Вокруг этих звезд вращаются планеты. По законам статистики, среди них просто не может не быть миров с климатом, похожим на земной. Но еще интереснее другое: там есть планеты и с совершенно другим климатом. Например миры, где бушуют аммиачные ураганы, текут реки из жидкого метана или светятся кислотные океаны. И на этих планетах могут жить существа, которым наш человеческий уют покажется смертельной пыткой. Для них их мир — норма. Представьте себе жизнь, которая выросла в условиях, где гравитация в три раза сильнее нашей. Или разумных существ, которые состоят из плазмы и живут прямо на поверхности звезд. Жизнь не обязана быть такой, как у нас — из углерода, с кислородом и в бетонных городах. Она может быть настолько непохожей на нас, что мы просто не сможем ее узнать.
Тогда возникает главный вопрос, который мучает людей со времен первых радиотелескопов: если они есть, почему они не общаются с нами?
Здесь есть несколько понятных вариантов, и самый очевидный — расстояние. Мы ждем сигналы, которые можем принять и расшифровать, но Вселенная живет по своим правилам. Даже если очень умные существа на другом конце нашей галактики отправят нам сообщение прямо сейчас, оно может лететь к нам десятки тысяч лет, либо оно уже было, но мы не поняли, что это сообщение. Мы ищем сигналы в очень узком диапазоне, словно пытаемся поймать домашний Wi-Fi, но при этом крутим ручку старого радиоприемника. Может быть, они общаются с помощью нейтрино или гравитационных волн, а мы просто еще не готовы их принять.
Второй вариант — возраст и технологии. Мы вышли в космос чуть больше шестидесяти лет назад. Для Вселенной это не секунда, это даже не мгновение. Многие цивилизации могут быть на уровне первобытных людей, которые только учатся разводить огонь, и им вообще не до звезд. Другие, наоборот, могут быть намного, намного старше нас. Их технологии могут быть такими, что мы даже не можем их представить. Для них наши радиоволны — это такой же примитив, как для нас дымовые сигналы из пещер. Зачем отвечать на дым, если у тебя есть смартфон?
Но самый интересный вариант — правило невмешательства. Возможно, они давно нас нашли. Представь, что ты — ученый, который обнаружил в лесу муравейник. Ты можешь его изучить, но станешь ли ты спускаться к муравьям, чтобы научить их квантовой физике? Скорее всего, ты просто поставишь заборчик и будешь смотреть со стороны, чтобы не разрушить их хрупкий дом. Так и они могут просто ждать. Ждать, пока человечество повзрослеет, перестанет воевать само с собой, выйдет за пределы своей планеты и докажет, что готово к разговору, а не к драке. Может быть, у них есть такой этический закон: пока цивилизация не научилась управлять энергией так, чтобы не уничтожить себя, пока не прекратятся войны на планете, трогать ее не стоит, пусть самостоятельно взрослеют.
Какой из этого можно сделать вывод?
Вселенная настолько огромна не просто так. Столько места, звезд и планет не может быть создано ради одной-единственной цивилизации. Это же логично. Это все равно что создать бескрайний океан, заселить его всем что нужно для развития рыб и посадить туда одну-единственную рыбку. Природа, космос или высший разум (называйте как хотите) не работают по принципу лишней роскоши ради одного-единственного зрителя.
Значит, мы не одни.
Понимание этого должно не пугать, а приводить в чувство. Оно делает наши земные границы, войны за нефть и мелкие обиды просто смешными. Где-то там, за триллионы километров, в аммиачном океане или на планете вечной ночи, кто-то прямо сейчас тоже смотрит в небо. И, может быть, задает себе такой же вопрос – одиноки ли мы во Вселенной?