Гормоны у нас всю жизнь работают, только в подростковом периоде делают это гораздо заметнее, да и на другие процессы накладываются. Однако во взрослом возрасте они тоже могут доставить массу неприятностей, если вовремя не остановиться. Я в такие моменты включаю голову и разбираю происходящее с точки зрения биологии. И знаете, как-то успокаиваюсь и выхожу из зоны риска.

Или вот, например, хочется что-то съесть. А как известно, это тоже может говорить о проблемах тела. Например, я в последние годы воспылала любовью к помидорам - значит, надо на свою сердечно-сосудистую систему обратить внимание. Захочу бананы - значит, витамины пропить надо, калия мало. Захочу чипсы - значит, мозг дурит и можно не беспокоиться. Ну или съесть маленькую горсть, чтобы потом не страдать.

Эти знания мне и в спорте помогают, особенно когда за новую тренировку берусь. Тогда на следующий день хотя бы знаю, от чего крепатура появилась, а в процессе знаю, что делать, чтобы утром не было мучительно больно встать с кровати. Да и вообще по жизни. Например, если я знаю, что в какой-то день месяца я хуже соображаю или реакция не очень - не берусь за важные дела. Лучше подождать.

Одна знакомая, узнав, что я так заморачиваюсь с процессами всеми этими, спросила: а не скучно? Особенно влюбленность, ну какая тут может быть рациональность и изучение работы гормонов едва ли не под микроскопом? В это время надо парить, наслаждаться волшебством и прочие бла-бла-бла. Нет, не скучно. Потому что одно другому не мешает. Можно и парить, и головой думать. Чтобы потом на метле летать не пришлось и не остаться у разбитого корыта. У старухи-то там тоже волшебство было и рыбка золотая, но что-то не помогло.

Бывают люди, которые могут стать кем угодно. И не всегда в хорошем смысле.

Есть люди очень ведомые. Пока общество в целом или их окружение культурное, спокойное, высокоморальное, пока вокруг принято говорить о том, что хорошо быть честным, порядочным, добрым человеком — они тоже будут такими. И, возможно, ты искренне будешь считать их хорошими людьми. Но стоит им попасть в другую среду — токсичную, агрессивную, где принято унижать слабых, предавать, лгать и самоутверждаться за чужой счёт, — они довольно ловко переобуваются, даже будучи взрослыми и состоявшимися людьми.

Они мимикрируют, сливаются с окружением, начинают говорить тем же языком, смеяться над тем же, что и остальные, поддерживать то, что раньше сами могли считать неприемлемым.

Ещё они падки на лесть. Внутри у них чаще всего, если не всегда, неуверенность, как зияющая дыра, поэтому им достаточно попасть в компанию, где их начинают активно хвалить, принимать и поднимать в собственных глазах (якобы), — и всё, человек меняется очень сильно. Иногда до неузнаваемости.

В моей жизни такие люди тоже были. И я долго не могла записать их в плохие, потому что видела их хорошие стороны, помнила, какими они были со мной, знала их нормальными, добрыми, вполне приличными людьми. Но было одно большое «но»: когда они попали в дурную компанию, они стали похожи на неё.

Я долго отказывалась принимать этот факт. Думала: ну не могут же они на самом деле быть такими. Просто обстоятельства, влияние. Просто так получилось. Но это был самообман. Потому что человек всё-таки показывает себя не только тогда, когда ему удобно быть хорошим.

С их стороны был ещё и газлайтинг. Когда ты пытаешься сказать: «Мне кажется, здесь что-то не так», а тебя убеждают, что тебе кажется, что ты всё неправильно поняла, что слишком остро реагируешь. Когда-то я просто отказалась от общения с этими людьми. Было и прошло.

Но сейчас, когда я решила не ходить вокруг да около даже внутри себя и перестала сглаживать углы в собственной голове, я вдруг увидела всю глубину этого явления.

Такие люди действительно могут стать кем угодно. Ярыми христианами — если попадут в соответствующее окружение. Коммунистами и энтузиастами, либералками, радикалами. Да хоть нацистами. Куда ветер подует, туда их и понесёт.

Они легко предают. Только делают это обычно не напрямую, не честно и не открыто. Они всегда немножко и вашим, и нашим. Они на стороне массы. Или силы. Даже если эта сила на самом деле дутая.

Наверное, в них действительно нет какого-то внутреннего стержня. Наверное, им очень важно постоянно получать подтверждение собственной значимости извне. И скорее всего эмоционального интеллекта там тоже не слишком много. Мне пришлось признать этот факт.

Хотя всю жизнь я очень старалась видеть в людях самое лучшее. И иногда это сильно мне вредило. Но сейчас от этого понимания я не стала ни злее, мне не стало страшнее. Наоборот. Мне стало легче.

Я не стала вешать ярлыки на всех подряд. Не перестала доверять людям. Я просто стала внимательнее смотреть на то, что человек говорит и делает, особенно тогда, когда никто его не заставляет быть хорошим. Стала больше замечать то, что читается между строк.

И ещё больше стала ценить настоящих людей. Тех, кто не меняет убеждения вместе с компанией. Тех, кто может сказать «нет», даже если все вокруг говорят «да». Тех, кому не нужно становиться удобным для большинства, чтобы чувствовать собственную ценность.

Теперь я смотрю не только на то, каким человек бывает со мной. Я смотрю, каким он становится рядом с теми, кому он не желает понравиться. Потому что вот там человек часто и показывает себя настоящего.

А если для того, чтобы оставаться рядом с кем-то, тебе приходится постоянно предавать собственные ощущения, убеждения и себя — значит, это уже не отношения. Это цена входного билета. Я больше не собираюсь платить за него.

И я больше никогда не буду идти на компромиссы с собой ради того, чтобы продолжать видеть в человеке то хорошее, чего он сам уже давно не выбирает.

Если мне что-то кажется — значит, мне не кажется.